Церковный календарь
Новости


2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 122-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 121-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 4-е, о мірѣ (1844)
2019-06-18 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 3-е, о Святомъ Духѣ (1844)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 30-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 29-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 28-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 27-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 26-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 25-я (1956)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Посланіе къ Руфиніану (1903)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Изъ 39-го праздничнаго посланія (1903)
2019-06-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 120-е (1895)
2019-06-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 119-е (1895)
2019-06-15 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 14-е къ монахамъ (1829)
2019-06-15 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 13-е къ монахамъ (1829)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 18 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.
Исторія Россіи

С. М. Соловьевъ († 1879 г.)

Сергѣй Михайловичъ Соловьевъ (1820-1879), выдающійся русскій историкъ, академикъ (1872). Родился 5 (18) мая 1820 г. въ семьѣ московскаго священника. Учился въ Московскомъ университетѣ (1838-1842), по окончаніи котораго въ качествѣ домашняго учителя дѣтей графа А. П. Строганова въ 1842-1844 г. побывалъ за границей, гдѣ слушалъ лекціи нѣмецкихъ и французскихъ историковъ и философовъ въ Берлинѣ, Парижѣ, Гейдельбергѣ. Съ 1845 г. приступилъ къ чтенію курса русской исторіи въ Московскомъ университетѣ, защитилъ магистерскую диссертацію «Отношеніе Новгорода къ великимъ князьямъ», а въ 1847 г. докторскую — «Исторія отношеній между русскими князьями Рюрикова дома». Съ 1847 г. — профессоръ Московскаго университета. Авторъ множества историческихъ работъ («Исторія паденія Польши», 1863; «Императоръ Александръ I. Политика, дипломатія», 1877; «Публичныя чтенія о Петрѣ Великомъ», 1872 и др.). Главный трудъ — «Исторія Россіи съ древнѣйшихъ временъ» (29 т., 1851-1879), въ которомъ на основѣ огромнаго количества историческихъ источниковъ ученый обосновалъ новую концепцію отечественной исторіи. Ея своеобразіе объяснялъ тремя факторами: «природа страны» (природно-географическія особенности), «природа племени» (этно-культурное своеобразіе русскаго народа) и «ходъ внѣшнихъ событій» (внѣшнеполитическія причины). Въ 1871-1877 г. Соловьевъ занималъ должность ректора Московскаго университета. Въ послѣдніе годы жизни — предсѣдатель «Московскаго общества исторіи и древностей Россійскихъ». Скончался 4 (17) октября 1879 г. Похороненъ въ Москвѣ на территоріи Новодѣвичьяго монастыря.

Сочиненія С. М. Соловьева

С. М. Соловьевъ († 1879 г.)
УЧЕБНАЯ КНИГА РУССКОЙ ИСТОРІИ.
Изданіе 8-е. М., 1880.

ГЛАВА XXVI.
Княженіе Василія Іоанновича.

