Церковный календарь
Новости


2019-06-20 / russportal
"Церковная Жизнь" №3-4 (Октябрь-Ноябрь) 1947 г.
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 126-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 125-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 124-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 123-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 122-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 121-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 4-е, о мірѣ (1844)
2019-06-18 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 3-е, о Святомъ Духѣ (1844)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 30-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 29-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 28-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 27-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 26-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 25-я (1956)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Посланіе къ Руфиніану (1903)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - пятница, 21 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 34.
Церковная письменность

Архіеп. Иннокентій (Борисовъ) († 1857 г.)

Вл. Иннокентій (въ мірѣ Иванъ Алексѣевичъ Борисовъ), архіеп. Херсонскій и Таврическій, знаменитый проповѣдникъ, богословъ и духовный писатель. Родился 15 декабря 1800 г. въ г. Ельцѣ Воронежской губ. въ семьѣ священника. Окончилъ Орловскую духовную семинарію (1819) и Кіевскую духовную академію (1823). По окончаніи академіи въ 1823 г. переѣхалъ въ С.-Петербургъ, принялъ монашество и сталъ преподавать въ духовныхъ школахъ. Профессоръ С.-Петербургской духовной академіи (1824) и ректоръ Кіевской духовной академіи (1830). Архимандритъ (1826). Епископъ Чигиринскій (1836), Вологодскій (1841) и Харьковскій (1841). Архіепископъ (1845). Архіепископъ Херсонскій и Таврическій (1848). Членъ Россійской Академіи Наукъ (1841). Во время Крымской войны и обороны Севастополя (1853-1856) проявилъ удивительное мужество, не покинувъ свою паству въ годину испытанія. Несмотря на опасность, пріѣзжалъ прямо къ мѣстамъ боевъ, воодушевляя солдатъ своими проповѣдями, совершалъ богослуженія въ походныхъ храмахъ, посѣщалъ воиновъ въ лазаретахъ, гдѣ свирѣпствовалъ заразительный тифъ. Во время сраженій обходилъ ряды войскъ, ободряя героевъ. За доблестное служеніе Вѣрѣ, Царю и Отечеству въ тяжелое для Россіи время былъ удостоенъ ряда Высочайшихъ наградъ и поощреній. Особую славу архіеп. Иннокентія составляетъ необыкновенный проповѣдническій талантъ. Его поученія стали превосходнымъ образцомъ православнаго краснорѣчія; часть ихъ была переведена на языки — франц., нѣм., польск., серб., греч., армян. Скончался архіеп. Иннокентій въ Херсонѣ 26 мая 1857 г. въ день Пятидесятницы — праздникъ Святой Троицы. Сочиненія: Шесть томовъ (полное собраніе). СПб., 1908.

Сочиненія архіеп. Иннокентія (Борисова)

Сочиненія Иннокентія, архіепископа Херсонскаго и Таврическаго.
Томъ 1-й. Изданіе 2-е. СПб., 1908.

СЛОВА И БЕСѢДЫ НА ПРАЗДНИКИ ГОСПОДНИ.

Слово въ недѣлю Ваій.

Во утрій же день народъ многъ, пришедый въ праздникъ, слышавше, яко Іисусъ грядетъ во Іерусалимъ, пріяша ваія отъ финикъ, и изыдоша во срѣтеніе Ему, и зваху глаголюще: осанна, благословенъ грядый во имя Господне, Царь Израилевъ (Іоан. 12, 12-13).

