Церковный календарь
Новости


2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 30-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 29-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 28-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 27-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 26-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 25-я (1956)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Посланіе къ Руфиніану (1903)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Изъ 39-го праздничнаго посланія (1903)
2019-06-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 120-е (1895)
2019-06-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 119-е (1895)
2019-06-15 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 14-е къ монахамъ (1829)
2019-06-15 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 13-е къ монахамъ (1829)
2019-06-15 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 1-й. Глава 2-я (1921)
2019-06-15 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 1-й. Глава 1-я (1921)
2019-06-15 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 24-я (1956)
2019-06-15 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 23-я (1956)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - понедѣльникъ, 17 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 18.
Церковная письменность

СОЧИНЕНІЯ ФИЛАРЕТА, МИТРОПОЛИТА МОСКОВСКАГО И КОЛОМЕНСКАГО.
Слова и рѣчи. Томъ I-й: 1803-1821. М., 1873.

ОТДѢЛЕНІЕ ТРЕТЬЕ.
Слова и рѣчи, ненапечатанныя при жизни проповѣдника.

1803-1808 гг.
XXXVII.
1. СЛОВО НА ДЕНЬ ПРЕПОДОБНАГО СЕРГІЯ
[1].

Пріидите ко Мнѣ вси труждающіися и обремененніи (Матѳ. ХI. 28).

Животворныя слова живаго Бога.

Вѣра есть златая стамна, которая вмѣщаетъ въ насъ вселяющееся Божество, есть орлія крылѣ, которыми душа паритъ за восходящимъ Господемъ. Возносится ли съ Возносящимся, удостоивается ли пріять Нисходящаго, но все съ Богомъ. Сила вѣры непостижима; она пріемлетъ насъ въ объятія свои мертвыми, — одушевляетъ; видитъ младенчествующими, — возращаетъ; видитъ преткновенныхъ боящимися, — ведетъ по пути ровному; чувствуя мужами содѣлавшихся, — соединяетъ терпкое съ легкимъ, съ ровнымъ стропотное, — и что имамы, чего не пріяли отъ руки вѣры? Вѣра есть сущность вещей(?). Чему вѣруемъ, то и будетъ: вѣруемъ — и горы преставляти можемъ; не вѣру/с. 272/емъ — и іота не прейдетъ; вѣровалъ Лазарь, — и воскрешенъ отъ мертвыхъ, не вѣровалъ Іуда — и не могъ не потерять жизни. Не нужны вѣрующему пособія натуры; безполезно безъ вѣры вседѣйствіе естества. Пространство вѣры неудобообъемлемо. Оно не ограничивается въ тѣсныхъ, токмо предѣлахъ мертваго понятія о Божествѣ и человѣческомъ естествѣ. Такому объемлющему всѣ тайны Божію кивоту не довлѣютъ обширные умы небожителей вышнихъ. Поступимъ далѣе и далѣе, но только окомъ Божіимъ, а не стопами человѣковъ. Внутренняя вѣры красна. Высочайшія, изящнѣйшія дарованія не всегда еще доказываютъ христіанина и богоугоднаго человѣка. Не въ словеси царство (1 Кор. IV. 20). Превратить жезлъ, провесть чрезъ море и источить воду изъ камене, говорить огненными языками — суть дѣйствія Божія, но не всегда благоволительныя; суть Божія, но не въ огни Господь; суть Божія, но о семъ не радуйтеся. При семъ вспомните, что Маріамъ была пророчица, Саулъ пророкъ и Валаамъ глаголалъ притчу. Вѣру можно уподобить прекрасному древу, обогащенному удивительными плодами. Плоды сіи толико единственны, что вкусившій отъ нихъ не иное что можетъ сказать, какъ то, что плоды сіи возрасли отъ сѣмене неистлѣннаго, на поляхъ небеснаго Едема, изготованы десницею Вышняго.

