Церковный календарь
Новости


2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 30-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 29-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 28-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 27-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 26-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 25-я (1956)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Посланіе къ Руфиніану (1903)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Изъ 39-го праздничнаго посланія (1903)
2019-06-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 120-е (1895)
2019-06-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 119-е (1895)
2019-06-15 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 14-е къ монахамъ (1829)
2019-06-15 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 13-е къ монахамъ (1829)
2019-06-15 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 1-й. Глава 2-я (1921)
2019-06-15 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 1-й. Глава 1-я (1921)
2019-06-15 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 24-я (1956)
2019-06-15 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 23-я (1956)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - понедѣльникъ, 17 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 19.
Церковная письменность

Архіеп. Иннокентій (Борисовъ) († 1857 г.)

Вл. Иннокентій (въ мірѣ Иванъ Алексѣевичъ Борисовъ), архіеп. Херсонскій и Таврическій, знаменитый проповѣдникъ, богословъ и духовный писатель. Родился 15 декабря 1800 г. въ г. Ельцѣ Воронежской губ. въ семьѣ священника. Окончилъ Орловскую духовную семинарію (1819) и Кіевскую духовную академію (1823). По окончаніи академіи въ 1823 г. переѣхалъ въ С.-Петербургъ, принялъ монашество и сталъ преподавать въ духовныхъ школахъ. Профессоръ С.-Петербургской духовной академіи (1824) и ректоръ Кіевской духовной академіи (1830). Архимандритъ (1826). Епископъ Чигиринскій (1836), Вологодскій (1841) и Харьковскій (1841). Архіепископъ (1845). Архіепископъ Херсонскій и Таврическій (1848). Членъ Россійской Академіи Наукъ (1841). Во время Крымской войны и обороны Севастополя (1853-1856) проявилъ удивительное мужество, не покинувъ свою паству въ годину испытанія. Несмотря на опасность, пріѣзжалъ прямо къ мѣстамъ боевъ, воодушевляя солдатъ своими проповѣдями, совершалъ богослуженія въ походныхъ храмахъ, посѣщалъ воиновъ въ лазаретахъ, гдѣ свирѣпствовалъ заразительный тифъ. Во время сраженій обходилъ ряды войскъ, ободряя героевъ. За доблестное служеніе Вѣрѣ, Царю и Отечеству въ тяжелое для Россіи время былъ удостоенъ ряда Высочайшихъ наградъ и поощреній. Особую славу архіеп. Иннокентія составляетъ необыкновенный проповѣдническій талантъ. Его поученія стали превосходнымъ образцомъ православнаго краснорѣчія; часть ихъ была переведена на языки — франц., нѣм., польск., серб., греч., армян. Скончался архіеп. Иннокентій въ Херсонѣ 26 мая 1857 г. въ день Пятидесятницы — праздникъ Святой Троицы. Сочиненія: Шесть томовъ (полное собраніе). СПб., 1908.

Сочиненія архіеп. Иннокентія (Борисова)

Сочиненія Иннокентія, архіепископа Херсонскаго и Таврическаго.
Томъ 4-й. Изданіе 2-е. СПб., 1908.

СВѢТЛАЯ СЕДМИЦА.

Востани спяй и воскресни отъ мертвыхъ, и освѣтитъ тя Христосъ (Еф. 5, 14).

Бесѣда на литургіи въ первый день Пасхи.

Христосъ воскресе!

Сею восхитительною вѣстію привѣтствуютъ нынѣ другъ друга чада Церкви Христовой. Провозглашеніемъ сея же вѣсти обыкли начинать нынѣ свои собесѣдованія самые пастыри и учители Церкви. Но изъ устъ прочихъ христіанъ сладчайшая вѣсть о воскресеніи, по необходимости, исходитъ въ краткомъ видѣ, изъ устъ служителя Церкви прилично услышаться ей со всею подробностію. Итакъ, братіе, позвольте, чтобы я, для умноженія общей радости, вмѣсто поученія, предложилъ вамъ нынѣ повѣствованіе о томъ, какъ произошло воскресеніе Господа нашего. Многимъ изъ насъ, конечно, извѣстны уже всѣ обстоятельства сего преславнаго событія. Но кто любитъ воскресшаго Господа, тотъ не можетъ наскучить повѣстію о Его воскресеніи, и какъ самъ съ радостію повторяетъ оную другимъ, такъ съ радостію готовъ и слышать ее отъ другихъ. А, безъ сомнѣнія, между нами, здѣсь стоящими, не малое число и такихъ, кои образъ воскресенія Христова видали вполнѣ развѣ въ однихъ живописныхъ изображеніяхъ: передая таковымъ полную вѣсть о воскресеніи, мы исполнимъ часть долга Ангельскаго.