Откуда такая перемѣна въ поступкахъ нашего Спасителя?.. Тотъ, Который запрещалъ духамъ нечистымъ, да не повѣдаютъ Его Сына Божія быти (Марк. 3, 12), нынѣ съ благоволеніемъ слышитъ отъ дѣтей еврейскихъ божественное осанна: Тотъ, Который уклонился отъ народа, хотѣвшаго восхитить Его, да сотворитъ себѣ царя, нынѣ свободно позволяетъ Себя именовать Царемъ Израилевымъ; Тотъ, Который торжественно призналъ, что царство Его нѣсть отъ міра сего (Іоан. 18, 36), нынѣ является окруженнымъ всѣмъ блескомъ земнаго царя. Что сіе значитъ? Или вѣчное предопредѣленіе, яко подобаетъ пострадати Христу и внити въ славу Свою, измѣнилось, и Онъ, подобно какъ на небесахъ въ ненарушимомъ мирѣ сѣдитъ на престолѣ Отца, и на земли, безъ сраженія со врагами, идетъ возсѣсть на престолѣ Давидовѣ? Но первосвященникъ іудейскій въ непонятномъ для него самого вдохновеніи изрекъ уже приговоръ, яко уне есть, да единъ умретъ за люди (Іоан. 11, 50), но сатана простеръ уже руку свою, дабы вложитъ въ сердце Іуды, да предастъ (Іоан. 13, 2), своего учителя; но Отецъ небесный растворилъ уже чашу гнѣва, которую Сынъ любве Его долженъ испить до дна; но древо креста уже возросло, гвоздіе изострено, копіе направлено, смерть вѣетъ надъ главою Его, и гробъ, изъ котораго Онъ вызвалъ друга Своего, кажется для того разверзъ нѣдра свои, дабы принять Самого Іисуса. И подъ тучею сихъ бѣдствіи, которая готова разразиться надъ главою Іисуса, Онъ совершаетъ царственное вшествіе во Іерусалимъ — въ мѣсто Своего осужденія, Своей смерти, своего гроба? Дражайшій Спасителю нашъ! мы не дерзаемъ /с. 315/ пререкать славѣ, которая подобаетъ Тебѣ во вѣки вѣковъ; мы желали бы, если возможно, умножить ее нашими хваленіями; но мы желали бы научиться отъ Тебя, для чего Ты, идя на крестъ, облекаешься сею славою, тѣмъ паче, что и намъ должно послѣдовать за Тобою на крестъ Твой, пріобщиться Твоей смерти. Не для того ли, дабы лучами сея славы озарить мракъ, окружающій крестъ Твой? Или паче, для того, что крестъ Твой, столь ужасный въ очахъ нашихъ, есть для Тебя престолъ, на который Ты идешь возсѣсть со славою Царя? Если же для Тебя крестъ Твой есть престолъ, то и для насъ, коимъ Ты завѣщалъ царство Свое, нѣтъ другаго престола, кромѣ креста. Но сколь мало разумѣемъ мы сію славную тайну Твоего и вмѣстѣ нашего креста! Да озаритъ она, хоть нынѣ при наступленіи страданій Твоихъ, умы и сердца наши! Бесѣда о крестѣ не чужда славы, коею Ты нынѣ облекаешься, тѣмъ паче, что и на Ѳаворѣ, представшіе Тебѣ Моисей и Илія глаголали исходъ Твой (Лук. 9, 31). Крестъ Христовъ, будучи водруженъ посреди всея земли и для спасенія всея земли, равно открытъ для зрѣнія всѣхъ; но не всѣ видятъ въ немъ одно. Взираетъ на него міръ, и видя лютыя болѣзни Висящаго на немъ, бѣжитъ, вопія: не знаю человѣка сего (Матѳ. 26, 74). Взираетъ законъ и, видя въ немъ исполненіе правосудія Божія, покивая головою, гласитъ: проклятъ всякъ висяй на древѣ (Гал. 3, 13). Взираетъ разумъ, и видя крайнее уничиженіе, окружающее крестъ, гордо вопрошаетъ: еда отъ репія сего собираютъ смоквы (Матѳ. 7, 16)? Наконецъ, взираетъ на крестъ вѣра, и видя на немъ Божію силу и Божію премудрость (1 Кор. 1, 24), течетъ сама на крестъ, вопія: помяни мя, Господи, егда пріидеши во царствіи Твоемъ (Лук. 23, 42). Что сія за сила, столь крѣпкая, что привлекаетъ человѣка на крестъ? — Что сія за премудрость столь тайная, что заключена во гробѣ. Се сила креста, умерщвляющая все порожденное въ насъ грѣхомъ. Се премудрость слова крестнаго, указующая новую божественную жизнь въ семъ умерщвленіи! Если мы страшимся креста: то сіе отъ того, что мы не видимъ, что бы въ насъ распять должно; а если намъ и указываютъ въ насъ что-либо такое, говоря, сіе да протято будетъ, мы гордо отвѣчаемъ: егда мы слѣпы есьмы? ни единыя вины обрѣтаю въ человѣцѣ семъ. Но если бы мы, оставивъ предубѣжденіе /с. 316/ къ самимъ себѣ, рѣшились искреннѣе разсмотрѣть самихъ себя, подвергнуть испытанію то, что мы находимъ въ себѣ добрымъ, судить внутренняго человѣка нашего, не говорю по Закону Божію, предъ свѣтомъ коего вся правда наша есть токмо мракъ, но хотя по закону нашему, то есть, по закону нашей совѣсти: мы увидѣли бы, что, не смотря на то, что стерлись въ немъ многія слова, еще не изгладилось сіе опредѣленіе: долженъ есть умрети. Сумнится о семъ плотскій человѣкъ? пріиди и виждь. Не долженъ ли ты признаться, что разумъ твой, сей незаконный владыка беззаконнаго царства, яже на земли, едва разумѣваетъ, и яже въ рукахъ, обрѣтаетъ съ трудомъ, а яже на небеси ни познать, ни пріять не можетъ (Прем. Сол. 9, 16)? Убо долженъ онъ умрети. Что воля твоя, сія рабыня рабовъ своихъ, не еже хощетъ доброе, сіе творитъ, но еже ненавидитъ злое, сіе содѣваетъ (Рим. 6, 15)? Убо должна есть умрети. Что внутрь тебя есть законъ, непрестанно воюющій противу закона ума твоего и плѣняющій тебя закономъ грѣховнымъ (Рим. 7, 23)? Убо долженъ умрети. Что внутри тебя живетъ похоть злая, которая, непрестанно искушая и прельщая тебя, непрестанно зачинаетъ грѣхъ, а сей рождаетъ смерть (Іак. 1, 5)? — Должна есть умрети. Наконецъ, убѣждаясь собственнымъ своимъ и всѣхъ окружающихъ тебя растлѣніемъ грѣховнымъ, которое, безъ сомнѣнія, не можетъ быть дѣломъ рукъ Божіихъ, не долженъ ли ты признаться и въ томъ, что ты, подобно какъ и всѣ, въ Адамѣ покушался на похищеніе Божественныя славы и въ знаменіе сего покушенія вкусилъ устами отца человѣковъ отъ плода запрещеннаго? — Если же такъ: то всѣ благіе помыслы, оставшіеся въ сердцѣ, возопіютъ: по закону нашему долженъ есть умрети, яко себе Сына Божія сотвори, равенъ ся творя Богу (Іоан. 19, 7). Сколько взоровъ на самого себя, столько признаній; сколько признаній, столько осужденій на смерть, столько крестовъ. Но что пользы отъ крестовъ сихъ? вопропаетъ пригвождаемый ветхій человѣкъ. Умри, отвѣтствуетъ вѣра. Для тебя нѣтъ рая. Онъ есть наслѣдіе грядущаго по тебѣ, коему и ты не достоинъ понести сапоги (Матѳ. 3, 11).

