Церковный календарь
Новости


2019-06-25 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ II-й, Ч. 4-я, Гл. 11-15 (1922)
2019-06-25 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ II-й, Ч. 4-я, Гл. 6-10 (1922)
2019-06-24 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 6-е, объ умныхъ сущностяхъ (1844)
2019-06-24 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 5-е, о Промыслѣ (1844)
2019-06-23 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 128-е (1895)
2019-06-23 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 127-е (1895)
2019-06-22 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 18-е къ монахамъ (1829)
2019-06-22 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 17-е къ монахамъ (1829)
2019-06-21 / russportal
"Церковная Жизнь" №1 (Январь) 1948 г.
2019-06-20 / russportal
"Церковная Жизнь" №3-4 (Октябрь-Ноябрь) 1947 г.
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 126-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 125-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 124-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 123-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 122-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 121-е (1895)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 26 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 9.
Церковная письменность

Архіеп. Иннокентій (Борисовъ) († 1857 г.)

Вл. Иннокентій (въ мірѣ Иванъ Алексѣевичъ Борисовъ), архіеп. Херсонскій и Таврическій, знаменитый проповѣдникъ, богословъ и духовный писатель. Родился 15 декабря 1800 г. въ г. Ельцѣ Воронежской губ. въ семьѣ священника. Окончилъ Орловскую духовную семинарію (1819) и Кіевскую духовную академію (1823). По окончаніи академіи въ 1823 г. переѣхалъ въ С.-Петербургъ, принялъ монашество и сталъ преподавать въ духовныхъ школахъ. Профессоръ С.-Петербургской духовной академіи (1824) и ректоръ Кіевской духовной академіи (1830). Архимандритъ (1826). Епископъ Чигиринскій (1836), Вологодскій (1841) и Харьковскій (1841). Архіепископъ (1845). Архіепископъ Херсонскій и Таврическій (1848). Членъ Россійской Академіи Наукъ (1841). Во время Крымской войны и обороны Севастополя (1853-1856) проявилъ удивительное мужество, не покинувъ свою паству въ годину испытанія. Несмотря на опасность, пріѣзжалъ прямо къ мѣстамъ боевъ, воодушевляя солдатъ своими проповѣдями, совершалъ богослуженія въ походныхъ храмахъ, посѣщалъ воиновъ въ лазаретахъ, гдѣ свирѣпствовалъ заразительный тифъ. Во время сраженій обходилъ ряды войскъ, ободряя героевъ. За доблестное служеніе Вѣрѣ, Царю и Отечеству въ тяжелое для Россіи время былъ удостоенъ ряда Высочайшихъ наградъ и поощреній. Особую славу архіеп. Иннокентія составляетъ необыкновенный проповѣдническій талантъ. Его поученія стали превосходнымъ образцомъ православнаго краснорѣчія; часть ихъ была переведена на языки — франц., нѣм., польск., серб., греч., армян. Скончался архіеп. Иннокентій въ Херсонѣ 26 мая 1857 г. въ день Пятидесятницы — праздникъ Святой Троицы. Сочиненія: Шесть томовъ (полное собраніе). СПб., 1908.

Сочиненія архіеп. Иннокентія (Борисова)

Сочиненія Иннокентія, архіепископа Херсонскаго и Таврическаго.
Томъ 3-й. Изданіе 2-е. СПб., 1908.

СЛОВА НА ВЫСОКОТОРЖЕСТВЕННЫЕ ДНИ.

Слово въ день священнаго вѣнчанія на царство Благочестивѣйшаго Государя Николая Павловича, Императора и Самодержца Всероссійскаго, произнесенное въ Кіево-Печерской лаврѣ, 22 августа 1831 года.

Рече Господь Господеви моему: сѣди одесную Мене, дондеже положу враги Твоя подножіе ногъ Твоихъ. Жезлъ силы послетъ Ти Господь отъ Сіона: и господствуй посредѣ враговъ Твоихъ. — Господь одесную Тебе сокрушилъ есть въ день гнѣва Своего цари: судитъ во языцѣхъ, исполнитъ паденія, сокрушитъ главы на земли многихъ. Отъ потока на пути піетъ; сего ради вознесетъ главу (Псал. 109).