Зѣло красный добротами ума и сердца! Аще вопросятъ мя: что имя ему; что реку къ нимъ, гласитъ древній вождь сыновъ крѣпкаго (Исх. III. 13; VІ. 1): подобно сему аще вопросятъ мя люди, любвямъ міра преданные: гдѣ та добродѣтель на земли, которой научаетъ слово твое? Азъ реку: се яко избранный!

Скажетъ духъ кичливый, гдѣ примѣръ кротости твоея? Азъ возглаголю: научитеся отъ него, яко кротость и смиреніе въ сердцѣ его. Аще возопіетъ рабствующій волѣ похотѣній своихъ: гдѣ образъ воздержанія твоего? Азъ покажу: се благій примѣръ благаго Учителя! Его благодѣйственная въ преклонныхъ лѣтахъ жизнь — плодъ всегда благорасположенной жизни: благослови убо и мене, отче, благословеніемъ твоимъ, да возглаголю въ славу Бога, тобой подражаемаго [2].

/с. 273/ Плодъ духовный есть любы, радость, миръ, долготерпѣніе, благость, милосердіе, вѣра, кротость, воздержаніе (Гал. V. 22 и 23). Разсмотримъ, почему сіи плоды называются духовными.

Любовь есть горлица, кокошъ, орелъ, духъ носившійся вверху воды; совоздыхаетъ воздыхающимъ, какъ горлица; созываетъ птенцовъ малосмысленныхъ, какъ кокошъ; возносится горѣ къ Богу, какъ орелъ; благоустрояетъ въ подобіи Бога. Она обладаетъ Богомъ, есть также обладательница и всѣхъ человѣческихъ вещей; все ей принадлежитъ, о всякомъ счастіи, какъ о собственномъ, веселится; о всякомъ бѣдствіи, какъ о своемъ, печалится. Се первый плодъ вѣры! Ужели мните, что невѣрствующіе кого-нибудь любятъ? Ни Бога, ни міра, ни людей, ни самихъ себя; любятъ, правда, міръ, но такъ, что чрезъ сіе себя ненавидятъ; любятъ себя, но съ тѣмъ, чтобы погубить; любятъ другихъ, но любящихъ. Любовь невинная съ небесе приниче. Предвѣчный, страждущій на Голгоѳѣ, жаждущій оставленія грѣховъ своимъ распинателямъ, есть первый и единственный учитель науки любить. Плодъ духовный есть любы.

Радость есть блаженное спокойствіе совѣсти, происходящее отъ успокоеннаго (примиреннаго?)Божества. Невѣрствующій никогда не чувствовалъ радости въ своемъ сердцѣ. Проклятъ всякъ, иже не пребудетъ во всѣхъ писанныхъ въ законѣ (Гал. III. 10). Какое же проклятому спокойствіе, какая погибшему радость?Можетъ-быть они и радуются, но не своею радостію. Смѣющееся счастіе, рукоплесканіе льстецовъ, благословеніе окружающихъ есть радость чужая. Видали мы восхищенныхъ побѣдами Римлянъ; но равнодушно смотрѣть на трупы мертвыхъ, восхищаться, смотря на льющіяся кровавыя рѣки, на царей, колесницы везущихъ, значитъ предаваться безчеловѣчному изступленію, а не радости. Видѣвшіе Іисуса, радующагося радостію великою о томъ, что ни единъ погибе отъ врученныхъ Ему, кромѣ сына погибельнаго, тѣ только научаются, якоже подобаетъ радоватися. Плодъ духовный есть радость.

Ничего не дѣлать, ни говорить, ни мыслить въ противность уставамъ Богочеловѣка есть то, что означаетъ мирное сердце. Такъ ли живутъ нечестивые — безъ вѣры? Нѣсть мира въ царствахъ, градахъ и весяхъ, въ домахъ... [3]

/с. 274/ Нѣсть мира въ нечестивыхъ, нѣсть мира отъ нечестивыхъ. Онъ исходитъ отъ Сіонской облагодатствованной горницы, гдѣ изъ устъ небесныхъ провозглашенъ въ первый разъ истинно-Божественный миръ. Плодъ духовный есть миръ.