Кто же сей грядущій... По имени — се, новый человѣкъ, нисходящій со креста, и созданный крестомъ по Богу въ правдѣ /с. 317/ и преподобіи истины (Ефес. 4, 24). Се, потаенный сердца человѣкъ, изведенный крестомъ изъ темницы (1 Петр. 3, 4) плоти, въ коей онъ былъ связанъ узами похотей прелестныхъ. Се, Сынъ Божій (Іоан. 1, 12), рожденный не отъ крови жены, но изъ крови Агнца, закланнаго на крестѣ. По свойствамъ — се воинъ Христовъ, носящій язвы Вождя своего на тѣлѣ своемъ и побѣждающій сими язвами весь міръ. Се ученикъ Христовъ, который не желаетъ казаться знающимъ что-либо, точію Іисуса Христа и сего распята (1 Кор. 2, 2). Се новая тварь, одушевленная не живою душою Адама перстнаго, но проникнутая животворящимъ духомъ Адама небеснаго (1 Кор. 15, 49). По назначенію — се священникъ (Апок. 1, 6), который, принесши по чину Іисусову самого себя въ жертву на крестѣ, идетъ все обратить въ жертву Господа. Се пророкъ, который, запечатлѣвъ кровію своею ученіе своего Господа, идетъ благовѣстить премудрость слова крестнаго. Се царь, который, побѣдивъ крестомъ Спасителя враговъ царства своего, идетъ принять небесное наслѣдіе. Се распявшійся Христу и воскресшій съ нимъ.