Такъ въ книгѣ псалмовъ Давидовыхъ описывается великое предназначеніе великаго царя: Іегова благоволитъ о немъ и хранитъ его, яко зеницу ока; но въ то же время попускаетъ быть предметомъ вражды и неправдъ человѣческихъ, терпѣть нападенія и клевету. Онъ исполненъ благодати и истины. достоинъ всѣхъ благословеній земли и неба; между тѣмъ, толпы неистовыхъ мятутся, чтобы поколебать престолъ его. При всей любви къ миру, для него необходимо вести брани, и производить судъ надъ народами; при всемъ состраданіи къ бѣдствіямъ человѣчества, онъ долженъ сокрушить главы многихъ. Кратко, сему царю-подвижнику суждено свыше идти и вести народъ свой къ славѣ и благоденствію путемъ искушеній и терпѣнія: отъ потока на пути піетъ, сего ради вознесетъ главу.

Нѣтъ нужды изслѣдовать, кто сей царь, изображаемый псалмопѣвцемъ, и съ кого сняты черты столь дивныя. По /с. 53/ откровенію самаго неба мы знаемъ, что въ нихъ изображено достопоклоняемое лице Мессіи, божественнаго первообраза всѣхъ царей и владыкъ земныхъ, и вмѣстѣ высочайшаго образца всѣхъ подвижниковъ истины и добродѣтели. Но потому самому сіе пророчественное изображеніе можетъ быть прилагаемо и къ судьбѣ каждаго изъ тѣхъ (немногихъ) вѣнценосцевъ, коимъ суждено свыше побѣждать благимъ злое, сочетать величіе съ терпѣніемъ и кротостію. — Таковъ былъ Давидъ, мужъ по сердцу Божій, вѣрный оправданіямъ Іеговы и, однако же, проходившій съ народомъ своимъ рядъ искушеній столь тяжкихъ, что молитвенными воплями его наполнена большая часть псалмовъ. Таковы были Іосафатъ, Езекія, Іосія и прочіе образцы царственной славы, стяжаваемой терпѣніемъ и подвигами.

Усомнимся ли къ симъ благолѣпнымъ именамъ присоединить еще одно побѣдоносное имя, близкое теперь къ устамъ и сердцу каждаго сына Отечества? Дерзнемъ ли не примѣтить священныхъ терновъ, коими рука Промысла украшаетъ вѣнецъ и нашего возлюбленнаго Монарха? Ахъ, кто не знаетъ, что любезное Отечество наше вдругъ поражено тѣми бѣдствіями, изъ коихъ Давидъ нѣкогда страшился избрать (2 Цар. 24, 14)? Для чьей же главы ощутительнѣе тяжесть испытующей десницы Божіей, какъ не для главы народа? Въ чьемъ же сердцѣ сильнѣе отзываются удары судебъ, какъ не въ сердцѣ отца отечества? Царственныя уста не разъ отверзались уже на смиренное исповѣданіе неисповѣдимыхъ путей Божіихъ; самодержавная рука не разъ, вмѣсто повелѣній, писала молитву сокрушеній и преданности; самъ Давидъ не отвергъ бы выраженій сей скорби, и не усомнился бы признать, что его изображеніе царя-подвижника въ лицѣ нашего Монарха еще разъ нашло свое осуществленіе.

Благоговѣя предъ сими знаками самодержавнаго смиренія, нашъ долгъ, однако же, повѣдать, что и свѣтлая сторона богоначертаннаго изображенія Давидова весьма ясно и вѣрно отражается въ судьбѣ нашего Помазанника; наше дѣло возвѣстить въ слухъ тѣхъ, что тяжкія искушенія, коими промыслу Вышняго угодно было посѣтить наше отечество, служатъ къ тому, чтобы предъ всѣмъ свѣтомъ открылися высокія качества души царевой, — что всѣ враги его и цар/с. 54/ства видимо облекаются студомъ, и, одинъ за другимъ, полагаются въ подножіе ногъ, что приближается время окончательнаго торжества добра надъ зломъ, вѣрности долгу и порядку надъ буйствомъ и ненаказанностію.