1. Отношенія Василія къ боярамъ и дѣло о разводѣ. Мы познакомились съ Василіемъ Іоанновичемъ въ то время, когда онъ вступилъ въ борьбу за престолъ съ племянникомъ своимъ Димитріемъ. Мы видѣли, что во время этой борьбы вельможи стояли на сторонѣ Димитрія, на сторонѣ же Василія и его матери Софьи стояли люди незначительные по происхожденію и сану, дѣти боярскіе и дьяки; видѣли также, что на сторонѣ Василія стоялъ знаменитый противникъ жидовствующихъ, Іосифъ Волоцкій. Василій восторжествовалъ; противная ему сторона лишенная вождей своихъ, Патрикѣевыхъ и Ряполовскихъ, не могла по смерти Іоанна III обнаружить никакого движенія противъ Василія въ пользу Димитрія, и этотъ несчастный князь умеръ въ тѣсномъ заключеніи въ 1509 году. Съ торжествомъ Василія, разумѣется, должны были восторжествовать люди, бывшіе ему преданными во время жизни отца его; взявши престолъ съ бою противъ сильныхъ враговъ, противъ вельможъ, Василій не могъ питать къ нимъ расположенія, долженъ былъ смотрѣть на нихъ враждебно, удаляться отъ нихъ; если вельможи жаловались и на Іоанна III, что онъ перемѣнилъ обращеніе съ ними, и приписывали перемѣну эту внушеніямъ великой княгини Софьи, то еще больше стали жаловаться на сына Софьи: по ихъ отзывамъ, при Іоаннѣ III было имъ еще легко, Іоаннъ III еще совѣтовался съ ними и позволялъ противорѣчить себѣ; но Василій не допускалъ противорѣчій и рѣшалъ дѣла безъ бояръ у себя въ комнатѣ, съ своими приближенными людьми, которыми были дворецкій Шигона Поджогинъ, да человѣкъ пять дьяковъ, хотя по /с. 99/ формѣ дѣла были отдаваемы на обсужденіе совѣта изъ бояръ или, какъ тогда называли, думы. Такимъ образомъ Василій, по словамъ одного умнаго и наблюдательнаго иностранца, Герберштейна, кончилъ то, что начато было отцомъ его, и властію своею надъ подданными превосходилъ всѣхъ монарховъ въ цѣломъ свѣтѣ, имѣлъ неограниченную власть надъ жизнію, имуществомъ людей свѣтскихъ и духовныхъ; изъ совѣтниковъ его, бояръ никто не смѣлъ противорѣчить или противиться его приказанію. Первое мѣсто между боярами занималъ сначала князь Василій Холмскій; но, какъ видно, онъ пошелъ по слѣдамъ Патрикѣевыхъ, потому что скоро былъ заключенъ въ тюрьму; боярину Берсеню отрѣзали языкъ за то, что онъ вздумалъ жаловаться на великаго князя и на перемѣны, произведенныя, по его мнѣнію, Софьею; митрополитъ Варлаамъ былъ свергнутъ.

Но былъ еще живъ сынъ знаменитаго отца и самъ знаменитый своимъ высокоуміемъ, на которое жаловался Іоаннъ III, князь Василій Патрикѣевъ, постриженный при Іоаннѣ III подъ именемъ Вассіана, прозвище ему было Косой. Великій князь Василій, вѣроятно считая его безвреднымъ для себя, позволилъ ему жить въ Москвѣ, въ Симоновѣ монастырѣ, и ласкалъ его, какъ старца умнаго, начитаннаго и знатнаго по своему происхожденію. Иночество не укротило Патрикѣева, онъ продолжалъ ожесточенную борьбу съ Іосифомъ Волоцкимъ, который не переставалъ утверждать, что противъ оставшихся еретиковъ, жидовствующихъ, должны быть приняты самыя строгія мѣры. Монахи Кириллова и вологодскихъ монастырей, и во главѣ ихъ Вассіанъ Косой, опровергали это мнѣніе Іосифа. Іосифъ умеръ въ 1515 году; Вассіанъ Косой пережилъ его и продолжалъ воевать съ его мнѣніями; такъ онъ продолжалъ утверждать, что монастырямъ не должно владѣть селами, причемъ нашелъ себѣ единомышленника въ знаменитомъ Максимѣ Грекѣ. Великій князь Василій просилъ аѳонскіе монастыри послать ему ученаго монаха, способнаго исправить старые переводы церковныхъ книгъ и сдѣлать новые, и вслѣдствіе этой просьбы пріѣхалъ въ Москву Максимъ, албанскій Грекъ, путешествовавшій по Европѣ, учившійся въ Парижѣ, Флоренціи, Венеціи. Максимъ оказалъ большія услуги русскому просвѣщенію: переводилъ, исправлялъ книги, писалъ противъ разныхъ суевѣрій, противъ сочиненій, которыя распространяли въ народѣ разныя сказки; наконецъ, сблизившись съ Вассіаномъ Косымъ, писалъ о томъ, что не слѣдуетъ монахамъ владѣть селами. Но Максимъ и Вассіанъ не успѣли дать силы своему мнѣнію, потому что оба подверглись бѣдѣ по дѣлу о разводѣ великаго князя.