Но, прежде всего, братіе, возведемъ мысли свои къ воскресшему Спасителю и Господу нашему, съ моленіемъ о томъ, да благословитъ Онъ наше собесѣдованіе, и удалитъ отъ всѣхъ насъ не только духъ ожесточенія, который благая вѣсть о воскресеніи нашла въ фарисеяхъ и книжникахъ іудейскихъ, но и духъ маловѣрія и разслабленія ду/с. 514/шевнаго, съ коимъ срѣтили ее нѣкоторые изъ самыхъ послѣдователей Христовыхъ.

У премудрости Божіей такое правило, братіе, что всѣ важныя событія въ царствѣ благодати заранѣе предвозвѣщаются, дабы люди, зная, чего ожидать, тѣмъ удобнѣе могли приготовлять себя къ ожидаемому. Посему и воскресеніе Господа предсказано было задолго и неоднократно. Еще Богоотецъ Давидъ воспѣвалъ, что Господь не дастъ Преподобному Своему видѣть истлѣнія, и не оставитъ души Его во Адѣ (Псал. 15, 10). Потомъ одинъ изъ Пророковъ прямо указалъ даже на время воскресенія, говоря: исцѣлитъ ны по двою дню, и въ день третій воскреснемъ и живи будемъ предъ Нимъ (Осіи 6, 3), Наконецъ, Самъ Господь всегда почти, когда говорилъ о будущей смерти Своей (а Онъ говорилъ о ней часто), упоминалъ въ то же время и о воскресеніи. Предсказанія Его о семъ были такъ многочисленны и такъ ясны, что самые враги, какъ мы слышали вчера, почли за нужное окружить гробъ Его до третьяго дня стражею.

Кто бы послѣ сего подумалъ, что собственные ученики Іисуса забудутъ на время то, что такъ твердо помнили Его враги? — И, однакоже, многіе изъ нихъ, если не всѣ, явно забыли! — Такъ, погребавшіе Іисуса, Іосифъ, Никодимъ и прочіе, при всемъ усердіи къ Нему, явно погребали Его навсегда. Иначе для чего употреблять столько алоя и смирны, что отъ множества ихъ и живой человѣкъ могъ потерять жизнь? — Для чего обвивать Умершаго плащаницею и возлагать на главу Его сударь погребальный. — И любовь женъ Мѵроносицъ, не смотря на ея пламенность, приготовлялась оказать тѣлу Іисусову такую почесть, которая вовсе не приличествовала имѣющему вскорѣ воскреснуть, и Ангелъ не безъ упрека произнесъ: Что ищете живаго съ мертвыми? Помяните, якоже глагола вамъ, еще сый въ Галилеи (Лук. 24, 5). У самыхъ Апостоловъ — (простите намъ, великіе основатели и столпы Церкви, что мы, слабыя и малыя трости, дерзаемъ воспоминать ваше колебаніе!) — у самыхъ Апостоловъ ожиданіе воскресенія Учителя если не ослабѣло совершенно, то такъ сокрылось въ глубинѣ души подъ тяжестію мрачныхъ мыслей и чувствъ, что необходимо было двукратное миръ вамъ и дуновеніе изъ собственныхъ устъ Воскресшаго (Іоан. 20, 19, 21; 20, 22), дабы снова воспламенить ихъ вѣру.

