Церковный календарь
Новости


2019-06-20 / russportal
"Церковная Жизнь" №3-4 (Октябрь-Ноябрь) 1947 г.
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 126-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 125-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 124-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 123-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 122-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 121-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 4-е, о мірѣ (1844)
2019-06-18 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 3-е, о Святомъ Духѣ (1844)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 30-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 29-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 28-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 27-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 26-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 25-я (1956)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Посланіе къ Руфиніану (1903)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - пятница, 21 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 20.
Церковная письменность

Архіеп. Иннокентій (Борисовъ) († 1857 г.)

Вл. Иннокентій (въ мірѣ Иванъ Алексѣевичъ Борисовъ), архіеп. Херсонскій и Таврическій, знаменитый проповѣдникъ, богословъ и духовный писатель. Родился 15 декабря 1800 г. въ г. Ельцѣ Воронежской губ. въ семьѣ священника. Окончилъ Орловскую духовную семинарію (1819) и Кіевскую духовную академію (1823). По окончаніи академіи въ 1823 г. переѣхалъ въ С.-Петербургъ, принялъ монашество и сталъ преподавать въ духовныхъ школахъ. Профессоръ С.-Петербургской духовной академіи (1824) и ректоръ Кіевской духовной академіи (1830). Архимандритъ (1826). Епископъ Чигиринскій (1836), Вологодскій (1841) и Харьковскій (1841). Архіепископъ (1845). Архіепископъ Херсонскій и Таврическій (1848). Членъ Россійской Академіи Наукъ (1841). Во время Крымской войны и обороны Севастополя (1853-1856) проявилъ удивительное мужество, не покинувъ свою паству въ годину испытанія. Несмотря на опасность, пріѣзжалъ прямо къ мѣстамъ боевъ, воодушевляя солдатъ своими проповѣдями, совершалъ богослуженія въ походныхъ храмахъ, посѣщалъ воиновъ въ лазаретахъ, гдѣ свирѣпствовалъ заразительный тифъ. Во время сраженій обходилъ ряды войскъ, ободряя героевъ. За доблестное служеніе Вѣрѣ, Царю и Отечеству въ тяжелое для Россіи время былъ удостоенъ ряда Высочайшихъ наградъ и поощреній. Особую славу архіеп. Иннокентія составляетъ необыкновенный проповѣдническій талантъ. Его поученія стали превосходнымъ образцомъ православнаго краснорѣчія; часть ихъ была переведена на языки — франц., нѣм., польск., серб., греч., армян. Скончался архіеп. Иннокентій въ Херсонѣ 26 мая 1857 г. въ день Пятидесятницы — праздникъ Святой Троицы. Сочиненія: Шесть томовъ (полное собраніе). СПб., 1908.

Сочиненія архіеп. Иннокентія (Борисова)

Сочиненія Иннокентія, архіепископа Херсонскаго и Таврическаго.
Томъ 4-й. Изданіе 2-е. СПб., 1908.

СВѢТЛАЯ СЕДМИЦА.

Востани спяй и воскресни отъ мертвыхъ, и освѣтитъ тя Христосъ (Еф. 5, 14).

Слово въ пятокъ Свѣтлыя Седмицы,
по совершеніи въ академической церкви литургіи на языкѣ греческомъ.

Аще языкомъ кто глаголетъ, по двѣма или множае по тріемъ, и по части: и единъ да сказуетъ (1 Кор. 14, 27).

Апостольскія слова сіи весьма рѣдко слышатся во храмѣ, и не знаю, провозглашались ли когда-либо съ церковной каѳедры въ заглавіи собесѣдованія, но въ настоящемъ случаѣ они сами собою приходятъ на мысль и требуютъ быть повторенными въ услышаніе всѣхъ. Вы сами увидите сіе, братіе, когда припомните, по какому случаю произнесены они Апостоломъ.