/с. 100/ Великій князь Василій былъ женатъ на Соломонидѣ, изъ рода Сабуровыхъ, и не имѣлъ отъ нея дѣтей. Такимъ образомъ престолъ долженъ былъ достаться послѣ него брату его Юрію Ивановичу. Но Василій жилъ очень не дружно съ этимъ братомъ и считалъ его и другаго брата, Андрея, неспособными къ управленію государствомъ. Кромѣ того, если люди, которые не любили Василія, радовались, что мѣсто его заступитъ князь не столько строгій, умный и дѣятельный, то люди, всѣмъ обязанные Василію, должны были ждать для себя большой бѣды въ случаѣ безпотомственной смерти великаго князя, ибо всѣ преданные ему люди возбудили къ себѣ сильную вражду въ людяхъ недовольныхъ имъ, а въ томъ числѣ и вражду братьевъ великокняжескихъ. Между самыми преданными Василію людьми находился и митрополитъ Даніилъ, взятый на митрополію изъ игумновъ Іосифова Волоцкаго монастыря, и уже по этому самому непріятный Вассіану Косому и всей его сторонѣ. Даніилъ разрѣшилъ великому князю развестись съ Соломонидою и жениться во второй разъ на Еленѣ Васильевнѣ, дочери литовскаго выходца, князя Глинскаго. Этотъ поступокъ Василія, разумѣется возбудилъ новое сильное негодованіе въ людяхъ уже и прежде имъ недовольныхъ; сильно вооружился противъ развода Вассіанъ Косой, и Максимъ Грекъ его поддерживалъ. Лишившись благосклонности великаго князя вслѣдствіе этого сопротивленія разводу, Вассіанъ и Максимъ были обвинены въ церковныхъ преступленіяхъ и оба заточены; Вассіанъ умеръ въ заточеніи, Максимъ пережилъ и великаго князя и митрополита.

2. Войны съ Литвою. Такова была въ княженіе Василія борьба партій, служившая продолженіемъ борьбы, начатой при отцѣ его. Враги внѣшніе надѣялись, что эта борьба будетъ сильнѣе, опаснѣе для Василія, и хотѣли воспользоваться ею; великій, князь литовскій Александръ и ливонскій магистръ Плеттенбергъ ждали съ часу на часъ извѣстій объ усобицахъ въ Москвѣ и держали войско наготовѣ. Но они обманулись въ своихъ ожиданіяхъ; въ Москвѣ все было тихо. Скоро самъ Александръ литовскій умеръ (въ 1506 году), и Василій московскій хотѣлъ воспользоваться смертію бездѣтнаго зятя для мирнаго соединенія Литвы и западной Россіи съ Москвою; онъ послалъ сказать сестрѣ своей, королевѣ Еленѣ, чтобъ она уговаривала Литовцевъ признать его, Василія, своимъ государемъ. Но Елена отвѣчала, что королемъ польскимъ и вмѣстѣ великимъ княземъ литовскимъ уже назначенъ братъ Александровъ, Сигизмундъ I Казимировичъ. Впрочемъ эта перемѣна въ Литвѣ не обошлась безъ сильной смуты и усобицы, которою, въ свою очередь, хотѣлъ воспользоваться великій князь московскій.

/с. 101/ Любимцемъ покойнаго короля Александра былъ князь Михаилъ Глинскій, проведшій долгое время за границею, умѣвшій вездѣ пріобрѣсти расположеніе умомъ, образованностью, искусствомъ въ дѣлѣ ратномъ. Сильная привязанность короля Александра къ Глинскому, могущество и богатство послѣдняго возбудили зависть и вражду въ остальныхъ панахъ литовскихъ. Новый король, Сигизмундъ, былъ уже предубѣжденъ противъ князя Михаила и явно склонялся на сторону враговъ его. Тогда Глинскій удалился отъ двора въ свои имѣнія и завелъ пересылку съ великимъ княземъ московскимъ, который обѣщалъ ему помощь на всѣхъ его непріятелей. Въ 1507 году начались непріятельскія дѣйствія вступленіемъ московскихъ полковъ въ литовскую землю; Глинскій волновалъ Русь и соединился съ войсками Васильевыми; Сигизмундъ не видѣлъ возможности кончить съ успѣхомъ эту войну и рѣшился прекратить ее важнымъ пожертвованіемъ съ своей стороны, именно уступилъ Василію въ вѣчное владѣніе пріобрѣтенія Іоанна III. Вѣчный миръ или докончаніе, какъ тогда называли, было заключено въ сентябрѣ 1508 года, причемъ Глинскимъ и ихъ пріятелямъ, выговоренъ былъ свободный выѣздъ изъ Литвы въ Москву.