/с. 515/ При такомъ забвеніи предсказаній Іисуса о Его воскресеніи, нисколько не удивительно, если гробъ Его былъ оставленъ всѣми Его послѣдователями. — Но въ такомъ случаѣ самое чудо воскресенія осталось бы безъ всякихъ свидѣтелей, — то чудо, отъ коего зависитъ твердость, можно сказать, всея вѣры нашей. Надлежало восполнить сей недостатокъ: — и, вотъ, по тайному распоряженію премудрости Божіей, враги Іисуса сами дѣлаютъ то, чего не сдѣлали, и даже не могли въ такомъ видѣ сдѣлать друзья Его: они идутъ къ Пилату, выпрашиваютъ позволеніе запечатать гробъ Іисусовъ, печатаютъ и приставляютъ кустодію. Больше предосторожностей нельзя было и взять въ настоящемъ случаѣ. Кто знаетъ строгость военныхъ римскихъ законовъ, тотъ можетъ представить, съ какою зоркою бодростію стояла стража надъ гробомъ Іисуса, ожидая съ часу на часъ мнимыхъ похитителей, противъ коихъ повелѣно было ей бодрствовать. — И, такимъ образомъ, братіе, стрегомъ былъ во гробѣ Тотъ, предъ Коимъ въ это время трепеталъ весь адъ!... Кто, почивая во гробѣ плотски, былъ по Божеству Своему, на престолѣ со Отцемъ, и Духомъ, вся исполняяй, неописанный!...

Но ужасная година области темной (Лук. 22, 53) приближалась уже къ своему концу, великій дѣлатель не могъ оставаться въ сердцѣ земли (Матѳ. 12, 40) далѣе покоя дня субботняго; — и съ окончаніемъ его, при самомъ наступленіи перваго дня недѣли, бывшаго нѣкогда первымъ днемъ творенія, то-есть, воскреснаго, послѣдовало преславное возстаніе изъ гроба. Я говорю — при самомъ началѣ дня, ибо святыя жены, отправившись изъ дома на гробъ Іисусовъ, по свидѣтельству Евангелиста Марка, зѣло заутра (Марк. 16, 2), и пришедши къ сему гробу, по словамъ Іоанна, еще сущей тьмѣ (Іоан. 20, 1), уже нашли его празднымъ и безъ стражи.

Какъ послѣдовало самое воскресеніе? — На сей вопросъ братіе, могъ бы отвѣчать токмо Самъ Воскресшій. Подобныя чудеса суть тайны всемогущества; посему и довѣдомы одной премудрости Божіей. Что касается причины Воскресенія, то священные писатели иногда приписываютъ сіе чудо Богу Отцу, говоря, что Іисусъ Христосъ восталъ изъ гроба славою Отчею (Римл. 6, 4), что Богъ Отецъ воздвигъ Его отъ мертвыхъ (тамъ же, 8, 11), — а иногда Самому Воскресшему, утверждая, что Онъ имѣлъ область, какъ положить душу Свою, /с. 516/ такъ и паки принять ее (Іоан. 10, 18). Такъ и должно быть! Какъ Сынъ человѣческій, Спаситель нашъ могъ быть воскрешенъ токмо всемогущею силою Божіею (2 Кор. 13, 4), а какъ Сынъ Божій, какъ предвѣчное Слово и Творецъ всего видимаго и невидимаго, Онъ воскресилъ Самъ Себя.

При всей внутренней сокровенности своей, чудо воскресенія не замедлило дать знать о себѣ всему міру самымъ величественнымъ образомъ. — И во-первыхъ, при воскресеніи, по свидѣтельству Евангелиста Матѳея, бысть трусъ велій (Матѳ. 28, 2), то есть, сильное сотрясеніе земли. При смерти Господа это служило знаменіемъ обличительнымъ для цѣлаго Іерусалима, собравшагося тогда на Голгоѳѣ; теперь трясущейся землѣ некого было вразумлять, кромѣ стражи, ибо весь Іерусалимъ еще спалъ: однакоже она сотрясалась не менѣе прежняго, и не могла не сотрясаться, потому что изъ нѣдръ ея, какъ изъ утробы матерней, выходилъ теперь великій Первенецъ изъ мертвыхъ (Кол. 1, 18) — выходилъ не по всеобщему закону рожденія въ жизнь вѣчную, по коему, вслѣдствіе искупленія міра, востанутъ нѣкогда изъ утробы земной всѣ почивающіе въ гробахъ, а по особенному, чрезвычайному дѣйствію Божественнаго всемогущества, которое, подвигшись священнотайнѣ въ душѣ Богочеловѣка, и подвигнувъ вмѣстѣ съ симъ всѣ силы природы, снова навсегда сопрягло ее съ почивавшею во гробѣ плотію.