Церковь коринѳская, какъ и всѣ Церкви апостольскія, изобиловала чудеснымъ даромъ языковъ, такъ что многіе, не учась, говорили, по вдохновенію свыше, разными языками. Какъ ни важенъ былъ даръ сей для тогдашнихъ временъ, когда христіанству надлежало распространяться по всему міру, а людей свѣдующихъ въ иноземныхъ языкахъ между христіанами почти не было, но вскорѣ подвергся неудобствамъ. Нѣкоторые изъ обладающихъ даромъ языковъ, въ благочестивыхъ собраніяхъ вдругъ начинали говорить на многихъ языкахъ. Хотя они говорили о святыхъ предметахъ и съ благою цѣлію — нѣкоторые, можетъ быть, по внутреннему побужденію отъ обладаемаго и обладающаго ими дара; но поелику рѣчь ихъ была непонятною для прочей части собранія, то и не могла производить назиданія. Оставалось одно общее назиданіе, то-есть, какое можно имѣть, видя въ подобномъ себѣ человѣкѣ чрезвычайное дѣйствіе всемогущества Божія.

Учитель языковъ, Павелъ, услышавъ о такомъ положеніи дѣла въ Церкви коринѳской, почелъ за долгъ вразумить членовъ ея и дать имъ правило, какъ поступать въ подобныхъ случаяхъ. Для сего онъ заповѣдуетъ, во-первыхъ, чтобы обладающіе даромъ языковъ не говорили всѣ вдругъ иноземными языками, дабы не происходило замѣшательства. Аще языкомъ кто глаголетъ, по двѣма, или множае по тріемъ, да глаголетъ. Во-вторыхъ, Апостолъ требовалъ, чтобы съ даромъ языковъ постоянно былъ соединяемъ даръ сказанія, /с. 582/ или истолкованія языковъ, дабы произносимое на иноземныхъ языкахъ, становясь чрезъ истолкованіе понятнымъ, могло приносить назиданіе: и единъ да сказуетъ. Въ противномъ случаѣ, то-есть, если нѣтъ истолкователя даръ языковъ, по Апостолу, и не долженъ быть употребляемъ. Аще ли не будетъ сказатель, да молчитъ въ Церкви (обладающій даромъ языковъ): себѣ же да глаголетъ и Богови (1 Кор. 14, 28).

Какъ ни мала, братіе, наша Церковь въ сравненіи съ церковію коринѳскою, но настояще собраніе наше видимо подходитъ подъ правило апостольское. И у насъ богослуженіе совершено нынѣ на языкѣ, неизвѣстномъ для многихъ, здѣсь присутствующихъ; посему и нашему собранію нуженъ сказатель, или истолкователь.

Что же истолковать? — Въ Церкви коринѳской на языкахъ произносились тайны, а мы, хотя на неизвѣстномъ для многихъ языкѣ, произносили всѣмъ извѣстное. Литургія наша благодаря усердію къ храмамъ Божіимъ, такъ извѣстна каждому христіанину, что на какомъ бы языкѣ ни совершалась она, каждый, по тому, что видитъ, уже понимаетъ, что дѣлается. Итакъ съ сей стороны нѣтъ нужды въ истолкователѣ: онъ могъ быть нуженъ для невѣрныхъ, если бы они были здѣсь, а не для вѣрныхъ, изъ коихъ каждый самъ можетъ быть въ семъ отношеніи истолкователемъ и для себя и для другихъ. Что же требуетъ поясненія въ настоящемъ случаѣ? — Мнѣ кажется, самый случай, — то, почему и для чего совершается нами св. литургія на языкѣ, намъ не природномъ. — Не имѣя дара сердцевѣдѣнія, можно угадать что сей вопросъ приходилъ на умъ многимъ въ продолженіе настоящаго богослуженія: его-то должны мы разрѣшить теперь.

Да будетъ же извѣстно, братіе, что совершеніе литургіи на языкѣ греческомъ и въ другіе дни можетъ быть назидательно для сына Церкви россійской — потому, что оно возбуждаетъ много воспоминаній поучительныхъ и ожиданій утѣшительныхъ. Но особенно совершеніе сей литургіи прилично въ настоящее время и въ настоящемъ мѣстѣ. — Раскроемъ каждую мысль порознь.