Воскреснуть со Христомъ! — Вотъ единственная надежда, которая одушевляла подвижниковъ вѣры среди самыхъ жесточайшихъ гоненій, и заставляли ихъ радоваться во страданіяхъ своихъ. Оставьте, вопіялъ одинъ изъ нихъ, оставьте меня быть пищею звѣрей жестокихъ, дабы они, сокрушая бренное тѣло мое во устахъ своихъ, содѣлали его сладкимъ хлѣбомъ на трапезу Господню. Я не хочу имѣть другаго гроба, кромѣ ихъ чрева. Если они противъ желанія своего сомкнутъ уста свои, я буду раздражать, дабы они растерзали меня. Если вы ощущаете, продолжалъ онъ, въ себѣ присутствіе Христово: то вамъ легко понять, чего я алчу: желаю разрѣшиться и со Христомъ быти [1]. Если бы и мы, слушатели, ощущали въ себѣ присутствіе Христово: то не только не удалялись бы отъ креста Христова, но, можетъ быть, сами стали бы искать его, умолять другихъ, да распнутъ насъ на немъ, почитать милостію возлагаемыя на насъ язвы, и врагомъ того, кто покусился бы снять насъ, прежде смерти нашей, со креста. Но мы, будучи далеки отъ Христа, не смѣемъ приблизиться ко кресту Его. Ибо безъ Христа /с. 318/ мы не можемъ найти въ немъ ничего, кромѣ смерти. Счастливы были бы мы, если бы примѣчали славное дѣйствіе креста надъ другими. Но тайна воскресенія духовнаго — плодъ смерти крестной, хотя совершается со всею славою въ душѣ вѣрующихъ, но сія слава, подобно какъ слава присутствія Божія въ скиніи, здѣсь сокрыта подъ грубыми кожами — бренною плотію, и мы, не видя прозябенія ни собственнаго креста, ни креста другихъ, повергая его, яко безплодное древо, бѣжимъ подъ сѣнь древъ мірскихъ, надѣясь не только насытить плодами ихъ плоть свою, но и укрыться въ нихъ отъ лица взыскующаго насъ, Господа.

Остановись, текущая на собственную погибель душа! Взгляни еще разъ на крестъ, отъ коего ты убѣгаешь! Онъ уже не на землѣ, но на небесахъ; не на Голгоѳѣ, но на Сіонѣ; не въ соблазнъ іудеевъ, но въ исцѣленіе языковъ. Сіи облеченные въ ризы бѣлы, и финицы въ рукахъ ихъ, иже окружаютъ престолъ Агнчій, кто суть и откуда пріидоша? — Сіи суть иже пріидоша отъ скорби великія, и убѣлиша ризы свои въ крови Агнчей (Апок. 7, 13). Итакъ, тщетно ты убѣгаешь креста на землѣ, онъ срѣтитъ тебя на небесахъ: ты найдешь его во вратахъ Іерусалима небеснаго, подобно какъ онъ стоитъ предъ вратами Іерусалима земнаго. Какъ же ты войдешь во врата сіи? Но положимъ, что духъ злобный, покровитель твой, подобно какъ самъ нѣкогда проникнулъ въ Эдемъ, какими-либо подземными путями извелъ тебя на среду града Божія. Какъ явишься ты въ смрадныхъ рубищахъ грѣховныхъ среди сонма облеченныхъ въ убѣленныя кровію Агнца ризы? Или подобно онымъ мужамъ галаадскимъ речешь къ небесному Вождю: яко ризы наши обветшаша отъ долгаго пути зѣло (Іис. Нав. 9, 13)? Подлинно дологъ путь твой: путемъ міра чрезъ цѣлую вѣчность нельзя достигнуть вѣчнаго жилища. Но поелику предъ взоромъ небесныхъ духовъ не можетъ укрыться никакое коварство, то ты подобно Денницѣ сверженъ будешь въ пропасть адскую.