Понятно, что Михаилъ Глинскій не могъ быть доволенъ этимъ миромъ: онъ потерпѣлъ полную неудачу въ своихъ замыслахъ, принужденъ былъ покинуть родную страну, отказаться отъ богатыхъ владѣній, за которыя великій князь московскій не могъ вознаградить его ни обширными волостями, ни важнымъ значеніемъ при дворѣ своемъ. Вотъ почему даровитый, ловкій и дѣятельный Глинскій употреблялъ всѣ усилія къ возвращенію себѣ прежняго положенія, для чего должна была служить новая война Москвы съ Литвою. Обстоятельства были благопріятны; Албрехтъ, маркграфъ бранденбургскій и вмѣстѣ магистръ Тевтонскаго Ордена, готовился къ войнѣ съ королемъ польскимъ; императоръ, другіе князья нѣмецкіе и ливонскіе поддерживали Албрехта. Поводомъ къ войнѣ послужилъ слухъ о непріятностяхъ, которымъ подвергается сестра. великаго князя, Елена, въ Литвѣ, и стараніе короля Сигизмунда возбудить крымскихъ Татаръ противъ Москвы. Война началась въ 1512 году; три раза Василій осаждалъ Смоленскъ, только въ 1514 году, 29 іюля, этотъ крѣпкій городъ принужденъ былъ къ сдачѣ. Глинскій надѣялся, что великій князь отдастъ ему Смоленскъ, но обманулся въ своей надеждѣ и видя, что ему нечего больше ждать отъ Москвы, завелъ сношенія съ королемъ Сигизмундомъ, который охотно принималъ его опять къ себѣ въ службу; но переговоры эти были открыты, Глинскій схваченъ и въ оковахъ отвезенъ въ Москву. Торжество взятія Смоленска было помрачено сильнымъ пораженіемъ, которое потерпѣли московскія войска у Орши /с. 102/ 8 сентября 1514 года: здѣсь князь Константинъ Острожскій, начальствовавшій снова полками литовскими, отомстилъ Москвичамъ за ведрошское пораженіе. Но король не могъ извлечь для себя никакой пользы изъ оршинской побѣды, не могъ возвратить себѣ Смоленска, пріобрѣтеніе котораго для Василія служило достаточнымъ вознагражденіемъ за всѣ потери. Послѣ оршинской битвы война продолжалась еще семь лѣтъ безъ всякаго замѣчательнаго успѣха съ обѣихъ сторонъ. Наконецъ въ 1522 году заключено было перемиріе, причемъ Смоленскъ остался за Москвою до заключенія вѣчнаго мира; но вѣчнаго мира между Москвою и Литвою не увидятъ ни шестнадцатый, ни первая четверть семнадцатаго вѣка, именно благодаря Смоленску, который обѣ стороны могли уступить навѣки только въ самой крайности.