Литургія греческая, сказалъ я, пробуждаетъ естественно въ умѣ много воспоминаній благотворныхъ для духа и сердца. И во-первыхъ, она необходимо приводитъ на память /с. 583/ начало нашей вѣры. Ибо на какомъ языкѣ возвѣщена была всему міру наша вѣра? Преимущественно на языкѣ греческомъ. — На какомъ языкѣ написано Евангеліе и весь Новый Завѣтъ? На языкѣ греческомъ. Слыша языкъ сей во храмѣ, невольно воображаешь, какъ Павелъ бесѣдуетъ въ ареопагѣ аѳинскомъ съ философами о воскресеніи (Дѣян. 17, 31); — какъ Іоаннъ пишетъ: въ началѣ бѣ Слово и Слово бѣ къ Богу, и Богъ бѣ Слово (Іоан. 1, 1); — какъ св. Лука благовѣствуетъ: яко воистину воста Господь (Лук. 24, 34).

Много вѣковъ протекло съ тѣхъ поръ, какъ совершилось все сіе; множество народовъ озарено свѣтомъ, возсіявшимъ изъ гроба Іисусова; небо и земля засвидѣтельствовали, что Воскресшему точно дана всякая власть на небѣ и на землѣ (Матѳ. 28, 18). Но, братіе, все сіе не принесетъ намъ пользы, если мы сами съ воскресшимъ Господомъ не воскреснемъ въ духѣ; если не предадимъ Ему власти надъ всѣмъ существомъ нашимъ; не будемъ водиться Его Пресвятымъ Духомъ и ходить въ обновленіи жизни, отъ Него принятой. Посему воспоминая, по случаю настоящаго богослуженія, начало вѣры нашей въ мірѣ, не преминемъ вникнуть мыслію въ собственное сердце, дабы видѣть, началась ли сія святая вѣра и внутрь насъ, и такъ ли твердо стоитъ, такъ ли побѣдоносно возрастаетъ, и такъ ли плодоносна въ насъ, какъ въ цѣломъ мірѣ? — Ибо что пользы, если святая вѣра наша распространится во всемъ мірѣ, а въ насъ изсякнетъ; если все воскреснетъ со Христомъ, а мы останемся мертвы?

Во-вторыхъ, литургія греческая, совершаемая въ нашихъ храмахъ, не можетъ сыну Церкви россійской не привести на память начала вѣры христіанской въ нашемъ отечествѣ. Ибо многіе народы обращены въ христіанство проповѣдниками Церкви западной; а къ намъ, по премудрому устроенію Промысла, святая вѣра пришла изъ православной Греціи, и сначала литургія у насъ, по всей вѣроятности, совершаема была нерѣдко на языкѣ греческомъ. Воспоминаніе, которое, при надлежащемъ вниманіи къ происшедшему, должно исполнить душу нашу чувствомъ живѣйшей благодарности къ Промыслу Божію. — Поздно пришли мы на пиръ вѣры, но призваны еще тогда, какъ онъ былъ вселенскимъ, когда еще не было раздѣленія Церквей, нынѣ существующаго. Посему Церковь наша справедливо можетъ именовать себя дщерію /с. 584/ Церкви вселенской: титло во многихъ отношеніяхъ драгоцѣнное! Съ другой стороны, какъ близки мы были къ тому, чтобы увлечься потокомъ нововведеній, который начиналъ уже наводнять тогда весь западъ! И однако онъ протекъ мимо нашего отечества, и мы напоены струями чистыми. Можно ли не благодарить за сіе Промыслъ? А можно возблагодарить истинно токмо теплою любовію къ вѣрѣ православной, а наипаче строгою жизнію по вѣрѣ православной. Тьма язычества давно прогнана съ лица земли русской, да исчезнетъ она и изъ ума нашего! Идолы давно пали въ нашемъ отечествѣ, да не остаются они и въ нашихъ сердцахъ. Иначе отечество будетъ живымъ вертоградомъ Христовымъ, а мы въ семъ вертоградѣ останемся сухими и мертвыми вѣтвями.

