Церковный календарь
Новости


2019-07-23 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ III-й, Ч. 6-я, Гл. 38-я (1922)
2019-07-23 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ III-й, Ч. 6-я, Гл. 37-я (1922)
2019-07-23 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ III-й, Ч. 6-я, Гл. 36-я (1922)
2019-07-23 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ III-й, Ч. 6-я, Гл. 35-я (1922)
2019-07-23 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 78-я (1956)
2019-07-23 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 77-я (1956)
2019-07-23 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). "Слова и рѣчи". Томъ 3-й. Слово 50-е (1975)
2019-07-23 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). "Слова и рѣчи". Томъ 3-й. Слово 49-е (1975)
2019-07-23 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). "Слова и рѣчи". Томъ 3-й. Слово 48-е (1975)
2019-07-23 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). "Слова и рѣчи". Томъ 3-й. Слово 47-е (1975)
2019-07-23 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 1-й. Глава 34-я (1921)
2019-07-23 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 1-й. Глава 33-я (1921)
2019-07-22 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ III-й, Ч. 6-я, Гл. 34-я (1922)
2019-07-22 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ III-й, Ч. 6-я, Гл. 33-я (1922)
2019-07-22 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ III-й, Ч. 6-я, Гл. 32-я (1922)
2019-07-22 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ III-й, Ч. 6-я, Гл. 31-я (1922)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 24 iюля 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 18.
Исторія Россіи

С. М. Соловьевъ († 1879 г.)

Сергѣй Михайловичъ Соловьевъ (1820-1879), выдающійся русскій историкъ, академикъ (1872). Родился 5 (18) мая 1820 г. въ семьѣ московскаго священника. Учился въ Московскомъ университетѣ (1838-1842), по окончаніи котораго въ качествѣ домашняго учителя дѣтей графа А. П. Строганова въ 1842-1844 г. побывалъ за границей, гдѣ слушалъ лекціи нѣмецкихъ и французскихъ историковъ и философовъ въ Берлинѣ, Парижѣ, Гейдельбергѣ. Съ 1845 г. приступилъ къ чтенію курса русской исторіи въ Московскомъ университетѣ, защитилъ магистерскую диссертацію «Отношеніе Новгорода къ великимъ князьямъ», а въ 1847 г. докторскую — «Исторія отношеній между русскими князьями Рюрикова дома». Съ 1847 г. — профессоръ Московскаго университета. Авторъ множества историческихъ работъ («Исторія паденія Польши», 1863; «Императоръ Александръ I. Политика, дипломатія», 1877; «Публичныя чтенія о Петрѣ Великомъ», 1872 и др.). Главный трудъ — «Исторія Россіи съ древнѣйшихъ временъ» (29 т., 1851-1879), въ которомъ на основѣ огромнаго количества историческихъ источниковъ ученый обосновалъ новую концепцію отечественной исторіи. Ея своеобразіе объяснялъ тремя факторами: «природа страны» (природно-географическія особенности), «природа племени» (этно-культурное своеобразіе русскаго народа) и «ходъ внѣшнихъ событій» (внѣшнеполитическія причины). Въ 1871-1877 г. Соловьевъ занималъ должность ректора Московскаго университета. Въ послѣдніе годы жизни — предсѣдатель «Московскаго общества исторіи и древностей Россійскихъ». Скончался 4 (17) октября 1879 г. Похороненъ въ Москвѣ на территоріи Новодѣвичьяго монастыря.

Сочиненія С. М. Соловьева

С. М. Соловьевъ († 1879 г.)
УЧЕБНАЯ КНИГА РУССКОЙ ИСТОРІИ.
Изданіе 8-е. М., 1880.

ГЛАВА XXV.
Княженіе Іоанна III Васильевича.

Счастливый потомокъ цѣлаго ряда умныхъ, дѣятельныхъ, бережливыхъ предковъ, Іоаннъ III вступилъ на московскій престолъ, когда собраніе русской земли въ одно государство могло почитаться уже оконченнымъ. Общество такъ образовалось, что власти государевой ни откуда не могло быть сильнаго противодѣйствія, ни со стороны духовенства, ни со стороны бояръ, ни со стороны городовъ. Новгородъ, Тверь удѣлы княжества Московскаго, ждали только перваго движенія со стороны великаго князя московскаго, чтобъ подчиниться ему; Орда падала сама собою отъ раздѣленія и усобицъ. На западѣ король польскій и великій князь литовскій занятъ внутри раздоромъ между Польшею и Литвою, занятъ извнѣ дѣлами Пруссіи, Богеміи, Венгріи, власть его ограничена вельможами и сеймомъ, и онъ не можетъ мѣшать Москвѣ усиливаться, не можетъ бороться съ ея могущественнымъ, неограниченнымъ государемъ, и уступаетъ ему цѣлыя области. Іоанну III принадлежитъ честь за то, что онъ умѣлъ пользоваться своими средствами и счастливыми обстоятельствами, въ которыхъ находился во все продолженіе жизни. При этомъ онъ явился истиннымъ правнукомъ Всеволода III и Калиты, истымъ княземъ сѣверной Руси; разсчетливость, медленность, осторожность, сильное отвращеніе отъ мѣръ рѣшительныхъ, которыми можно было много выиграть, но и много потерять, и при этомъ стойкость въ доведеніи до конца разъ начатаго, хладнокровіе — вотъ отличательныя черты въ характерѣ Іоанна III.

1. Покореніе Новгорода и Вятки. Василій Темный какъ скоро избавился отъ опасныхъ или безпокойныхъ князей, такъ началъ тяготиться, что Новгородъ не воздаетъ ему достойной чести и только /с. 84/ увѣщаніе архіепископа Іоны, да скоро потомъ случившаяся смерть помѣшали ему нанести Новгороду послѣдній ударъ. Чего не успѣлъ сдѣлать отецъ, то готовъ былъ исполнить сынъ. Новгородцы понимали опасность своего положенія, видѣли, что противъ Іоанна III не будетъ имъ помощи ни отъ кого изъ сѣверныхъ русскихъ князей, и потому должны были искать помощи въ другой сторонѣ. Кромѣ великаго князя московскаго, теперь сильнаго, спокойнаго, замышлявшаго нанести послѣдній ударъ Новгороду, былъ еще великій князь литовскій, который назывался такіе и русскимъ, и не понапрасну, потому что подъ его властію находились всѣ княжества юго-западной Руси; къ этому князю отъѣзжали изъ сѣверо-восточной Руси всѣ князья недовольные, лишенные волостей, угрожаемые княземъ московскимъ; къ нему обратились и Новгородцы въ послѣдній, рѣшительный часъ. Но великій князь литовскій и вмѣстѣ король польскій былъ католикъ; отложиться отъ московскаго, православнаго князя и поддаться литовскому, католику, казалось большей части Новгородцевъ измѣною православію. И прежде не одинъ разъ великіе князья литовскіе предлагали свое покровительство Новгороду; ихъ предложенія были отвергаемы, ибо отъ Москвы не было еще тогда такой опасности; но теперь нашлись люди, особенно между вельможами, которые считали необходимымъ поддаться литовскому великому князю, чтобъ сохранить свой прежній бытъ. Во главѣ этихъ людей, преданныхъ Литвѣ, стояли Борецкіе, дѣти умершаго посадника Исака; мать ихъ Марѳа, женщина съ сильнымъ характеромъ, имѣла большое вліяніе надъ дѣтьми и заправляла всѣмъ.