При трепетномъ служеніи земныхъ стихій, воскресенію Господа удостоились послужить и силы горнія. — И во-первыхъ, одинъ изъ Ангеловъ, сошедъ съ неба (Матѳ. 28, 2) — выраженіе употребляемое въ Писаніи при самыхъ важныхъ случаяхъ, — отвалилъ камень, закрывавшій входъ въ пещеру, гдѣ находился гробъ Іисусовъ. Отваленіе камня, совершенно не нужное для Воскресшаго, — ибо тѣло Его, какъ видно изъ явленія ученикамъ, свободно проходило сквозь затворенныя двери, — нужно было для послѣдователей Господа, особенно св. женъ, дабы онѣ, пришедъ ко Гробу, не препятствуемыя камнемъ, скорѣе могли узнать, что напрасно ищутъ живаго съ мертвыми. Притомъ отваленіе камня Ангеломъ служило вмѣсто торжественнаго объявленія стражѣ о воскресеніи Божественнаго Мертвеца, ею стрегомаго, ибо Самъ Воскресшій, кажется, не благоволилъ явить стражамъ Своего лица, отъ чрезвычайной славы коего, въ первыя /с. 517/ минуты воскресенія, они могли бы исчезнуть съ лица земли.

Видъ Ангела, отвалившаго камень, по словамъ св. Матѳея: былъ какъ молнія, — а одѣяніе бѣло какъ снѣгъ (Матѳ. 28, 3), самый естественный образъ явленія въ нашемъ мірѣ существъ міра горняго, кои, исходя отъ лица славы Божіей, должны приносить къ намъ на своемъ лицѣ отсвѣтъ сея славы, принадлежащей имъ впрочемъ и по самому существу ихъ — невинному, а потому и свѣтоносному. Теперь свѣтлости лица и одежды требовало въ небесномъ вѣстникѣ уже самое соотвѣтствіе съ славою Отчею, открывшеюся въ воскресеніи возлюбленнаго Сына.

Стражи при видѣ Ангела стали, по выраженію Евангелиста, какъ мертвые (Матѳ. 28, 4). Вся неустрашимость римскаго воина обратилась въ ничто отъ одного присутствія существа высшаго: отъ одного, говорю, присутствія, ибо нисколько не видно, чтобы небесный вѣстникъ говорилъ что-либо воинамъ; онъ только отвалилъ отъ дверей гроба камень, и сѣдяше на немъ (Матѳ. 28, 2). Но этимъ сидѣніемъ сказывалось все. Посему воины, сколько позволяло возвращающееся сознаніе и силы, немедленно удалились отъ гроба съ вѣстію, самою ужасною для враговъ и убійцъ Іисуса!

Теперь скажемъ кратко о первыхъ явленіяхъ воскресшаго Господа, дабы дать понятіе о томъ, какъ Онъ дѣйствовалъ въ первыя минуты по воскресеніи и какъ вѣра въ Него начала воскресать между Его послѣдователями.

Мы замѣтили уже, братіе, что св. жены, присутствовавшіе при погребеніи Господа Іосифомъ, рѣшились помазать тѣло Его мѵромъ. Едва только прошелъ покой субботній, препятствовавшій исполненію святаго намѣренія, онѣ, еще до разсвѣта, отправились на гробъ съ ароматами. О стражѣ, приставленной ко гробу Іисусову, имъ не было извѣстно вовсе; — страшились одного: кто отвалитъ камень отъ дверей гроба? (Марк. 16, 3. 4). Бѣ бо велій зѣло. Страхъ сей не воспрепятствовалъ однакоже усердію Магдалины оставить за собою всѣхъ прочихъ спутницъ и придти, прежде ихъ, одной въ вертоградъ. Каково же должно быть изумленіе св. жены, когда она не нашла ни камня у пещеры, ни тѣла въ пещерѣ! — Въ смятеніи чувствъ, не думая о прочихъ спутницахъ, Магдалина тотчасъ устремилась назадъ, къ Петру и Іоанну. Взяша Господа отъ гроба, вопіяла безутѣшная, и не /с. 518/ вѣмъ, гдѣ положиша Его (Іоан. 20, 2). Но Петръ съ Іоанномъ не болѣе его знали, куда дѣвалось пречистое тѣло; и вмѣсто отвѣта, послѣдуемые Магдалиною, сами устремились ко гробу, для узнанія тайны.