3. Войны съ Крымомъ и Казанью. Во время литовской войны Василій былъ въ союзѣ съ Албрехтомъ, курфирстомъ бранденбургскимъ и великимъ магистромъ Тевтонскаго Ордена, которому помогалъ деньгами для войны съ Польшею; король Сигизмундъ, съ своей стороны не щадилъ денегъ, чтобы поднимать на Москву крымскихъ Татаръ. Столько выгодный для Іоанна III союзъ съ Крымомъ кончился въ началѣ княженія сына его: Менгли-Гирей не боялся болѣе остатковъ Золотой Орды, не видалъ безпокойства со стороны Турціи, въ Москвѣ вмѣсто знаменитаго своимъ могуществомъ и счастіемъ Іоанна княжилъ молодой сынъ его, окруженный опасностями, не могшій еще внушить варварамъ уваженія и страха; притомъ Менгли-Гирей устарѣлъ, ослабѣлъ, и былъ окруженъ толпою хищныхъ сыновей, родственниковъ и князей. Эта хищная толпа съ жадностью бросилась на Сигизмундовы подарки, обѣщая ему за нихъ опустошить московскія владѣнія; но Крымцамъ было еще выгоднѣе брать подарки съ обоихъ государствъ, Московскаго и Литовскаго, обѣщать свою помощь тому, кто больше дастъ, обѣщать помощь, а на самомъ дѣлѣ, взявъ деньги съ обоихъ, опустошать владѣнія обоихъ, пользуясь ихъ взаимною враждою. Съ этихъ поръ сношенія обоихъ государствъ съ Крымцами представляютъ задариваніе разбойниковъ, которые не сдерживаются никакимъ договоромъ, никакими клятвами. Великій князь московскій пытался было сдержать Крымцевъ другимъ средствомъ, именно старался заключить союзъ съ султаномъ турецкимъ, который, какъ верховный повелитель, могъ запретить крымскому хану вторгаться въ Россію; но султанъ постоянно отклонялъ предложеніе союза со стороны государя московскаго, потому что у Россіи съ Турціею не могло быть никакихъ общихъ выгодъ, напротивъ уже и въ это время обнаруживались причины, которыя должны были повести къ сильной борьбѣ между этими государствами, а именно: Московское государство, /с. 103/ усилившись, начало наступательное движеніе на татарскія владѣнія, обломки Батыева царства; но султанъ, какъ глава магометанскаго міра, не могъ равнодушно видѣть магометанскія земли подъ зависимостію христіанскаго государя, считалъ своею обязанностію защищать ихъ отъ Москвы; на предложеніе тѣснаго союза со стороны Василія султанъ прямо отвѣчалъ требованіемъ, чтобъ великій князь не трогалъ Казани; разумѣется, великій князь не могъ исполнить этого требованія: какая же послѣ того могла быть дружба у султана съ государемъ московскимъ?

Мы видѣли, что передъ самою смертію Іоанна III казанскій ханъ Магметъ-Аминь измѣнилъ Москвѣ, и потому первымъ дѣломъ Василія было смирить мятежника. Первый походъ московскаго войска подъ Казань былъ неудаченъ; но когда въ Москвѣ начали готовиться ко второму, Магметъ-Аминь прислалъ просить мира на прежнихъ условіяхъ, получилъ его и сохранялъ до самой смерти своей, послѣдовавшей въ 1518 году. Магметъ-Аминь умеръ не оставивъ дѣтей и рождался вопросъ — кому быть ханомъ въ Казани? — вопросъ важный и трудный по отношеніямъ къ Крыму, потому что сынъ и преемникъ Менгли-Гирея, Магметъ-Гирей, сильно хлопоталъ о томъ, чтобъ всѣ татарскія владѣнія находились въ рукахъ одного рода Гиреевъ Крымскихъ, чему, разумѣется, Москва должна была препятствовать всѣми силами. Великій князь Василій отдалъ Казань родовому непріятелю Гиреевъ, Шигъ-Алею, внуку Ахматову, жившему въ Россіи. Но Шигъ-Алей возбудилъ къ себѣ нерасположеніе въ вельможахъ казанскихъ, которые составили противъ него заговоръ, снеслись съ Крымомъ, и когда въ 1521 году братъ Магметъ-Гиреевъ, Саипъ-Гирей, явился съ крымскимъ войскомъ у Казани, то городъ сдался ему безъ сопротивленія, и Шигъ-Алей долженъ былъ уѣхать въ Москву. Въ то же время Магметъ-Гирей устремился къ берегамъ Оки, опрокинулъ московскихъ воеводъ и достигъ до самой Москвы, а съ другой стороны новый казанскій ханъ, Саипъ-Гирей, опустошивши области Нижегородскую и Владимірскую, соединился съ братомъ. Великій князь, застигнутый врасплохъ, уѣхалъ изъ Москвы на Волокъ-Ламскій собирать войско; впрочемъ ханъ, обязанный своимъ успѣхомъ одной нечаянности, не могъ долго оставаться подъ Москвою, и удалился къ Рязани; не могши взять и этого города, онъ вышелъ изъ русскихъ владѣній, выведши изъ нихъ огромное количество плѣнныхъ. Московскій князь не могъ отомстить крымскому хану, могъ только предпринять мѣры осторожпости противъ будущихъ нападеній; но могъ справиться съ ближайшимъ сосѣдомъ своимъ, казанскимъ ханомъ: Гиреи были изгнаны изъ Казани, и великій князь послалъ туда ханомъ Еналея, брата Шигъ-Алеева.