Подъ вліяніемъ литовской стороны, въ Новгородѣ начали оскорблять Іоанновыхъ намѣстниковъ, утаивать пошлины, слѣдующія великому князю. Послѣдній нѣсколько разъ отправлялъ въ Новгородъ пословъ, требуя, чтобы жители его исправились, но не получалъ никакого удовлетворенія. Въ Новгородъ пріѣхалъ литовскій князь Михаилъ Олельковичъ (т. е. Александровичъ), выпрошенный приверженными къ Литвѣ вельможами, которые взяли наконецъ верхъ на вѣчѣ посредствомъ подкупленныхъ ими людей и отдали Новгородъ подъ покровительство короля Казимира. Казимиръ заключилъ съ Новгородцами договоръ какъ съ вольными людьми, обязался оставить ненарушимымъ весь ихъ старый бытъ и защищать ихъ отъ великаго князя московскаго. Послѣдній, узнавши объ этомъ, выступилъ въ походъ лѣтомъ 1471 года; онъ велъ большое войско, съ нимъ были Тверичи и Псковичи, а къ Новгородцамъ не приходило помощи ни откуда, король Казимиръ не трогался и князь Михаилъ Олельковичъ уѣхалъ изъ Новгорода. Передовой отрядъ московскаго войска нанесъ новгородскому войску сильное пораженіе на берегахъ рѣки Шелони; въ числѣ плѣнни/с. 85/ковъ, доставшихся побѣдителямъ, находился самъ посадникъ Борецкій, котораго Іоаннъ велѣлъ казнить. Несмотря на это, литовская сторона все еще была сильна и приготовилась защищаться, но когда вздорожалъ хлѣбъ, то простой народъ поднялся на вельможъ, укоряя ихъ, зачѣмъ они привели великаго князя на Новгородъ; вслѣдствіе этого архіепископъ Ѳеофилъ съ знатными людьми поѣхалъ бить челомъ Іоанну, который расположился станомъ на устьѣ Шелони; великій князь согласился дать миръ Новгородцамъ съ условіемъ, чтобъ они заплатили ему 15,500 рублей и обязались не отдаваться впередъ Литвѣ, не брать къ себѣ оттуда князей и архіепископовъ своихъ посылать на посвященіе только въ Москву.

Въ старые годы, при ослабленіи власти княжеской въ Новгородѣ, вслѣдствіе постоянной борьбы многихъ князей-соперниковъ, образовались здѣсь партіи, также постоянно боровшіяся между собою; бояринъ, имѣвшій средства платить многочисленнымъ вѣчникамъ (крикунамъ на вѣчѣ), могъ отважиться на все, могъ отважиться вооруженною рукою мстить за свои оскорбленія; иногда цѣлыя улицы, цѣлыя части города (концы) враждовали другъ съ другомъ, отстаивая того или другаго вельможу; сила рѣшала споры, предводитель побѣдившей стороны достигалъ должности посадника, и въ этомъ званіи позволялъ себѣ мстить тѣмъ гражданамъ, которые были противъ него. Чтó оставалось побѣжденнымъ и слабымъ? Молчать и ждать благопріятныхъ обстоятельствъ, ждать усиленія своей стороны, ждать возможности собраться на вѣчѣ въ большомъ числѣ, низложить соперниковъ и поступить съ ними по ихъ же примѣру. Такъ бывало прежде, когда великій князь былъ далеко, а намѣстниковъ мало слушались. Но теперь, когда великій князь хотѣлъ и могъ возстановить свое значеніе верховнаго судьи, теперь сторонѣ угнетенной не нужно было долго дожидаться удобнаго случая къ низложенію враговъ своихъ: она могла требовать защиты и суда отъ великаго князя. Такъ, когда посадникъ Ананьинъ съ нѣкоторыми другими боярами напалъ на враждебныхъ ему людей и даже на цѣлыя улицы, пограбилъ ихъ и побилъ нѣсколько человѣкъ, то обиженные послали жаловаться на него въ Москву. Вслѣдствіе этихъ жалобъ Іоаннъ въ 1475 году пріѣхалъ въ Новгородъ и потребовалъ на судъ обвиненныхъ; судъ былъ по старой формѣ, въ присутствіи владыки и старыхъ посадниковъ, и найдено, что обвиненные дѣйствительно виновны: тогда великій князь велѣлъ сковать ихъ и отправить въ Москву. Многимъ понравилось искать защиты отъ обидъ на судѣ великокняжескомъ, и когда Іоаннъ возвратился въ Москву, то и туда Новгородцы начали ѣздить къ нему на судъ. Іоаннъ видѣлъ, что пришло время нанести послѣдній ударъ. Однажды пріѣхали въ Москву /с. 86/ двое пословъ новгордскихъ и назвали Іоанна государемъ, тогда какъ прежде Новгородцы называли великаго князя только господиномъ. Іоаннъ воспользовался этимъ и тотчасъ послалъ спросить Новгорцевъ: на какомъ основаніи они называютъ его государемъ? какого хотятъ государства? хотятъ ли, чтобъ у нихъ былъ одинъ судъ государевъ? Новгородцы отвѣчали, что они не хотятъ ничего новаго, хотятъ, чтобъ все оставалось по старинѣ. Но Іоаннъ говорилъ: «Я не хотѣлъ у нихъ государства, сами присылали, а теперь запираются, выставляютъ меня лжецомъ», — и объявилъ походъ подъ Новгородъ. На этотъ разъ Іоаннъ осадилъ Ногородъ безъ битвы; владыка Ѳеофилъ явился просить мира, спрашивалъ, какъ великій князь хочетъ жаловать свою отчину? — «Хотимъ государства въ Великомъ Новгородѣ такого же, какое у насъ въ Москвѣ», отвѣчалъ Іоаннъ; «вѣчевому колоколу въ Новгородѣ не быть, и государство все намъ держать». Новгородцы, подумавши, согласились, и 13 января 1478 года присягнули Іоанну какъ самовластному государю. Новгородъ однако не вдругъ могъ забыть свой прежній бытъ; происходили волненія, вслѣдствіе которыхъ нѣсколько тысячъ лучшихъ гражданъ были переведены въ города восточной Россіи, а на ихъ мѣсто въ Новгородъ переселены дѣти боярскіе и купцы изъ Москвы и другихъ восточныхъ городовъ. Колонія новгородская, Вятка, пользуясь отдаленнымъ положеніемъ своимъ, хотѣла также быть независимою, позволила себѣ въ нѣкоторыхъ случаяхъ не слушаться великаго князя: въ 1489 году Іоаннъ отправилъ противъ нея большое войско подъ начальствомъ князя Даніила Щени; Вятчане принуждены были покориться и выдали троихъ главныхъ зачинщиковъ неповиновенія, которые и были повѣшены, остальные же лучшіе люди выселены и получили помѣстья на южной границѣ государства, а купцы поселены въ Дмитровѣ. Псковъ удержалъ на время свою старину, потому что постоянно старался угождать великому князю, покорностію утишать гнѣвъ его.