Такъ вожделѣнное время сіе приближается! — Ангелъ смерти, преслѣдуемый смиреніемъ царя и молитвами народа, видимо спѣшитъ изъ предѣловъ нашего Отечества; земля, ожестѣвшая было подъ стопами устрашенныхъ дѣлателей, паки разверзла нѣдра свои и въ большомъ обиліи износитъ жизнь и веселіе; чудовище мятежа уже поражено во главу, и тѣ, кои мнили шумомъ оружія заглушить вопль правды, сами начинаютъ внимать голосу долга; сама столица вѣроломства трепещетъ уже въ стѣнахъ своихъ, — если только онѣ еще дерзаютъ стоять предъ лицемъ воинства россійскаго.

Увидимъ и послѣдній конецъ бѣдствіямъ! За рядомъ побѣдъ наступитъ торжество великодушія и милости. Та же десница, которая теперь караетъ непокорность и буйство, еще охотнѣе прострется на уврачеваніе язвъ и осушеніе слезъ. Тѣ же люди, кои доселѣ въ омраченіи ума не видѣли другаго исхода изъ безднъ мятежа, кромѣ побѣды или смерти, найдутъ благотворную средину на лонѣ единоплѣменнаго незлобія и кротости; — и братія, на время разлученныя чуждымъ для нихъ духомъ крамолы, тѣмъ тѣснѣе соединятся навсегда подъ самодержавнымъ скипетромъ одного общаго отца.

И что могло бы расторгнуть столь ужаснымъ образомъ священный союзъ двухъ народовъ, кои, по намѣренію самого Промысла, навсегда сопряжены единствомъ происхожденія, сродствомъ языка, совмѣстностію всѣхъ выгодъ мѣстоположенія, давностію сношеній и недавнимъ обѣтомъ клятвы? О, подлинно, если что было добро, или что красно, то сей братіи жити вкупѣ (Псал. 132, 1)! Только тлетворный духъ лжи, льстящій нынѣ едва не всю вселенную (Апокалипс. 12, 9), могъ обаяніями своими заглушить гласъ правды и благоразумія. Но что принесетъ съ собою сей эдемскій искуситель? При одномъ появленіи его тишина и безопасность исчезли, общественная дѣятельность прекратилась, порядокъ уступилъ мѣсто насиліямъ, семейственныя и гражданскія добродѣтели замѣнились безумными порывами отчаянія. Что /с. 55/ послѣдовало за принятіемъ зміинаго совѣта? Ниспроверженіе того, въ чемъ находили свое благоденствіе грады и веси; опустошеніе того, что созидалось и украшалось вѣками; страхъ однихъ, стыдъ и раскаяніе другихъ, бѣдствія и слезы всѣхъ: и отверзошася очи, и разумѣша, яко нази бѣша, и услышаста гласъ Бога, ходящаго въ раи, и скрыстася (Быт. 3, 7. 8): вотъ неизбѣжный конецъ всѣхъ безумныхъ возстаній противъ царя небеснаго и царей земныхъ!

Первымъ поводомъ къ искушенію въ такомъ случаѣ обыкновенно бываетъ мечта лучшаго: будете яко бози (тамъ же, ст. 5). И дѣйствительно, нѣтъ ничего похвальнѣе, какъ желать усовершенствованія себѣ и другимъ, и нельзя отрицать, что на бѣдной землѣ, обитаемой родомъ человѣческимъ, не мало такого, что можетъ быть лучше. Слово Божіе прямо говоритъ, что мы всѣ въ состояніи изгнанія эдемскаго; а такое состояніе когда бываетъ совершеннымъ? Но кто поручится, что все, кажущееся намъ въ общественной жизни недостаткомъ, дѣйствительно таково? — Тѣмъ паче, что средства, придуманныя нами для исправленія порядка гражданскаго, непремѣнно приведутъ къ цѣли и отвратятъ всѣ недостатки? Какъ трудно бываетъ иногда судить правильно о томъ, что истинно полезно или вредно и для одного человѣка, — даже для насъ самихъ! Тѣмъ труднѣе постигнуть, отъ чего ближайшимъ образомъ зависитъ благоденствіе цѣлаго народа. Для сего нужно знать его во всемъ составѣ и частяхъ, видѣть его способности и недостатки, нужды и желанія, — обнять соображеніемъ состояніе его прошедшее, настоящее и будущее; различить въ его судьбѣ съ точностію возможное отъ дѣйствительнаго, случайное отъ существеннаго. Многіе ли могутъ похвалиться таковымъ знаніемъ? А безъ него легко можно впасть въ заблужденія самыя грубыя, и пожелать своему отечеству такихъ совершенствъ, кои для него или невозможны, или обратились бы въ настоящее зло. — Не такъ ли точно ропщутъ иногда на Промыслъ Божій, — который безъ сомнѣнія есть самый премудрый и праведный, — ропщутъ потому, что не видятъ всѣхъ путей Промысла и не умѣютъ правильно судить о томъ, что кажется въ мірѣ безпорядкомъ?