Долготерпѣніе есть единообразное пребываніе въ вѣрованіи тому, что достойно всякаго пріятія, въ любленіи того, что любовь нашу достойнѣйше привлекаетъ. Сыны естества не тако. Благоволеніе счастія кичитъ умы, легкая противность приводитъ въ отчаяніе. Да и откуда придти къ нимъ долготерпѣнію? Не видали они на Голгоѳѣ Страждущаго, не вопрошали о родѣ, санѣ и могуществѣ Его; не знали, что тамъ было два креста: на одномъ понесено страданіе за грѣшниковъ, на другомъ страдали спасаемые грѣшники. Отъ Голгоѳы изыде законъ долготерпѣнія. Плодъ духовный есть долготерпѣніе.

Сердце, желающее охотно предать себя истинной пользѣ человѣчества, есть сердце благое. Не хощу спасать себя, не спасая соотечественниковъ моихъ, вопіетъ Моvсей (Исх. ХХХII. 32), повторяетъ Павелъ (Римл. ІХ. 3). Такое благорасположенное сердце свойственно только Моvсеямъ и Павламъ: поелику они видѣли Благаго, слушали благое, пребывали всегда въ Благотворящемъ. — Но безсомнѣнно можно сказать, что между патріотами, столь многолюдныя общества языковъ созидающими, богатящими и возвышающими, не было и не будетъ толикотворной десницы. Древа осеннія, дважды умершія, ни листьями не одѣваются, ни плодами не украшаются; безводныя облака живительнаго дождя не испускаютъ; въ измѣнникахъ нѣсть души благодѣющей. Плодъ духовный есть благость.

Душа, тихо прикасающаяся ранамъ болящихъ, возливающая вино и елей на струпы смердящіе, есть душа милосердая. Отворотившійся отъ болящаго Левитъ, и возлившій вино и елей на раны его Самарянинъ представили двѣ различныя между собою картины сострадательности и ожесточенія къ человѣку. Почему мимо шелъ Левитъ? Потому что не зналъ, что дѣлать съ болящимъ, не видалъ Самарянина, возливающаго цѣлительный елей. Сей Самарянинъ есть тотъ самый Цѣлитель небесный, который изъ единаго благоутробія сошелъ къ страждущему міру, больному, по всему свѣту простертому, и сонмы неизлечимыхъ болѣзней врачевалъ помазаніемъ своея безцѣнныя крови. До Его прихода кому милосердствовать? Сынове человѣчестіи /с. 275/ тяжкосердіи (Пс. IV. 3) и не чувственны, жестоковыйны и не смотрятъ на попираемаго несчастнаго. Всѣ страждутъ въ одно время въ одной цѣлебницѣ, а посему должны, кажется, быть состраждущіе; но всякой безчеловѣчнымъ забытіемъ другихъ хочетъ показать себя исцѣлѣвшимъ — тяжкосерди сынове человѣчестіи. Плодъ духовный есть милосердіе.

Носить всяческая глаголомъ силы своея, и быть вознесену на древо Голгоѳское есть чудный примѣръ неподражаемаго, непостижимаго, прямо Божескаго снисхожденія. Но отъ неприступнаго отступимъ. Довольно нѣсколько начертывающей въ себѣ горняго страдальца Іисуса кроткой человѣческой душѣ забыть древнимъ зміемъ обѣщанное божество и непрестанно памятовать, что она и нага, и слѣпа, и бѣдна. — Сыны исполиновъ, стенящіе подъ водами потопными, не тако помышляютъ. Вышній покрываетъ землю моремъ, а сіи созидаютъ стовратный Вавилонъ. Вышній емлетъ оружіе, а дольніи — щитъ; небесный — гнѣвъ, а земные — сопротивленіе. Они кротости не знаютъ, поелику не отъ кого было научиться: вождь ихъ, небесный изгнанникъ Люциферъ вооружается противъ Вседержителя; праотецъ ихъ, первенецъ Адамовъ, ученикъ денницы подъялъ убійственныя руки на единоутробнаго; вторый предводитель Немвродъ возобновилъ было древнюю брань сатанину. Я не хочу говорить о смиреніи лисіемъ, жесточайшемъ и опаснѣйшемъ самаго буйнаго насилія. Но чтобы научиться смиренномудренной, забывчивой къ собственнымъ добротамъ кротости, должно идти по другой дорогѣ. Сойди во Іудею, вниди въ преторъ, посмотри на вопрошаемаго тамо отъ Пилата, послушай, какъ онъ отвѣтствуетъ на беззаконный гласъ; иначе какъ можемъ изобразить лѣпоту ея, никогда не видавъ оныя. Плодъ духовный есть кротость.