Святая тайна сія между тѣмъ была уже разгадана для другихъ. Прочія жены, пришедши въ слѣдъ за Магдалиною въ вертоградъ, также не нашли тамъ ни камня у пещеры, ни тѣла въ гробѣ, но, въ замѣнъ сего, вскорѣ увидѣли двухъ юношей въ блестящей одеждѣ. Небесные вѣстники сіи (то были они) вывели ихъ изъ недоумѣній и страха, объявивъ, что теперь время уже не печали и смущенія, а радости, — что Погребенный воскресъ, сообразно Своему предсказанію, и явится послѣдователямъ Своимъ въ Галилеи, — и что имъ посему должно, какъ можно скорѣе, идти назадъ для обрадованія сею вѣстію всѣхъ учениковъ Іисусовыхъ (Лук. 24, 2-9).

Двое изъ сихъ учениковъ, то есть, Петръ съ Іоанномъ, были сами теперь близъ вертограда, когда св. жены выходили изъ него, но для нихъ часъ радости и блаженства еще не приспѣлъ. Вмѣсто видѣнныхъ женами Ангеловъ, онѣ нашли во гробѣ однѣ погребальныя одежды Воскресшаго; и, не видя никого въ вертоградѣ, обратились назадъ, — Іоаннъ съ вѣрою, Петръ съ удивленіемъ (Іоан. 20, 2-9).

На святой стражѣ у гроба осталась одна Магдалина. Среди слезъ — обыкновенной отрады душъ печальныхъ, она наклонилась въ пещеру, чтобы еще разъ взглянуть на мѣсто, гдѣ лежало тѣло Іисусово; и вотъ — два юноши, въ бѣломъ одѣяніи, сидятъ, одинъ у главы, а другой въ ногахъ у гроба! Во всякомъ другомъ неожиданное явленіе сіе произвело бы страхъ и возбудило мысль о небесномъ существѣ явившихся; но Маріи, коея душа всецѣло занята была драгоцѣнною потерею, все казалось естественнымъ, кромѣ отсутствія погребеннаго тѣла. На вопросъ Ангеловъ: что плачешися? она безъ всякаго страха отвѣчала то же самое, что говорила Апостоламъ: взяша Господа моего, и не вѣмъ, гдѣ положиша Его (Іоан. 20, 13). При сихъ словахъ Марія невольно обратилась лицемъ назадъ и увидѣла, что невдалекѣ стоитъ нѣкто. То былъ Самъ Господь, но взоръ сквозь слезъ, среди смущенія душевнаго, не въ состояніи былъ вдругъ распознать, среди древесныхъ тѣней, возлюбленнаго Учителя. Думая, что это вертоградарь, Марія продолжала /с. 519/ смотрѣть въ пещеру, гдѣ присутствіе двухъ лицъ, участвующихъ въ ея положеніи, обѣщало болѣе удовлетворенія святому любопытству. Даже когда Самъ Господь вопросилъ ее: что плачеши, кого ищеши? — Магдалина съ сильнымъ чувствомъ, но безъ особеннаго вниманія къ спрашивавшему, отвѣчала: Господи, аще ты еси взялъ Его, повѣждь ми, гдѣ еси положилъ Его, и азъ возьму Его. — Маріе! сказалъ наконецъ Господь тѣмъ гласомъ, отъ коего нѣкогда вышло изъ нея седмь злыхъ духовъ, ее мучившихъ. — Раввуни! отвѣчала изумленная, и хотѣла отъ радости броситься къ ногамъ Іисусовымъ, чтобы обнять ихъ. Но теперь было время не для земнаго усердія. Не прикасайся Мнѣ, сказалъ Господь, удерживая порывъ святой любви: не убо взыдохъ ко Отцу Моему! иди же ко братіи Моей, и рцы имъ: восхожду ко Отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему (Іоан. 20, 17). Послѣ сего, Марія немедленно поспѣшила къ Апостоламъ.

Въ то же почти время награждено усердіе и прочихъ святыхъ женъ, бывшихъ у гроба. Когда онѣ возвращались съ Ангельскою вѣстію о воскресеніи къ Апостоламъ, се на пути, внезапу, Самъ Іисусъ срѣте я, глаголя: радуйтеся! Въ забвеніи всего земнаго, жены пали къ ногамъ Его, радуяся и трепеща отъ радости: Воскресшій казался имъ уже не сыномъ токмо Маріи, а единороднымъ отъ Отца, исполнь благодати и истины. Не бойтеся, сказалъ Господь, идите, возвѣстите братіи Моей, да идутъ въ Галилею, и ту Мя видятъ (Матѳ. 28, 9. 10). Такимъ образомъ окончились два первыя явленія воскресшаго Господа.