Знающій всю ограниченность природы, а тѣмъ паче произведеній человѣческихъ, нимало не поколеблется въ /с. 56/ своей вѣрности и любви къ порядку общественному и при замѣчаніи въ немъ дѣйствительныхъ недостатковъ. Есть ли на землѣ совершенство, не причастное недостаткамъ? Легко воображать лучшее; но какъ трудно приводить его въ дѣйство? И одного какого-либо человѣка не возможно вдругъ образовать и сдѣлать счастливымъ, тѣмъ паче народы. Каждый самъ себѣ самый лучшій доброжелатель; но дѣлаетъ ли для своего истиннаго блага все, что возможно? И когда дѣлаетъ, достигаетъ ли всего, что предполагалъ? Борьба съ недостатками есть нашъ удѣлъ на землѣ, а умѣренность и терпѣніе — первыя добродѣтели. Гдѣ народъ, который бы могъ похвалиться, что онъ обладаетъ совершеннѣйшимъ устройствомъ гражданскимъ? Тѣ, кои кровавою борьбою восхитили незаконное право сами себѣ предписывать законы, вдругъ ли чрезъ то взошли на верхъ благоденствія? Нѣтъ, они идутъ, подобно всѣмъ прочимъ народамъ, отъ одного опыта къ другому, принимаютъ тяжелые уроки отъ времени, учатся собственными ошибками, повторяютъ то же самое, въ чемъ прежде винили другихъ. — И сказать ли непріятную для нѣкоторыхъ истину? — Надобно благодарить Промыслъ, что онъ не попустилъ обществамъ человѣческимъ, равно какъ и въ частности людямъ, достигать, въ настоящемъ состояніи на землѣ, полнаго совершенства! — И теперь, когда различныя бѣдствія и недостатки земной жизни непрестанно пробуждаютъ въ нашей душѣ тоску о первобытномъ совершенствѣ, нами потерянномъ, и о небесномъ отечествѣ, насъ ожидающемъ, и теперь мало помнятъ это будущее отечество, гдѣ живетъ одна правда, а тогда, прилѣпившись къ землѣ, никто бы не захотѣлъ о немъ и думать.

Изъ сказаннаго ни мало не слѣдуетъ, чтобы кому-либо позволено было оставаться совершенно празднымъ зрителемъ недостатковъ (если они есть) жизни общественной, яко бы неизбѣжныхъ и потому неприкосновенныхъ. Напротивъ, здѣсь-то и мѣсто истинному усердію. Законы не могутъ обнять всѣхъ частныхъ нуждъ и случаевъ, кои безчисленны: покрой неподходящее подъ сѣнь закона твоею любовію къ человѣчеству. Правосудіе земное не въ состояніи поражать прямо всѣхъ возможныхъ злоупотребленій: стань противъ нихъ съ твердостію тамъ, гдѣ можешь. Дѣлай безъ повелѣнія то, что желалъ бы видѣть предписан/с. 57/нымъ въ законѣ; будь, если возможно, лучше закона. — Но есть ли какой-либо благой поступокъ, который бы не былъ предписанъ уже Самимъ Богомъ въ нашей совѣсти? Можно ли пожелать лучшаго законоположенія, нежели какое находится въ словѣ Божіемъ? Слѣдуй симъ руководителямъ, и никогда не найдешь причинъ къ раскаянію. То преобразованіе, которое почитаешь нужнымъ для всѣхъ, начни съ себя самого; внеси устройство въ кругъ твоихъ подчиненныхъ, покажи въ своей жизни примѣръ тѣхъ совершенствъ, кои ты желалъ бы видѣть въ жизни общественной. И одинъ такой примѣръ не можетъ остаться безъ дѣйствія, тѣмъ паче если ихъ много. А что было бы, если бы всѣ самоназванные преобразователи обществъ пошли симъ путемъ самоисправленія? Сколько преступленій и ужасовъ было бы избѣгнуто! Сколько безпорядковъ и зла истреблено непримѣтнымъ образомъ! Сколько добра произведено въ тишинѣ и мирѣ! И слезы обольщенныхъ, кои теперь льются предъ Богомъ отмщеній, были-бы тогда слезами искренней благодарности.