2. Власть Іоанна въ Рязани. И Рязань сохранила свою самостоятельность по имени, потому что на самомъ дѣлѣ безпрекословно подчинялась распоряженіямъ великаго князя московскаго. Рязанскій великій князь Василій, взятый малюткою въ Москву при Василіи Темномъ, выросъ здѣсь и женился на сестрѣ великаго князя Іоанна. Василій умеръ, оставя двоихъ сыновей, Ивана и Ѳеодора; послѣдній умирая бездѣтнымъ, отказалъ свой удѣлъ дядѣ великому князю московскому; старшій Иванъ умеръ, оставя пятилѣтняго сына Ивана подъ опекою матери и бабки; эта бабка, великая княгиня Агриппина, слушалась во всемъ брата своего Іоанна III.

/с. 87/

3. Покореніе Твери. Вполнѣ независимымъ великимъ княженіемъ была Тверь; ея великій князь Михаилъ Борисовичъ находился въ мирѣ и союзѣ съ Іоанномъ до конца 1484 года; въ это время въ Москвѣ узнали, что тверской князь началъ держать дружбу съ Казимиромъ литовскимъ и женился на его внучкѣ; въ договорѣ съ королемъ Михаилъ обязался стоять съ нимъ заодно противъ всѣхъ безъ исключенія. Это обстоятельство было явнымъ нарушеніемъ обязательствъ, заключенныхъ прежде съ московскимъ княземъ, и потому послѣдній объявилъ Михаилу войну, которая началась опустошеніемъ Тверской области; Тверь одна не могла воевать съ Москвою, литовская помощь не являлась, и Михаилъ принужденъ былъ просить мира. Іоаннъ далъ миръ, потому что не любилъ ничего дѣлать съ одного раза, а приготовлялъ вѣрный успѣхъ исподволь. Бояре тверскіе начали переѣзжать въ Москву на службу къ Іоанну, не могши сносить обидъ отъ него, потому что въ спорахъ за земли между Москвичами и Тверичами, если Москвичи обижали, то Тверичи не находили никакой управы, если же Тверичи обижали, то Іоаннъ съ бранью и угрозами посылалъ къ тверскому князю, отвѣтамъ его не вѣрилъ, суду быть не позволялъ. Михаилъ Борисовичъ опять завелъ сношенія съ Литвою; въ Москвѣ узнали объ этомъ и стали собирать войско; испуганный Михаилъ напрасно присылалъ бить челомъ Іоанну, тотъ не хотѣлъ ничего слышать и осадилъ Тверь; Михаилъ ночью убѣжалъ въ Литву, и Тверь присягнула Іоанну въ 1485 году.

4. Присоединеніе удѣла Верейскаго. Послѣ Василія Темнаго кромѣ удѣловъ, которые онъ раздалъ меньшимъ сыновьямъ своимъ, оставался еще одинъ удѣлъ, Верейскій, принадлежавшій Михаилу Андреевичу, внуку Димитрія Донскаго. Этотъ старикъ Михаилъ Андреевичъ уступалъ всѣмъ требованіямъ Іоанна, отдавалъ все, чего только тотъ ни просилъ, и такимъ образомъ не представлялъ никакого предлога къ присоединенію Верейскаго удѣла къ Москвѣ. Предлогъ однако нашелся: великая княгиня, жена Іоаннова, выдавъ замужъ племянницу свою за сына Михаила, Василія, дала ей въ приданое нѣкоторыя вещи, которыя потомъ понадобились Іоанну; узнавши, что они у Василія Верейскаго, Іоаннъ разсердился, послалъ забрать у него все женнино приданое, причемъ грозилъ посадить его въ тюрьму вмѣстѣ съ женою: молодой князь испугался и убѣжалъ въ Литву. Тогда Іоаннъ отобралъ Верею у старика Михаила за вину сына его, и хотя отдалъ назадъ, но только въ пожизненное владѣніе; по смерти Михаила, Верея присоединена была къ Москвѣ.