Съ перваго взгляда видно, братіе, что воскресшій Господь весьма занятъ былъ мыслію о скорѣйшемъ успокоеніи Своихъ учениковъ, страдавшихъ отъ Его креста. И отъ Ангеловъ и отъ Него Самого, при обоихъ явленіяхъ, повторяется одно и то же повелѣніе: чтобы жены шли скорѣе къ ученикамъ съ вѣстію о воскресеніи. Блаженство Воскресшаго казалось Ему какъ бы неполнымъ, доколѣ не будетъ раздѣлено съ тѣми, коихъ Онъ возлюбилъ до конца (Іоан. 13, 1), и кои по сему самому называются теперь не учениками, а братіею: рцы братіи Моей. Между тѣмъ Петръ съ Іоанномъ, и бывши въ пещерѣ у гроба, не видѣли теперь сами Воскресшаго, не видѣли даже ни одного изъ /с. 520/ Ангеловъ! — Безъ сомнѣнія, потому, что для нихъ, какъ мы замѣтили, не приспѣлъ еще часъ полной радости; — и по состоянію души ихъ, имъ полезнѣе было вначалѣ услышать о воскресеніи отъ другихъ, нежели тотчасъ увидѣть Воскресшаго самимъ. — Принятіе Господа Магдалиною за вертоградаря (зависѣвшее впрочемъ весьма много отъ ея крайняго смущенія духа, тяжкой печали, и даже особеннаго положенія тѣла ея у пещеры) показываетъ, что слава воскресенія была уже сокрыта подъ кровомъ плоти, хотя торжественно прошедшей вратами смерти, но еще не возведенной на всю высоту небеснаго величія. Съ другой стороны, въ воскресшемъ тѣлѣ Богочеловѣка обнаруживались уже (и еще болѣе обнаружатся въ слѣдующихъ явленіяхъ Апостоламъ) новыя качества, приличныя токмо тѣламъ прославленнымъ. Явленіе Магдалинѣ у гроба и женамъ на пути, судя по времени того и другаго, не иначе могло быть, какъ при способности преноситься мгновенно съ одного мѣста на другое, — быть видимымъ и невидимымъ по произволу. Вслѣдствіе сея же, безъ сомнѣнія, способности, а Ангелы при гробѣ были видимы женамъ, потомъ невидимы Петру и Іоанну, и паки видимы Магдалинѣ. Кромѣ сего, изъ словъ Спасителя Магдалинѣ видно, что Ему предстояло еще теперь восхожденіе къ Отцу. Какое и для чего? — Будущее вознесеніе на небо съ Елеона послѣдовало спустя сорокъ дней; а Воскресшій говоритъ: не взойду, а восхожду, то-есть, теперь, или вскорѣ. — Посему, не временное ли это восхожденіе въ міръ горній? И не на сіе ли самое указываетъ святый Павелъ, когда, исчисляя главныя событія въ жизни Господа, предъ словами, вознесеся на небо, поставляетъ: показася Ангеломъ (1 Тим. 3, 16)? Въ самомъ дѣлѣ, если Воскресшему должны были, по словамъ Писанія, поклониться всѣ Ангелы Божіи (Евр. 1, 6), то не было, кажется, нужды лишать ихъ сего блаженства въ продолженіе четыредесяти дней.

Не опустимъ, наконецъ, братіе, безъ вниманія и того, кому суждено пріять и распространить первую вѣсть о воскресеніи, не Іоанну, не Петру, не Іакову — верховнымъ Апостоламъ, а слабымъ, но усерднымъ женамъ, шедшимъ съ ароматами. Ароматы оставались безъ употребенія, но несшія ихъ, за свою любовь, сами содѣлались благоуханіемъ Христовымъ (2 Кор. 2, 15). «Жена», замѣчаетъ Григорій Великій, /с. 521/ «изъ устъ змія приняла первую ложь, и жена же изъ устъ Самого Воскресшаго Господа услышала, первая, радостную истину, дабы чья рука растворила смертное питіе, та же самая подала и чашу жизни» (Бесѣд. 25). А мы замѣтимъ для всѣхъ женъ, что онѣ, по примѣру мѵроносицъ, могутъ назидать спасеніе не только свое, но и другихъ. Женѣ Апостолъ не повелѣлъ учить (1 Тим. 2, 12), то-есть, подобно мужамъ, въ собраніяхъ христіанскихъ, но для дѣтей мать есть первый, Самимъ Богомъ поставленный, учитель. Пусть они изъ твоихъ устъ услышатъ первую вѣсть о своемъ Спасителѣ и Его воскресеніи; — и ты будешь мѵроносицею для своей домашней Церкви.