Могутъ быть, конечно, и такіе недостатки въ устройствѣ обществъ человѣческихъ, коихъ не въ состояніи побѣдить вся ревность частныхъ людей. Но для сего-то и существуетъ верховная власть, въ рукахъ коей сосредоточены силы и средства укрѣплять слабое, возращать юное, исцѣлять немощное, искоренять, насаждать и отреблять. Намъ ли жаловаться на недостатокъ сихъ средствъ, или на неупотребленіе оныхъ? Если бы и всѣ народы усомнились въ благотворной дѣятельности властей предержащихъ, то Россія — не можетъ. Ея величіе есть истое дѣло ея самодержцевъ. Кто простеръ предѣлы земли отечественной до послѣднихъ предѣловъ вселенной, заставилъ не христіанскую Азію преклониться предъ знаменіемъ креста, и недавно еще освободилъ всю Европу отъ тяжкаго ига? Наши самодержцы. Кто призвалъ къ намъ просвѣщеніе, возрастилъ вертограды наукъ, повелѣлъ свѣту ума разливаться и тамъ, гдѣ рѣдко является свѣтъ солнца? Наши самодержцы. Кто проложилъ неизмѣримые пути отечественной промышленности, облегчилъ движеніе народныхъ избытковъ, открылъ для трудолюбія входы и исходы во всѣхъ странахъ свѣта? Самодержцы. Кто въ продолженіе толикихъ вѣковъ изре/с. 58/калъ для отечества права и законы, былъ звучнымъ органомъ народной совѣсти и смысла, гласомъ Самаго Бога? Самодержцы. Въ другихъ странахъ благое нерѣдко зачиналось внизу и восходило къ престолу; у насъ оно всегда возникало на престолѣ и нисходило долу. Другіе предваряли, мы всегда были предваряемы, и едва могли вмѣщать подаваемое. Послѣ таковаго прошедшаго, при нашемъ настоящемъ, можно ли опасаться за будущее?

Нѣтъ, наконецъ, причины смущаться и тою мыслію, что дѣйствія власти предержащей, сколько бы она ни была попечительна и мудра, какъ дѣйствія человѣческія, могутъ, такъ сказать, отставать отъ развитія силъ и потребностей народныхъ, и чрезъ то самое замедлять преспѣяніе общества гражданскаго. Царь небесный, въ десницѣ Коего цари и царства, прежде насъ видѣлъ сію опасность, и отвратилъ оную единожды и навсегда. Чѣмъ отвратилъ? Тѣмъ, что существенное преспѣяніе обществъ человѣческихъ подчинилъ не слабому произволу человѣческому, а Своему вседѣтельному и премудрому Промыслу. Въ самомъ дѣлѣ, возрастаніе народовъ, равно какъ и человѣка, завися во многомъ отъ внѣшнихъ обстоятельствъ, имѣетъ и свой внутренній законъ, коего дѣйствія никакая сила остановить не можетъ. Въ обществахъ человѣческихъ есть Самимъ Богомъ положенное, ничѣмъ незаглушимое начало усовершимости. Сіе живоносное, врожденное всѣмъ начало есть стремленіе къ истинному, которое въ народахъ, равно какъ и въ частныхъ людяхъ, престаетъ дѣйствовать и приносить плоды только тогда, когда они сами, въ омраченіи ума и буйствѣ воли, уклоняются отъ главной цѣли бытія своего. Вмѣстѣ съ развитіемъ сего начала жизни, все худшее проходитъ само собою, предразсудки исчезаютъ, понятія и желанія очищаются, каждый входитъ въ свои права, горы и холмы смиряются, дебри наполняются, и цѣлый составъ общества самъ собою пріемлетъ видъ стройный и благолѣпный. Напротивъ, насильственныя потрясенія обществъ не только не ускоряютъ ихъ истиннаго усовершенствованія, хотя для того по видимому предпріемлются, но и замедляютъ оное. Неизбѣжнымъ слѣдствіемъ и вмѣстѣ наказаніемъ за нихъ бываетъ расколъ гражданскій и взаимная ненависть. Когда одна половина гражданъ стремглавъ спѣшитъ впередъ, дру/с. 59/гая, какъ бы по нѣкоему закону противоположности, устремляется назадъ. Въ срединѣ открывается бездна, которая поглощаетъ тысячи жертвъ, прежде нежели наполнится. Между крайностями начинается борьба и колебаніе, по окончаніи коего, думая быть у цѣли, не рѣдко находятъ себя отъ нея далѣе прежняго.