Духъ, царствующій господинъ въ дому своемъ, безопасно правящій необузданною толпою похотѣній товарища своего, есть духъ воздержный. Сія добродѣтель есть также отрасль отъ горняго древа. Не прозябло древо сіе, и не было плодовъ такихъ во вселенной. Помнимъ мы, что и сынъ Софронисковъ училъ забывать тѣло, училъ разумный, но не разумно. Какой дому господинъ, прилагая попеченіе о жителяхъ, не попечется о самой храминѣ? Возвѣщаютъ также, что Ликурговы воспитанники были жизни такъ-сказать безчеловѣчной къ самимъ себѣ. Но сіе для того, чтобы привыкнуть къ безчеловѣчію, надъ други/с. 276/ми совершаемому. О воздержаніе!... Начиная со вкусившихъ запрещенный плодъ не было еще воздержнаго. Не прежде Моvсей началъ поститься, какъ острыми очами благодати за нѣсколько вѣковъ усмотрѣлъ въ Іудейской пустынѣ чрезъ четыредесять дней пищи не вкушающаго сына Маріина (Исх. ХХХIV). Плодъ духовный есть воздержаніе. Духа плоды, плоды духовные. Безъ самой вѣры не быть бы плодамъ.

Сіи чудотворные плоды были единственною, сладчайшею, нетлѣнною пищею сего въ райскомъ вертоградѣ нынѣ торжествующаго, а въ земнодольныхъ селеніяхъ превозносимаго подвижника Божія Сергія. Вѣдалъ онъ, что естественная пища превращается въ плоть ядущаго, но манна Божественная самаго вкушающаго пресуществляетъ въ естество Божеское. Онъ вѣровалъ, поелику вѣра горы преставляетъ; любилъ, яко Богъ любы есть; радовался, яко въ Богѣ нѣсть тьмы ни единыя; миролюбивъ былъ, яко Хрістосъ миръ есть намъ; долготерпѣлъ, поелику видѣлъ терпѣніе на главѣ Божіей; милосердствовалъ, поелику спасенъ милосердіемъ; кротокъ былъ, яко извѣстися, что рѣки благодати текутъ низу, а не верху; воздерженъ былъ, яко весь Богомъ обладанный. Се путь, вѣрнымъ подлежащій, се путь — и пойдемъ по нему. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Печатаемъ это слово съ рукописнаго сборника проповѣдей разныхъ авторовъ, находящагося у племянника покойнаго святителя, священника Н. Н. Дроздова. Оно несомнѣнно принадлежитъ покойному какъ по стилю, такъ и по тому, что подписано «В. Дроздовъ». Въ какомъ именно году между 1803 и 1808-мъ произнесено, не извѣстно. Встрѣчающаяся неопредѣленность словъ и выраженій, вѣроятно, зависѣла отъ переписчика, какъ вообще видно, не особенно искуснаго.
[2] Обращеніе сіе, по обычаямъ времени, вѣроятно, относилось къ преосвященному митрополиту Платону.
[3] Здѣсь въ спискѣ слѣдуетъ выраженіе, котораго мы никакъ не могли разобрать.

Источникъ: Сочиненія Филарета, митрополита Московскаго и Коломенскаго. Слова и рѣчи. Томъ I: 1803-1821. Съ портретомъ автора. — М.: Типографія А. И. Мамонтова, 1873. — С. 271-276.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.