5. Отношенія Іоанна къ роднымъ братьямъ. Съ другими удѣльными князьями московскими, родными братьями своими Іо/с. 88/аннъ жилъ мирно до 1472 года, когда умеръ старшій изъ нихъ по немъ, Юрій Васильевичъ дмитровскій, Іоаннъ присоединилъ его удѣлъ къ Москвѣ, не давши ничего братьямъ; тѣ разсердились, на этотъ разъ однако дѣло кончилось перемиріемъ, причемъ Іоаннъ далъ братьямъ нѣкоторыя волости. Но потомъ неудовольствія возобновились, когда великій князь нарушилъ право бояръ, членовъ дружины, переходить свободно отъ одного князя къ другому; одинъ изъ князей, находившихся въ службѣ Іоанна, Оболенскій-Лыко, недовольный великимъ княземъ, отъѣхалъ, по обычаю, изъ Москвы къ брату Іоаннову, князю Борису волоцкому. Но великій князь велѣлъ тайно схватить Оболенскаго и въ оковахъ отвезти въ Москву. Князь Борисъ, услыхавъ объ этомъ, послалъ къ брату Андрею углицкому съ жалобою на старшаго брата, и удѣльные рѣшили защищать свои права. Собравши большое войско, они двинулись къ литовскимъ границамъ, чтобы тамъ удобнѣе пересылаться съ королемъ Казимиромъ; войско ихъ сильно опустошило русскія области, чрезъ которыя проходило. Занятый войною татарскою, великій князь не могъ развлекать своихъ силъ еще войною съ братьями, и потому исполнилъ всѣ ихъ требованія. Черезъ десять лѣтъ послѣ этого, осенью 1491 года Іоаннъ велѣлъ братьямъ отправить воеводъ своихъ на помощь крымскому хану, на что имѣлъ полное право по договорамъ; князь Борисъ послалъ свои полки, но князь Андрей не послалъ. За это ослушаніе великій князь велѣлъ схватить Андрея, когда тотъ пріѣхалъ въ Москву; сыновья его были также схвачены и заключены въ оковы, удѣлъ присоединенъ къ Москвѣ.

6. Бракъ Іоанна на греческой царевнѣ и слѣдствія этого брака. Кромѣ ссоръ съ братьями, Іоанна сильно безпокоила смута, происходившая въ собственномъ его семействѣ, Іоаннъ въ первый разъ былъ женатъ на Маріи Борисовнѣ, дочери великаго князя тверскаго, которая умерла въ 1467 году. Отъ этого брака Іоаннъ имѣлъ сына Іоанна, котораго онъ, по примѣру отца, назвалъ великимъ княземъ, такъ что грамоты писались отъ имени двоихъ великихъ князей, двоихъ Іоанновъ. Но не прошло еще двухъ лѣтъ отъ смерти Маріи, какъ началось сватовство великаго князя на царевнѣ греческой. Послѣ взятія Константинополя Турками, братъ убитаго на стѣнахъ его императора Константина, Ѳома Палеологъ, нашелъ съ семействомъ убѣжище въ Римѣ; послѣ него осталось здѣсь двое сыновей и дочь Софья, которую папа Певелъ II и предложилъ въ супружество московскому великому князю, безъ сомнѣнія желая воспользоваться случаемъ завязать сношенія съ Москвою и утвердить здѣсь свою власть посредствомъ Софьи. Предложеніе было принято; въ 1472 году Софья пріѣхала въ Москву и обвѣнчалась съ великимъ княземъ. /с. 89/ Кардиналъ, пріѣхавшій съ нею, завелъ споръ съ митролитомъ о необхомости для русской церкви соединиться съ Римомъ, но не могъ переспорить русскаго книжника Никиту Поповича, котораго выставилъ противъ него митрополитъ; и Софья не думала благопріятствовать видамъ папы, ея дѣятельность была обращена на другое. Племянницѣ греческаго императора не нравилось, что мужъ ея, великій князь московскій, не имѣлъ еще вполнѣ царственнаго положенія, былъ окруженъ боярами, которые не забыли еще недавней старины, когда они при малѣйшемъ неудовольствіи могли отъѣхать отъ одного князя къ другому, былъ окруженъ князьями, которые хорошо помнили, что они одного происхожденія съ великимъ княземъ и очень недавно были еще князьями владѣтельными. Эти князья и бояре замѣтили, что послѣ брака на Софьѣ Іоаннъ перемѣнилъ съ ними обращеніе, окружилъ себя небывалымъ прежде величіемъ, заставилъ ихъ держаться въ почтительномъ отъ него отдаленіи, сталъ взыскателенъ и строгъ, отъ чего и получилъ прозваніе Грознаго. Князья и бояре приписали такую перемѣну Софьѣ, и сильно ее не взлюбили. Эта нелюбовь особенно обнаружилась, когда возникъ вопросъ о престолонаслѣдіи.

Въ 1490 году умеръ Іоаннъ Молодой, старшій сынъ великаго князя, онъ былъ уже женатъ на Еленѣ, дочери господаря молдавскаго Стефана, и оставилъ малолѣтняго сына Димитрія. Но у стараго великаго князя Іоанна былъ сынъ отъ Софьи, Василій, и вотъ раждался вопросъ: кому наслѣдовать великое княженіе, сыну или внуку? Враждебные Софьѣ вельможи стали на сторонѣ Елены и сына ея Димитрія, и сначала имъ удалось одержать побѣду: Василій, обвиненный въ заговорѣ противъ отца, былъ посаженъ подъ стражу, приверженцы его, люди все незнатные, казнены; великій князь удалился и отъ жены, которую сталъ подозрѣвать въ злыхъ умыслахъ, и торжественно вѣнчалъ внука Димитрія на великое княженіе. Но торжество враговъ Софьи было непродолжительно: она успѣла опять сблизиться съ мужемъ, и слѣдствіемъ было, что страшная опала постигла двѣ самыя знатныя фамиліи, особенно близкія къ великому князю и потому болѣе другихъ враждебныя Софьѣ — князей Патрикѣевыхъ, литовскихъ выходцевъ, потомковъ Гедимина, и родственниковъ ихъ, князей Ряполовскихъ-Стародубскихъ, потомковъ Всеволода III: Ряполовскому отрубили голову, Патрикѣевыхъ — отца и сына постригли въ монахи. Послѣ этого великій князь сталъ обнаруживать нерасположеніе ко внуку Димитрію, сблизился съ сыномъ Василіемъ, объявилъ его сначала великимъ княземъ Новгорода и Пскова, а потомъ посадилъ подъ стражу Димитрія и мать его Елену, а Василія провозгласилъ великимъ княземъ и самодержцемъ всея Руси.