Въ-третьихъ, совершеніе литургіи на языкѣ греческомъ должно, по необходимости, привести на память начало самой литургіи и ея богомудрыхъ составителей. Какъ древне и свято сіе начало! — Какъ велики и богоблагодатны тѣ люди, кои составили литургію! — При одномъ имени ихъ уже исполняешься благоговѣніемъ. Ибо, кто выше Василія Великаго по уму и высотѣ чувствъ? Кто чище и разительнѣе Златоуста по слову? Кто крѣпче и лучше ихъ по вѣрѣ, любви, самоотверженію и всѣмъ добродѣтелямъ христіанскимъ? Такіе люди, если бы и сами составили литургію, то составили бы наилучшимъ образомъ. Между тѣмъ, они дѣйствовали въ семъ случаѣ не столько силами своего ума, сколько благодатію Духа Святаго. Преданіе прямо утверждаетъ, что Василій Великій далъ настоящій видъ своей литургіи, вслѣдствіе откровенія, ему даннаго, и въ первый разъ совершилъ ее безъ приготовленія, тѣми словами, кои внушены ему свыше. А св. Златоустъ, какъ извѣстно, былъ только сократителемъ литургіи Василіевой, посему нашу литургію можно назвать истинно боговдохновенною.

Будете ли, братіе, дивиться и послѣ сего, что мы восхотѣли освятить наши уста, а вашъ слухъ самыми боговнушенными словами? — Воскресить на нѣкоторое время въ семъ храмѣ языкъ Василія и Златоуста? — О, если бы вмѣстѣ съ словами воскресъ въ насъ и ихъ духъ вѣры и любви, чистоты и истины, смиренія и терпѣнія! — По крайней мѣрѣ, мы вѣруемъ, что они духомъ своимъ недалеко теперь отъ /с. 585/ насъ и молитвами своими одушевляли ихъ собственныя слова, выходившія изъ нашихъ слабыхъ устъ.

Въ-четвертыхъ, совершеніе греческой литургіи должно привесть на память союзъ нашей Церкви съ Церквами восточными. Союзъ сей всегда такъ важенъ и благотворенъ для вѣры и нравовъ, что возобновлять его въ памяти, оживлять въ обрядахъ и священнодѣйствіяхъ, есть долгъ священный; тѣмъ паче въ наши времена нужно всѣми способами скрѣплять союзъ сихъ великихъ Церквей, ибо какой характеръ нашихъ временъ въ отношеніи къ вѣрѣ? Съ одной стороны, невѣріе хотѣло бы попрать всякую вѣру, какъ нѣчто маловажное; съ другой — суевѣріе, оставляя вѣру истинную, устремляется къ ложной, именуя ее старою и правою вѣрою. Въ таковыхъ обстоятельствахъ литургія греческая, совершенная въ русскомъ храмѣ, есть разительное обличеніе и для невѣрія и для суевѣрія. Первое должно почувствовать, если не уваженіе, то страхъ отъ той вѣры, которая исповѣдуется цѣлыми странами и народами; а суевѣріе должно придти въ стыдъ и смущеніе, видя, что древняя литургія греческая ни въ чемъ не разнится отъ нашей, и что, слѣдовательно, нѣтъ причинъ подозрѣвать Церковь въ искаженіи вѣры, и, оставляя храмы Божіи, ходить за православіемъ въ дебри и скиты.

Наконецъ, совершеніе литургіи на языкѣ иноземномъ, вмѣсто природнаго, должно напомнить каждому о той важной истинѣ, что всѣмъ намъ должно будетъ нѣкогда оставить свой частный, природный, земной языкъ и начать говорить языкомъ новымъ, всеобщимъ, небеснымъ. Такъ, братіе, придетъ время, когда мы должны будемъ вступить въ нерукотворенную скинію на небесахъ, которой художникъ и содѣтель не человѣкъ, а Богъ, коея первосвященникъ есть Самъ Господь и Спаситель нашъ, и гдѣ будетъ совершаться вѣчная литургія по великому чину Іисусову. Посему, братіе. надобно внимательно смотрѣть за собою, чтобы намъ и при сей великой и божественной литургіи не оказаться нѣкогда незнающими того пренебеснаго языка, на коемъ она имѣетъ совершаться. Здѣсь, на землѣ, можно съ душевною пользою слушать богослуженіе на языкѣ неизвѣстномъ; а тамъ — на небѣ, кто не разумѣетъ языка храма, тотъ не будетъ и во храмѣ, — останется во тьмѣ кромѣшней. /с. 586/ Памятуя сіе, заблаговременно должно пріучать себя къ языку небесному.