Сказывать ли наконецъ вамъ о послѣднемъ обстоятельствѣ, сопровождавшемъ воскресеніе Господа? — О, какъ тяжело въ такой свѣтлый день быть повѣствователемъ событія, которое такъ сильно мрачитъ и унижаетъ природу человѣческую! Но мы не можемъ не дать мѣста въ своемъ повѣствованіи тому, что премудростію Божіею допущено стать въ исторіи воскресенія Христова; можемъ токмо и должны оплакивать, что духъ злобы успѣлъ произвести въ подобныхъ намъ человѣкахъ!

Когда горѣ совершалось Божественное восхожденіе къ Отцу истины и блаженства; долу — во дворѣ Анны и Каіафы, совершалось, братіе, новое, ужасное нисхожденіе къ отцу лжи и смерти! Услышавъ отъ кустодіи о воскресеніи, враги Распятаго, вмѣсто того, чтобы пробудиться отъ нечувствія и ожесточенія, придти въ себя, признать свое заблужденіе и омыть оное слезами, — замыслили новую, тягчайшую неправду и клевету. Неизвѣстно за-подлинно, какъ лукавая совѣсть ихъ изъяснила себѣ чудо воскресенія: похищеніемъ ли тѣла учениками Іисусовыми, или дѣйствіемъ темныхъ силъ, какъ изъяснялись ими прежде чудеса Самого Іисуса, только несчастные умолили стражу, свидѣтельствовавшую о воскресеніи, сказать: что ученицы Іисуса нощію пришедше, украдоша Его, намъ спящимъ (Матѳ. 28, 13). Ничего не могло быть нелѣпѣе сей лжи, ибо какъ воину римскому ссылаться было на сонъ во время стражи? Съ другой стороны, какъ стражѣ спавшей свидѣтельствовать о томъ, что она проспала? — И ученикамъ ли отважиться на похищеніе, для коихъ страшенъ былъ голосъ рабыни? Тѣмъ ли /с. 522/ похищать мертваго, кои оставили живаго? — Если бы и кто другой вздумалъ похитить тѣло, то сдѣлалъ бы сіе до приставленія ко гробу стражи; а при стражѣ, не сталъ бы медлить въ пещерѣ, снимать погребальныя пелены и сударь со главы, и раскладывать ихъ въ такомъ порядкѣ, въ какомъ нашли ихъ Петръ съ Іоанномъ. — Если гдѣ, по замѣчанію Златоуста, то здѣсь солга неправда себѣ (Псал. 26, 12). Но другой лжи не представлялось; потому и ухватились за то, что первое и послѣднее попало на злой умъ. Разборчивостію и судомъ народа, иже не вѣсть закона (Іоан. 7, 49), немного дорожили; страшнѣе былъ Пилатъ, который за настойчивость въ преторіи при сужденіи Іисуса, могъ теперь жестоко отмстить книжникамъ провозглашеніемъ ужасной для нихъ истины. Но золото въ сіе время было сильнѣе всякой истины на судѣ римскомъ; посему первосвященники смѣло говорили стражѣ: аще сіе услышано будетъ у игемона, мы утолимъ его, и васъ безпечальны сотворимъ (Матѳ. 28, 14).