/с. 90/

7. Спаденіе татарскаго ига. Кромѣ вліянія на дѣла внутреннія Софья Ѳоминична, какъ говорятъ, требовала отъ мужа, чтобъ онъ пересталъ быть татарскимъ данникомъ. Татарское царство въ это время дѣлилось на три независимыя Орды — Золотую, Казанскую и Крымскую. Ханъ Золотой Орды, Ахматъ, не былъ доволенъ Іоанномъ за то, что тотъ не ѣхалъ къ нему съ поклономъ и не удовлетворялъ его требованіямъ относительно дани; при томъ же польскій король Казимиръ, не имѣя средствъ прямо бороться съ Іоанномъ, подстрекалъ Ахмата, чтобъ тотъ нападалъ на Московское государство и такимъ образомъ отвлекалъ вниманіе Іоанна отъ запада на востокъ. Ахматъ въ 1472 году напалъ на московскія границы со стороны Оки и, сжегши Алексинъ, удалился назадъ. Въ 1480 году, услыхавши о возстаніи братьевъ великаго князя и сговорившись съ Казимиромъ литовскимъ дѣйствовать заодно, Ахматъ опять напалъ на московскія владѣнія теперь уже со стороны рѣки Угры, и обнаруживалъ намѣреніе идти далѣе къ самой Москвѣ; Іоаннъ, самъ крайне осторожный и уговариваемый двумя приближенными вельможами, Ощерою и Мамономъ, опасался дать битву хану и хотѣлъ удалиться въ сѣверныя области. Оставя войско на берегу Оки, онъ пріѣхалъ въ Москву, гдѣ былъ встрѣченъ сильнымъ негодованіемъ народа; митрополитъ и особенно ростовскій архіепископъ Вассіанъ уговорили Іоанна безъ боязни встрѣтить Ахмата и дать ему битву: «Зачѣмъ боишься смерти? говорилъ ему Вассіанъ: вѣдь ты не безсмертенъ; а безъ року нѣтъ смерти ни человѣку, ни птицѣ, ни звѣрю; дай мнѣ, старику, войско въ руки: увидишь, уклоню ли я лицо свое предъ Татарами!» Іоаннъ поѣхалъ опять къ войску и завелъ переговоры съ ханомъ; въ это время получилъ онъ грамоту отъ Вассіана, который опять въ сильныхъ выраженіяхъ увѣщевалъ его не слушаться людей, совѣтующихъ избѣгать битвы. Іоаннъ прервалъ переговоры, а между тѣмъ наступила осень, рѣка Угра стала, и такимъ образомъ открывалась возможность Татарамъ переправиться на другой берегъ; Іоаннъ велѣлъ своему войску отступать къ Боровску, обѣщая дать битву Татарамъ въ окрестностяхъ этого города; войско не отступало, а бѣжало пораженное страхомъ; но Татары не преслѣдовали его, ибо начались лютые морозы, которые отняли у плохо одѣтыхъ Татаръ всякую возможность идти далѣе на сѣверъ, гдѣ еще они должны были сражаться съ войскомъ московскимъ. 16 ноября Ахматъ ушелъ назадъ въ степи, гдѣ въ началѣ 1481 года былъ настигнутъ врасплохъ и убитъ Ивакомъ, ханомъ Тюменской Орды.

8. Союзъ Москвы съ Крымомъ. Такимъ образомъ послѣдній грозный для Москвы ханъ Золотой Орды погибъ отъ одного /с. 91/ изъ потомковъ Чингисхановыхъ: послѣ Ахмата остались сыновья, которымъ также суждено было погибнуть отъ татарскаго оружія. Еще въ княженіе Василія Темнаго стала извѣстна Крымская Орда, составленная Едигеемъ изъ улусовъ черноморскихъ; но сыновья Едигеевы погибли въ усобицахъ, и родоначальниковъ крымскихъ хановъ былъ Ази-Гирей, отъ котораго всѣ его потомки назывались Гиреями. Сынъ Ази-Гиреевъ, Менгли-Гирей, по причинѣ жестокой, наслѣдственной вражды съ ханами Золотой Орды, почелъ полезнымъ для себя сблизиться съ великимъ княземъ московскимъ, чтобъ вмѣстѣ дѣйствовать противъ общихъ враговъ; въ случаѣ изгнанія отъ этихъ враговъ Менгли-Гирей выговорилъ себѣ убѣжище у московскаго государя, который охотно принималъ къ себѣ татарскихъ хановъ для увеличенія своего войска; Менгли-Гирей долженъ былъ готовить себѣ убѣжище на всякій случай и потому еще, что въ 1475 году Крымъ былъ завоеванъ Турками, Менгли-Гирей остался ханомъ, но въ качествѣ подручника султанова, и боялся, что въ Константинополѣ могутъ когда-нибудь смѣнить его. Вражда Ахматовыхъ сыновей съ Менгли-Гиреемъ продолжалась, и московскія войска ходили на помощь крымскимъ; въ 1502 г. Менгли-Гирей напалъ на послѣдняго Ахматова сына, Шигъ-Ахмета, и нанесъ его Ордѣ тяжелый, окончательный ударъ; Шигъ-Ахметъ убѣжалъ въ Польшу и тамъ умеръ въ темницѣ. Такъ окончилось существованіе Золотой Орды.

9. Подчиненіе Казани и завоеваніе Перми. Не задолго передъ тѣмъ потеряла свою независимость и Орда Казанская. Съ начала своего княженія Іоаннъ все воевалъ съ Казанью, нѣсколько разъ высылалъ противъ нея большое войско, которое однако возвращалось безъ значительныхъ успѣховъ; такъ шли дѣла до самой смерти хана Ибрагима, когда начались усобицы въ Казани между двумя сыновьями его, Алегамомъ и Магметъ-Аминемъ. Магметъ-Аминь пріѣхалъ въ Москву, назвалъ Іоанна отцомъ себѣ и просилъ у него войска на старшаго брата; это войско отправилось въ 1487 году, осадило Алегама въ Казани, и тотъ принужденъ былъ сдаться; на его мѣсто былъ посаженъ Магметъ-Аминь, какъ подручникъ великаго князя московскаго. Іоаннъ распространилъ свою власть и на отдаленномъ сѣверо-востокѣ въ странахъ, лежащихъ по обѣ стороны Уральскихъ горъ: въ 1472 г. покорена Пермь; потомъ московскіе воеводы совершили нѣсколько удачныхъ походовъ за уральскія горы, въ югорскую землю; русскія суда явились на Иртышѣ и на Оби; дикіе Вогуличи принуждены были отказаться отъ нападеній на русскія области.