/с. 104/

4. Присоединеніе Пскова, Рязани и сѣверскихъ княжествъ. Таковы были внѣшнія войны въ княженіе Василія; внутреннихъ не было, потому что безъ войны присоединилъ Василій къ Москвѣ Псковъ, Рязань и сѣверскія княжества. Во Псковѣ граждане безпрестанно ссорились съ намѣстниками великокняжескими по очень простой причинѣ: намѣстники хотѣли поступать по московскому обычаю; Псковичи московскаго обычая не знали и жаловались на притѣсненія. Въ концѣ 1509 года великій князь пріѣхалъ въ Новгородъ, вызвалъ туда на судъ намѣстника псковскаго, князя Репню-Оболенскаго, посадниковъ и купеческихъ старостъ; когда посадники оказались виноватыми въ глазахъ великаго князя, то онъ задержалъ ихъ, а Псковичамъ послалъ сказать: «Если хотите прожить въ старинѣ, то должны исполнить двѣ мои воли: чтобъ у васъ вѣча не было и колоколъ вѣчевой былъ бы снятъ, да быть у васъ двоимъ моимъ намѣстникамъ: иначе много у меня силы готовой и кровопролитіе взыщется на тѣхъ, кто государевой воли не исполнитъ». Псковичи проплакали весь этотъ день и всю ночь, а на разсвѣтѣ другаго дня собрали въ послѣдній разъ вѣче и сказали посланнику великокняжескому: «Воленъ Богъ да государь въ городѣ Псковѣ, въ насъ и въ колоколѣ нашемъ; мы на государя рукъ поднять не хотимъ». 13 января 1510 года сняли вѣчевой колоколъ ту Св. Троицы (соборная церковь во Псковѣ) и повезли къ великому князю въ Новгородъ; триста семействъ лучшихъ людей выведено было изъ Пскова въ Москву, на ихъ мѣсто пріѣхали триста же купеческихъ семействъ изъ десяти московскихъ городовъ.

Рязань была присоединена также безъ большихъ затрудненій. Мы видѣли, что Іоаннъ III распоряжался Рязанью во время малолѣтства великаго князя ея Ивана Ивановича. Василій продолжалъ распоряжаться ею такимъ же образомъ. Когда великій князь рязанскій выросъ, то увидалъ себя не больше какъ намѣстникомъ великаго князя московскаго; ему оставалось на выборъ; или добровольно сойдти на степень служебнаго князя, или попытаться возвратить себѣ прежнее значеніе; онъ рѣшился на послѣднее. Василію московскому дали знать, что великій князь рязанскій вошелъ въ сношенія съ крымскимъ ханомъ: тогда Василій, въ 1517 году, вызвалъ его въ Москву, гдѣ его схватили и посадили подъ стражу; но въ 1521 году, пользуясь нашествіемъ Магметъ-Гирея, рязанскій князь успѣлъ убѣжать изъ Москвы и скрыться въ Литву. Съ Рязанцами, которые отличались смѣлымъ, безпокойнымъ характеромъ, было поступлено также, какъ въ Новгородцами и Псковичами: многочисленными толпами переселяли ихъ въ другія области.

/с. 105/ Въ землѣ сѣверской, признавая надъ собою верховную власть московскаго князя, владѣли два Василія — одинъ Семеновичъ, внукъ Ивана можайскаго, князь стародубскій, и другой — Ивановичъ, внукъ Шемяки, князь Новгорода Сѣверскаго. Эти князья давно уже питали другъ къ другу непримиримую ненависть и, не смѣя затѣвать явныхъ усобицъ, доносили другъ на друга великому князю московскому. Шемячичу удалось выгнать своего врага изъ его отчины, которая была присоединена къ Москвѣ; но скоро послѣ того Шемячичъ самъ былъ позванъ въ Москву и заключенъ въ темницу, обвиненный въ сношеніяхъ съ Литвою.

Послѣдній собиратель русской земли, великій князь Василій Ивановичъ, умеръ въ 1533 году, оставя двоихъ маленькихъ сыновей, Іоанна и Юрія; старшему, Іоанну, котораго отецъ благословилъ на великое княженія, было только три года.

Источникъ: Учебная книга Русской исторіи. Сочиненіе Сергѣя Соловьева.— Изданіе восьмое. — М.: Въ Университетской типографіи (М. Катковъ), 1880. — С. 98-105.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.