Слыша сіе, братіе, многіе изъ насъ въ святой ревности могутъ подумать, для чего Воскресшій не явился тотчасъ въ торжествѣ врагамъ Своимъ и не принудилъ ихъ къ вѣрѣ? — Но что было бы пользы отъ сего явленія? — Принужденная вѣра не есть вѣра. Притомъ, злоба враговъ Іисусовыхъ могла бы устоять въ своемъ невѣріи и при явленіи имъ Воскресшаго; могла бы сказать, что явившійся или не умиралъ, или ожилъ не Божественною силою. Воскресшій поступилъ премудрѣе: Онъ не явился Іерусалиму Самъ, дабы, между прочимъ, не подать повода къ волненіямъ многочисленному народу, стекшемуся на праздникъ, а достойнымъ въ Іерусалимѣ послалъ отъ Себя такихъ вѣстниковъ Своего воскресенія, кои подобно Ему, сами воскресли изъ мертвыхъ, и потому имѣли все право на довѣріе: я разумѣю тѣхъ святыхъ людей, кои, по свидѣтельству Евангелиста Матѳея, востали изъ гробовъ въ часъ смерти Господа, и, по воскресеніи, вошедъ во святый градъ, явились многимъ (Матѳ. 27, 53), — безъ сомнѣнія съ вѣстію о воскресеніи. А для упорныхъ враговъ истины будутъ воздвигнуты цѣлые сонмы свидѣтелей изъ среды учениковъ Іисусовыхъ, кои о имени Воскресшаго сотворятъ всѣ роды чудесъ и за истину воскресенія Его отдадутъ свою жизнь. Одинъ Павелъ обратитъ тьмы. — Собственная же видимая дѣятельность Спасителя, въ отношеніи къ іудеямъ, окончилась /с. 523/ Его смертію. Теперь, пріявъ власть на землѣ и на небѣ, Онъ уже долженъ былъ имѣть въ виду не синедріонъ съ фарисеями, а цѣлый міръ, и для обращенія его приготовить учениковъ Своихъ. Сей-то послѣдней, великой цѣли посвящены были послѣдніе дни Его на землѣ, до вознесенія на небо, какъ свидѣтельствуютъ о томъ послѣдующія явленія Его Апостоламъ. Но о сихъ явленіяхъ мы будемъ бесѣдовать въ свое время.

Теперь же, братіе, дерзнемъ еще разъ въ духѣ вѣры и любви вознести взоръ прямо къ лицу воскресшаго Господа. Какимъ Божественнымъ свѣтомъ сіяетъ нынѣ лице сіе, въ коемъ не было не вида, ни доброты на Голгоѳѣ! — Откуда же сей свѣтъ? — Весь отъ креста. Если бы, скажемъ словами Самого Воскресшаго, зерно пшеничное, падши на землю, не умерло, то бы едино пребывало: теперь же, умерщвленное на Голгоѳѣ, оно сотворитъ плодъ многъ (Іоан. 12, 24). Вознесенный отъ земли крестомъ, Сынъ Человѣческій повлечетъ за Собою все (Іоан. 12, 32). Теперь малодушные прежде и трепетавшіе гласа рабынь, Апостолы облекутся непреоборимою силою свыше, пронесутъ имя Распятаго до послѣднихъ предѣловъ вселенныя, водрузятъ крестъ тамъ, гдѣ былъ престолъ сатаны, заставятъ поклоняться кресту тѣхъ, коихъ вся вселенная величала богами. Теперь явятся сонмы мучениковъ, кои за имя Воскресшаго сами пойдутъ на крестъ и презрятъ всю лютость тирановъ. Теперь возникнутъ общества святыхъ пустынниковъ и подвигами самоотверженія удивятъ безплотныхъ Ангеловъ. Все на землѣ приметъ другой видъ: весь міръ обратится отъ тьмы ка свѣту, отъ области сатаны къ Богу (Дѣян. 26, 18), и все сіе потому, что на Голгоѳѣ примирено небо съ землею, потому что крестомъ отверзты всѣ источники свѣта и жизни. — Престанемъ же, братіе, бояться и убѣгать креста, возлюбимъ его въ какомъ бы видѣ, гдѣ бы и когда бы онъ не срѣтилъ насъ; облобызаемъ его, хотя бы на немъ надобно было предать самый духъ свой Отцу небесному. Намъ всѣмъ должно быть тамъ, гдѣ теперь Воскресшій Господь и Спаситель нашъ, а пути туда нѣтъ ни ближе, ни вѣрнѣе, какъ со креста, или лучше сказать, путь туда только одинъ и есть — крестъ! Аминь.

Источникъ: Сочиненія Иннокентія, Архіепископа Херсонскаго и Таврическаго. Томъ IV. — Изданіе второе. — СПб.: Изданіе книгопродавца И. Л. Тузова, 1908. — С. 513-523.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.