10. Войны съ Литвою и Ливоніею. Но важнѣе были дѣла на западѣ, гдѣ московскій великій князь впервые послѣ тяже/с. 92/лыхъ временъ Витовтовыхъ начинаетъ наступательное движеніе, и высказываетъ мысль, что всѣ западныя русскія волости должны принадлежать ему, какъ потомку св. Владиміра, а не князьямъ литовскимъ. Не имѣя средствъ вести открытой войны съ Москвою, король Казимиръ въ сношеніяхъ своихъ съ Новгородомъ и Ордой обнаруживалъ явную вражду къ Іоанну, и этимъ заставлялъ послѣдняго принимать свои мѣры, искать союзниковъ противъ Литвы: такъ, отправляя пословъ своихъ въ Крымъ, онъ обыкновеннно наказывалъ имъ стараться, чтобъ Менгли-Гирей не заключалъ мира съ Казимиромъ. Поводъ къ непріязненнымъ столкновеніямъ между Литвою и Москвою подавали мелкіе пограничные князья, большею частію потомки черниговскихъ, изъ которыхъ одни находились въ зависимости отъ Москвы, другіе отъ Литвы; продолжая старыя родовыя усобицы, они безпрестанно ссорились между собою, переходили изъ литовскаго подданства въ московское; такъ поступали князья воротынскіе, бѣлевскіе. Казимиръ жаловался, но войны не было до самой смерти его, случившейся въ 1492 году; Польша и Литва раздѣлились между его сыновьями: Яну Албрехту досталась Польша, Александру — Литва. Іоаннъ немедленно послалъ воеводъ своихъ на Литву, настоялъ, чтобъ и Менгли-Гирей послалъ туда же своихъ Татаръ. Литвѣ было трудно отбиваться отъ Іоанна и отъ Менгли-Гирея вмѣстѣ; вельможи ея стали думать о мирѣ съ Москвою и, чтобъ склонить Іоанна къ уступкамъ, рѣшили предложить ему брачный союзъ одной изъ дочерей его съ великимъ княземъ Александромъ. Іоаннъ отвѣчалъ, что не хочетъ слышать о сватовствѣ до заключенія мира, а для этого Литва должна уступить ему всѣ его пріобрѣтенія, которыя увеличивались все болѣе и болѣе, ибо князья не переставали переходить изъ литовскаго подданства въ московское съ своими отчинами, и воеводы Іоанновы не переставали забирать города Александровы; наконецъ литовскій князь прислалъ въ Москву великихъ пословъ и заключилъ миръ на всей волѣ Іоанновой, городъ Вязьма, князья новосильскіе, одоевскіе, воротынскіе и бѣлевскіе отошли къ Москвѣ съ вотчинами; въ договорной грамотѣ московскій князь былъ написанъ государемъ всея Руси: Іоаннъ первый началъ употреблять этотъ титулъ во внѣшнихъ сношеніяхъ, чтó очень не нравилось великимъ князьямъ литовскимъ и королямъ польскимъ, имѣвшимъ за собою много русскихъ владѣній.

Въ 1495 году Александръ женился на Еленѣ, дочери Іоанновой, при чемъ далъ тестю обѣщаніе не принуждать жены къ принятію римско-католическаго исповѣданія; Іоаннъ требовалъ также, чтобъ Александръ устроилъ для Елены домовую православную церковь въ самомъ дворцѣ; но Александръ не хотѣлъ исполнять этого требованія, также пере/с. 93/сталъ называть тестя государемъ всея Руси и не хотѣлъ, чтобъ при Еленѣ оставались московскіе бояре. Все это повело къ размолвкѣ между тестемъ и зятемъ, а возобновившійся переходъ князей изъ литовскаго подданства въ московское повелъ къ открытой войнѣ: такъ перешелъ князь Бѣльскій на томъ основаніи, что православные терпятъ въ Литвѣ большую нужду отъ католиковъ; за Бѣльскимъ перешли съ богатыми волостями князья, до сихъ поръ бывшіе заклятыми врагами великаго князя московскаго, а именно князь Василій Ивановичъ, внукъ Шемяки, и сынъ пріятеля Шемякина, Ивана Андреевича можайскаго, князь Семенъ Ивановичъ; Шемячичъ поддался съ своими волостями — Рыльскомъ и Новгородомъ Сѣверскимъ, князь Семенъ поддался съ Черниговомъ, Стародубомъ, Гомелемъ, Любечемъ; поддались и другіе князья, менѣе значительные, — все по причинѣ гоненія за вѣру. Іоаннъ послалъ объявить Александру, что принялъ въ службу можайскаго съ Шемячичемъ, и въ то же время послалъ складную грамоту или объявленіе войны.

Война началась счастливо для Москвы. 14 іюля 1500 года московское войско, подъ начальствомъ князя Даніила Щени, встрѣтилось у Дорогобужа на рѣчкѣ Ведрошѣ съ литовскимъ войскомъ, которое было подъ начальствомъ гетмана, князя Константина Острожскаго; благодаря тайной засадѣ, рѣшившей дѣло, московскіе воеводы одержали рѣшительную побѣду: гетманъ князь Острожскій и другіе литовскіе воеводы попались въ плѣнъ; за ведрошскую побѣдою слѣдовала побѣда подъ Мстиславлемъ, гдѣ Литовцы потеряли также много людей. Послѣ этого война продолжалась еще нѣсколько лѣтъ; въ ней принялъ участіе ливонскій магистръ, Вальтеръ фонъ-Плеттенбергъ, который, благодаря своей артиллеріи, разбилъ псковское и московское войско подъ Изборскомъ, но потомъ Русскіе отмстили ему сильнымъ пораженіемъ подъ Гелмедомъ; въ третьемъ сраженіи на берегахъ озера Смолина, Нѣмцы, несмотря на малочисленность свою сравнительно съ Русскими, бились отчаянно, устояли на мѣстѣ, и Плеттенбергъ со славою отступилъ къ своихъ границамъ, но со славою безполезною, ибо Орденъ не могъ бороться съ Московскимъ государствомъ даже въ союзѣ съ Польшею и Литвою. Александръ литовскій, сдѣлавшійся по смерти брата Яна Албрехта и королемъ польскимъ, долженъ былъ просить мира у тестя; при посредничествѣ венгерскаго посла заключено было перемиріе на шесть лѣтъ — отъ 25 марта 1503 до 25 марта 1509 года; Александръ уступилъ тестю земли всѣхъ князей, поддавшихся Москвѣ, стародубскаго, Шемячича и другихъ. Въ то же время заключено было перемиріе и съ Ливонскимъ Орденомъ.