Нѣтъ, путь истиннаго гражданскаго преспѣянія идетъ отъ престола, а не изъ дебрей, и приводитъ въ храмъ благочестія, а не въ вертепы буйства. Онъ продолжителенъ, но за то безопасенъ и твердъ; продолжителенъ для жизни одного человѣка, не продолжителенъ для жизни народовъ. Царства возрастаютъ вѣками, и чѣмъ медленнѣе, тѣмъ бываютъ долговѣчнѣе.

Любезное отечество! Съ какимъ радостнымъ спокойствіемъ отъ сихъ священныхъ истинъ обращаешься къ тебѣ, въ судьбѣ коего онѣ осуществлены такъ вѣрно и полно. Не восхищеніемъ непщевало ты взойти на высоту всемірной славы. Когда прочіе народы наслаждались уже плодами свободы и гражданственности, ты носило еще узы и было умалено; продолжителенъ былъ рядъ искушеній твоихъ, кровавы подвиги, страшно испытаніе вѣрности, но, вотъ и Богъ превознесъ тебя. Чего недостаетъ теперь къ твоему настоящему, тѣмъ паче будущему величію? Неизмѣримыя пространства твои видимо сотворены быть поприщемъ великихъ событій и опытовъ гражданской жизни; многообразный составъ твой самъ собою обѣщаетъ всякаго рода силы и совершенства; ты объемлешь собою всѣ климаты, слышишь внутрь себя всѣ нарѣчія, находишь въ обителяхъ своихъ всѣ степени образованія, изображаешь въ себѣ бытіе цѣлаго рода человѣческаго. Что можетъ совратить тебя съ пути къ истинному величію, если ты само не уклонишься отъ своей высокой цѣли? Продолжай же идти мирнымъ путемъ законнаго самоусовершенствованія, не уклоняясь ни на шуее, ни на десное, не предаваясь тѣмъ гибельнымъ порывамъ силъ, кои возвышаютъ на годы и обезсиливаютъ на вѣки. Пусть шатаются языцы и людіе поучаются тщетнымъ, пусть предстаютъ на поле брани царіе земстіи, и князи собираются вкупѣ на Господа и Христа Твоего; пусть говорятъ: расторгнемъ узы ихъ — узы любви и благоденствія народнаго, и отвержемъ отъ насъ /с. 60/ иго ихъ — иго благое и легкое. Живый на небесѣхъ — и въ твоихъ православныхъ храмахъ, а паче въ твоемъ христолюбивомъ сердцѣ, — посмѣется имъ и Господь поругается имъ, какъ они ругаются тобою. Онъ возглаголетъ къ нимъ гнѣвомъ Своимъ и яростію Своею смятетъ я. Тебѣ же не только возвратитъ прежніе, но и дастъ новые языки въ достояніе твое, и въ одержаніе твое концы земли. Только продолжай работать Господеви со страхомъ, и радоваться предъ Нимъ съ трепетомъ; только пріими благодушно наказаніе, тебѣ ниспосланное. Блажени вси, надѣющіися нань (Псал. 2, 12).

Почтенные соотечественники! Нѣтъ сомнѣнія, что каждый изъ насъ всѣмъ сердцемъ участвуетъ въ сихъ благожеланіяхъ отечеству. Но всякое истинное благожеланіе должно выражаться въ благомъ дѣйствованіи. Повторимъ же предъ лицемъ Бога правды обѣтъ, подражая примѣру Монарха, употреблять всѣ силы и способности свои во благо отечества.

День священнаго вѣнчанія на царство долженъ быть днемъ повторенія священныхъ обѣтовъ предъ Богомъ для царя и его народа — особено во время, подобное настоящему. Аминь.

Источникъ: Сочиненія Иннокентія, Архіепископа Херсонскаго и Таврическаго. Томъ III. — Изданіе второе. — СПб.: Изданіе книгопродавца И. Л. Тузова, 1908. — С. 52-60.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.