Но почто мы помышляемъ о вторженіи въ свѣтлый градъ Божій? — Не очищенные крестомъ, мы не нашли бы въ немъ для себя ничего, хотя бы милосердіе Божіе, какъ обыкновенно льститъ себѣ наше сердце, дозволило намъ войти въ въ него и обитать въ немъ. Дабы наслаждаться благами небесными, надобно чувствовать цѣну ихъ: дабы чувствовать, /с. 319/ потребны орудія чувствованія. Имѣемъ ли мы ихъ? Имѣемъ ли тѣ очеса сердца, кои одни могутъ взирать на богатство славы достоянія Божія во святыхъ (Ефес. 1, 20)? — Ахъ! многіе изъ насъ едва ли и знаютъ, что, кромѣ ока тѣлеснаго, есть око духовное. Имѣемъ ли тѣ уши, кои одни могли внимать премудрости Спасителя на земли, одни токмо могутъ слышать ее на небеси? Ахъ! мы едва можемъ вѣрить тѣмъ, кои говорятъ намъ о семъ слухѣ. Имѣемъ ли тотъ вкусъ, коимъ вѣрующіе вкушаютъ Господа, и безъ коего мы при самомъ источникѣ благъ останемся гладны? Ахъ! въ устахъ нашихъ едва ли что бывало, кромѣ мясъ египетскихъ. Если же духовныя чувства наши, коими блага небесныя могутъ быть ощущаемы, заключены, то хотя бы отверстъ былъ для насъ рай небесный, мы не нашли бы въ немъ никакого удовольствія, подобно какъ лишенный чувствъ тѣлесныхъ не получилъ бы никакого удовольствія отъ обитанія въ раю земномъ.

Не тѣмъ ли долженъ быть вожделѣннѣй для насъ крестъ Христовъ, который не только отверзаетъ очи видѣть, но и даруетъ блага, кои мы могли бы видѣть; не только пробуждаетъ уши слышать, но и содержитъ въ себѣ тайны, кои должны слышать; не только очищаетъ вкусъ, но и подаетъ вкушаемое — славу Господа Іисуса? — Дивна премудрость Твоя, Господи, насъ врачующая! Всѣ болѣзни наши истекли отъ единаго древа: она всѣ врачевства противъ нихъ заключаетъ въ единомъ древѣ. И если бы слабый взоръ нашъ могъ проникнуть во внутренность сего древа Божественнаго, мы увидѣли бы въ немъ художественную храмину, въ коей Духъ Святый, Сей великій Обновитель ветхаго человѣка, сядетъ разваряя и очищая все существо его яко сребро и яко злато (Мал. 3, 3), дабы преліять его паки въ чистый образъ Божества. Но если мы не можемъ видѣть тайны сея въ самихъ себѣ: да зримъ се въ подобострастныхъ намъ человѣкахъ. Да зримъ ее въ кроткихъ Авеляхъ, въ цѣломудренныхъ Іосифахъ, въ Іовахъ, Захаріяхъ, Іоаннахъ, паче же да зримъ ее въ разбойникѣ. Провидѣніе, кажется, особенно утвердило крестъ его при крестѣ Спасителя для того, дабы показать, сколь велика сила креста Христова, сколь кратокъ, удобенъ, безопасенъ путь отъ креста на небо.