/с. 94/

11. Отношенія Москвы къ другимъ государствамъ европейскимъ. Кромѣ Литвы и Ливонскаго Ордена, на западѣ въ Іоаннново княженіе велась еще война съ Швеціею, въ союзѣ съ королемъ датскимъ, въ 1496 году; война эта велась съ перемѣннымъ счастіемъ и кончилась, когда союзникъ московскій, король датскій, сталъ и королемъ шведскимъ. Въ угоду тому же союзнику своему, королю датскому, врагу Ганзы, Іоаннъ велѣлъ схватить въ Новгородѣ всѣхъ нѣмецкихъ купцовъ, отнять у нихъ товары, гостинные дворы, божницу; этимъ былъ нанесенъ сильный ударъ торговлѣ Новгорода и его благосостоянію. Кромѣ Даніи, при Іоаннѣ начались сношенія съ австрійскимъ домомъ, Венеціею и Турціею: сношенія съ императоромъ Фридрихомъ и сыномъ его Максимиліаномъ кончились ничѣмъ, по недостатку общихъ интересовъ; въ Венецію Іоаннъ отправлялъ пословъ для вызова нужныхъ ему мастеровъ; съ султанами сносился для того, чтобъ доставить русскимъ купцамъ больше удобствъ въ турецкихъ владѣніяхъ.

12. Кончина и завѣщаніе Іоанна III. Счастливый во все продолженіе жизни своей, Іоаннъ передъ смертію былъ огорченъ печальною вѣстію, что подручникъ его, ханъ казанскій Магметъ-Аминь, свергнулъ это подручничество; Іоаннъ не могъ наказать измѣнника: онъ умеръ 27 октября 1505 года на 67 году отъ рожденія, переживъ вторую жену свою, знаменитую Софью, двумя годами. Въ завѣщаніи своемъ Іоаннъ подѣлилъ волости между пятью сыновьями: Василіемъ, Юріемъ, Димитріемъ, Симеономъ и Андреемъ, но старшему Василію далъ 66 городовъ и притомъ самыхъ значительныхъ, тогда какъ всѣмъ остальнымъ четверымъ сыновьямъ вмѣстѣ далъ только 30 городовъ; право чеканить монету получилъ только одинъ великій князь; наконецъ Іоаннъ III въ своей духовной окончательно рѣшаетъ вопросъ о выморочныхъ удѣлахъ: «Если кто-нибудь изъ сыновей моихъ, говоритъ онъ, умретъ, не оставивъ ни сына, ни внука, то удѣлъ его весь идетъ сыну моему Василію, а меньшіе братья въ этотъ удѣлъ не вступаются». Чтобъ утвердить новый порядокъ престолонаслѣдія, Іоаннъ при жизни своей заставилъ сыновей своихъ Василія и Юрія заключить договоръ, по которому Юрій обязался, въ случаѣ смерти Василія, не искать великаго княженія подъ сыномъ его.

13. Внутренняя дѣятельность Іоанна III: вызовъ иностранныхъ мастеровъ. Прекращеніе дани или выхода въ Орду, пріобрѣтеніе обширныхъ и богатыхъ земель, внутреннее спокойствіе, благопріятствовавшее мирнымъ промысламъ и торговлѣ — все это увеличивало доходы Іоанна не въ примѣръ предъ /с. 95/ его предшественниками; а это увеличеніе доходовъ дало ему средства окружить себя царскою пышностію и украсить свою столицу Москву, до тѣхъ поръ бѣдный городъ, наполненный почти исключительно небольшими и незатѣйливыми деревянными избами. Главнымъ украшеніемъ города считался соборный храмъ; но Москва не могла похвастаться и своимъ Успенскимъ соборомъ, который, будучи построенъ при Калитѣ, уже такъ обветшалъ, что своды тронулись, а потому должно было подпирать зданіе толстыми деревянными столпами. Въ 1472 году эту ветхую церковь разрушили, начали строить новую, но когда стали сводить своды, то зданіе рухнуло. Великій князь послалъ въ Италію искать искуснаго архитектора, и привезли изъ Венеціи Аристотеля Фіоравенти болонскаго уроженца, который согласился ѣхать въ Москву за десять рублей въ мѣсяцъ жалованья. Въ 1475 году началъ Аристотель свои работы, и въ 1479 кончилъ построеніе Успенскаго собора, и до сихъ поръ существующаго. Кромѣ Успенскаго собора другими мастерами были построены соборы Архангельскій и Благовѣщенскій, каменный дворецъ великокняжескій, нѣсколько красивыхъ башенъ: митрополитъ и богатые люди строили себѣ, также каменные дома, и такимъ образомъ Москва, т. е. собственно Кремль принялъ другой видъ. Отправляя пословъ своихъ къ иностраннымъ дворамъ европейскимъ, Іоаннъ наказывалъ имъ добывать мастеровъ: рудника, который руду знаетъ золотую и серебряную, да другаго мастера, который умѣетъ отъ земли отдѣлить золото и серебро; добывать также мастера хитраго, который бы умѣлъ къ городамъ приступать, да другаго мастера, который бы умѣлъ изъ пушекъ стрѣлять, да каменьщика, который бы умѣлъ палаты ставить, да серебрянаго мастера, который бы умѣлъ большіе сосуды дѣлать и кубки, да чеканить бы умѣлъ и писать на сосудахъ; да лекаря добраго, который бы умѣлъ лѣчить внутреннія болѣзни и раны. Судьба иностранныхъ лѣкарей была незавидна въ это время въ Москвѣ: одного умертвили за то, что не вылѣчилъ сына великокняжескаго Іоанна Молодаго; другаго за то, что невылѣчилъ одного татарскаго князька.

14. Изданіе Судебника. Въ 1497 г. дьяку Владиміру Гусеву поручено было составить судебный уставъ, или Судебникъ. Здѣсь прежде всего опредѣлено, кто и какъ долженъ судить. Судья (бояринъ или сынъ боярскій) не можетъ судить одинъ; при немъ должны быть дворскій, староста и лучшіе люди; судьи, ихъ тіуны и люди не должны брать посула (взятки). За двукратное воровство, разбой, душегубство, ябедничество, святотатство, похищеніе людей, подметъ, зажигательство назначена смертная казнь. О наслѣдствѣ опредѣлено такъ: если человѣкъ умретъ безъ духовнаго завѣщанія и не будетъ у него /с. 96/ сына, то все имѣніе и земля идутъ дочери, а не будетъ дочери, то наслѣдуетъ ближайшій родственникъ.