Какой же это языкъ, и кто его наставникъ? — Языкъ сей братіе, теперь на землѣ, состоитъ не изъ словъ опредѣленныхъ, а изъ мыслей, желаній и чувствъ святыхъ, кои тамъ сами собою найдутъ сродныя себѣ и небу слова и выраженія. Учитель сего языка вѣры и любви есть Духъ Святый, Который и доселѣ нисходитъ на всякаго истиннаго христіанина, подобно какъ нисшелъ нѣкогда на Апостоловъ, и, влагая въ сердце его новыя мысли и чувства, симъ самымъ предрасполагаетъ его къ новому языку. А средство главное къ изученію небеснаго языка есть молитва и стараніе о чистотѣ совѣсти и жизни. — Кто будетъ стараться жить на землѣ такъ, какъ живутъ на небѣ, тотъ, пришедъ на небо, не окажется тамъ чужестранцемъ, незнающимъ языка небеснаго.

Столь много различныхъ мыслей и чувствъ возбуждаетъ, братіе, настоящая литургія наша! — По сему-то самому мы, оставивъ природный языкъ, и рѣшились совершить нынѣ богослуженіе на языкѣ греческомъ: нынѣ и здѣсь, а не въ другое время и не въ другомъ мѣстѣ, ибо праздникъ воскресенія Христова самъ собою напоминаетъ о началѣ христіанства, чудесномъ дарѣ языковъ, коимъ оно распространилось въ мірѣ, всеобщемъ союзѣ народовъ и племенъ во Христѣ и будущемъ нашемъ собраніи на небесахъ, въ Церкви торжествующей; почему святая Церковь сама издревле обыкла въ первый день Пасхи возглашать евангеліе на разныхъ языкахъ, между коими греческій занимаетъ первое мѣсто. Съ другой стороны, воскресшая недавно отъ трехъ-вѣковой смерти, Греція православная вполнѣ заслуживаетъ того, чтобы въ знаменіе воскресенія ея и братскаго союза съ Церковію россійскою, оглашались по временамъ языкомъ ея своды храмовъ россійскихъ. Здѣшній храмъ нашъ имѣетъ на то особенное право, ибо самое основаніе святилища наукъ, устроеннаго при семъ храмѣ, совершено было въ присутствіи патріарховъ восточныхъ, кои какъ нарочно, явились тогда въ семъ градѣ, дабы благословить колыбель начинающагося просвѣщенія. Совершая литургію на ихъ языкѣ, мы симъ самымъ приносимъ нѣкую дань благодарности ихъ священной памяти.

/с. 587/ Что касается до васъ, теперь питомцы, а вскорѣ учители вѣры, то вамъ, безъ напоминанія, извѣстно, къ чему воззываетъ васъ языкъ Василія и Златоуста, слышимый во храмѣ: онъ воззываетъ васъ идти по слѣдамъ ихъ и вести за собою тѣхъ, кои будутъ ввѣрены попеченію вашему. По приличію настоящаго случая, я ограничусь только приведеніемъ вамъ теперь на память правилъ, данныхъ великимъ учителемъ языковъ, касательно употребленія дара языковъ, коимъ многіе и изъ васъ, хотя посредствомъ науки, обладаютъ совершенно. Даръ сей всегда и вездѣ долженъ быть употребляемъ во славу Божію: каковое употребленіе можетъ быть не въ однихъ храмахъ, ибо всякое благое дѣло есть служеніе Богу, когда совершается въ славу Его. Во-вторыхъ, употребленіе дара языковъ должно быть всегда соединено съ назиданіемъ ближнихъ. Лучше сказать пять словъ съ назиданіемъ, нежели тьмы словъ безъ назиданія (1 Кор. 14, 19). Наконецъ, обладая даромъ языковъ, должно помнить, что сей даръ самъ по себѣ не можетъ нисколько спасти насъ, и что есть дары гораздо высшіе, пріобрѣтеніе коихъ необходимо для спасенія. Это — вѣра, терпѣніе, кротость, надежда, а паче всего — любовь христіанская. Ибо, заключу словами Апостола, — аще языки человѣческими глаголемъ и ангельскими, любви же не имамы, будемъ яко мѣдь звѣняща, или кимвалъ звяцаяй (1 Кор. 13, 1). Аминь.

Источникъ: Сочиненія Иннокентія, Архіепископа Херсонскаго и Таврическаго. Томъ IV. — Изданіе второе. — СПб.: Изданіе книгопродавца И. Л. Тузова, 1908. — С. 581-587.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.