Кажется бы, что путь сей, коего окончаніе толь славно, /с. 320/ долженъ содѣлаться царственнымъ путемъ для всѣхъ, а путь міра, коего послѣдняя зрятъ во дно адово, долженъ быть убѣгаемъ, яко опасное распутіе; что Голгоѳа, гдѣ распятъ Спаситель, должна превратиться въ державный градъ всего міра, а Іерусалимъ, въ коемъ Онъ осужденъ, содѣлается мѣстомъ преступниковъ; что смерть Христова должна обновиться на языкѣ и въ сердцѣ каждаго, а жизнь, чуждая Христа, изгладиться изъ памяти всѣхъ. Кажется... Но что видимъ мы? путь міра, самъ въ себѣ широкій, расширяется непрестанно; путь креста, и безъ того узкій, кажется, исчезаетъ предъ широтою его. Умолчимъ о врагахъ креста Христова, кои отъ насъ изыдоша, но не бѣша отъ насъ: они съ плачемъ нѣкогда принуждены будутъ взирать на прободеннаго ими нынѣ Іисуса. Изъ тѣхъ, кои поклялись при крещеніи, подобно Петру, не оставлять Іисуса, хотя бы то стоило жизни, сколь часто отрицаются Его изъ одного страха какой-либо рабыни; изъ тѣхъ, кои сопровождаютъ Его по крестному пути и присутствуютъ при распятіи Его, и даже дѣлаютъ нѣкія приношенія вѣры, сколь многіе возвращаются вспять, не получивъ Божественнаго всыновленія! Изъ тѣхъ даже, кои несутъ крестъ Спасителя, сколь многіе слагаютъ его, подобно Симону Киринейскому, не получивъ никакого плода отъ своего несенія? Есть и такіе, кои распинаются вмѣстѣ со Христомъ, но поелику распинаются не за Христа, не воскресаютъ съ Нимъ. Кто же входитъ въ рай, когда столь мало всходитъ на крестъ? — Ахъ, дражайшій Спасителю нашъ, напрасно Ты поспѣшилъ взойти на небо, дабы уготовать мѣсто послѣдователямъ Твоимъ; они сами обрѣли для себя мѣсто на земли! Обитая на землѣ, Ты былъ другомъ мытарямъ и грѣшникамъ; едва ли сіи мытари и грѣшники не составляютъ бóльшей части друзей Твоихъ на небеси.

Христіане — сыны царствія! Да пробудится въ сердцахъ нашихъ священная ревность ко званію нашему! Если мы попустили мытарямъ и грѣшникамъ предварить насъ въ царствіи, намъ завѣщанномъ, не допустимъ по крайней мѣрѣ, чтобы они остались единственными онаго наслѣдниками. Іисусъ Христосъ снова нынѣ начинаетъ путь отъ Виѳаніи до Голгоѳы: послѣдуемъ за Нимъ, воспріявши въ руки не ваіи — символъ іудейскаго лицемѣрія, но крестъ — знаменіе любви ко Христу. — Имѣемъ ли нужду въ крестѣ? Да взгля/с. 321/нетъ каждый на самого себя, и узритъ въ себѣ крестъ. Крестъ сей возложенъ на каждаго изъ насъ Самимъ Богомъ. Въ нашей волѣ состоитъ содѣлать его крестомъ Христовымъ или разбойничимъ, но не въ нашей волѣ сложить его съ себя. Онъ останется вѣчнымъ достояніемъ нашимъ и составитъ или вѣчное блаженство наше, вознося насъ съ собою на небо, или вѣчный позоръ, увлекая насъ за собою въ адъ. Аминь.

Примѣчаніе:
[1] Св. Игнат. посланіе къ паствѣ.

Источникъ: Сочиненія Иннокентія, Архіепископа Херсонскаго и Таврическаго. Томъ I. — Изданіе второе, с портретомъ автора. — СПб.: Изданіе книгопродавца И. Л. Тузова, 1908. — С. 314-321.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.