15. Дѣла церковныя. Русская церковь во время Іоанна III боролась съ опасною ересью жидовствующихъ. Эта ересь, отвергавшая таинство Св. Троицы, божество Іисуса Христа, необходимость воплощенія, почитанія угодниковъ Божіихъ, иконъ, монашества, явилась въ Кіевѣ въ половинѣ XV вѣка, а можетъ быть и ранѣе. Глава или членъ общества кіевскихъ еретиковъ, жидъ Схарія, пріѣхалъ изъ Кіева въ Новгородъ вмѣстѣ съ княземъ Михаиломъ Олельковичемъ и насадилъ здѣсь ересь. Первыми учениками Схаріи были два священника, Діонисій и Алексѣй, наружное благочестіе которыхъ обратило на нихъ вниманіе народа и содѣйствовало быстрому распространенію ереси; еретики отличались ученостію, имѣли книги, какихъ не было у православнаго духовенства, которое потому сначала и не могло успѣшно бороться съ еретиками. Слава благочестивой жизни и мудрости двоихъ главныхъ еретиковъ новгородскихъ — Діонисія и Алексѣя достигла до того, что обратила на нихъ вниманіе великаго князя, когда онъ пріѣхалъ въ Новгородъ въ 1480 году, и оба они взяты были въ Москву; здѣсь они скоро распространили свое ученіе и между людьми знатными; въ числѣ принявшихъ это ученіе были симоновскій архимандритъ Зосима, дьякъ Ѳедоръ Курицынъ, извѣстный своею грамотностію и способностями; наконецъ невѣстка великаго князя, Елена, мать наслѣдника престола. Когда новгородскій архіепископъ Геннадій открылъ ересь въ Новгородѣ и началъ преслѣдовать тамъ еретиковъ, то они бѣжали въ Москву, гдѣ жили безъ всякаго стѣсненія. Видя такое послабленіе еретикамъ въ Москвѣ, Геннадій призвалъ на помощь Іосифа, игумена и основателя Волоколамскаго монастыря.

Іосифъ Санинъ, сынъ московскаго служилаго человѣка, еще до двадцатилѣтняго возраста успѣлъ испытать свои силы въ безмолвномъ иночествѣ, а потомъ поступилъ въ монастырь Пафнутія Боровскаго. Избранный по смерти Пафнутія въ игумены Боровскаго монастыря, Іосифъ уже не былъ доволенъ его уставомъ и хотѣлъ ввести строжайшій; когда братія не согласилась на это, то Іосифъ оставилъ Пафнутіевъ монастырь и основалъ собственный въ лѣсахъ волоколамскихъ съ самымъ строгимъ общежительнымъ уставомъ. Такого-то человѣка, неутомимаго въ подвигахъ, строгаго къ себѣ и другимъ, способнаго неуклонно стремиться къ своей цѣли не смотря ни на какія препятствія, вызвалъ Геннадій на борьбу съ ересью, которая усиливалась все болѣе и болѣе. Въ 1489 году былъ посвященъ въ митрополиты тайный соумышленникъ еретиковъ, симоновскій архимандритъ Зосима; по свидѣтельству Іосифа Волоцкаго, въ домахъ, на дорогахъ, /с. 97/ на рынкѣ, всѣ — иноки и миряне — съ сомнѣніемъ разсуждали о вѣрѣ, основываясь на словахъ еретиковъ; Іосифъ писалъ противъ нихъ обличительныя слова, собраніе которыхъ извѣстно подъ именемъ Просвѣтителя, требовалъ, чтобъ архіереи отказались отъ всякаго сообщенія съ митрополитомъ Зосимою; послѣдній принужденъ былъ отречься отъ митрополіи; но ересь не ослабѣвала, потому что находила себѣ подпору въ самомъ дворцѣ, въ великой княгинѣ Еленѣ, на сторонѣ которой были самые могущественные вельможи. Дѣйствуя противъ еретиковъ, слѣдовательно противъ Елены, Іосифъ еcтественно долженъ былъ стать на сторону Софіи и ея сына, торжество которыхъ надъ Еленою и ея приверженцами необходимо давало торжество православнымъ надъ еретиками. Іосифъ нашелъ доступъ къ великому князю и убѣдилъ его принять строгія, рѣшительныя мѣры противъ еретиковъ: въ концѣ 1504 года созванъ былъ соборъ, слѣдствіемъ котораго было то, что главные изъ еретиковъ были сожжены, другіе разосланы въ заточеніе. Впрочемъ ударъ, нанесенный ереси соборомъ 1504 года, хотя былъ силенъ, однако не былъ окончательнымъ, какъ увидимъ въ послѣдствіи.

Кромѣ борьбы противъ ереси жидовствующихъ, Іосифъ Волоцкій участвовалъ еще въ рѣшеніи важнаго вопроса о томъ, слѣдуетъ ли монастырямъ владѣть населенными имѣніями. Вопросъ этотъ становился все важнѣе и важнѣе, потому что служилые или ратные люди, которыхъ число правительство старалось увеличивать, получали свое содержаніе отъ населенныхъ земель, отъ наслѣдственныхъ (отчинъ) и жалуемыхъ государемъ во временное владѣніе (помѣстій); государю нужно было, чтобъ такихъ земель, которыя онъ могъ раздавать въ помѣстья, было какъ можно больше въ его распоряженіи; вмѣстѣ съ тѣмъ государю нужно было, чтобъ служилые люди не уменьшали своихъ отчинъ, не уменьшали такимъ образомъ и средствъ къ существованію и службѣ, а ратные люди уменьшали ихъ, потому что имѣли обычай раздавать часть своихъ земель на поминъ души по монастырямъ. Вопросъ о томъ, слѣдуетъ ли монастырямъ владѣть селами, былъ поднятъ на соборѣ знаменитымъ отшельникомъ Ниломъ Сорскимъ (такъ названнымъ по обители его на рѣкѣ Сорѣ, въ 15 верстахъ отъ Кириллова Бѣлозерскаго монастыря). Нилъ требовалъ, чтобъ монахи жили по пустынямъ и кормились своими трудами; онъ смотрѣлъ на монастыри, какъ на общества людей, отрекшихся отъ міра, и потому не могущихъ заниматься ничѣмъ мірскимъ. Нила поддерживали пустынники бѣлозерскіе, но Іосифъ Волоцкій смотрѣлъ на монастырь, какъ на общество, изъ котораго должны выходить правители церковные: «Если у монастырей селъ не будетъ, говорилъ Іосифъ, то какъ /с. 98/ честному и благородному человѣку постричься? Если не будетъ честныхъ старцевъ, то откуда взять архіереевъ?» Мнѣніе Іосифа Волоцкаго превозмогло на соборѣ, и великій князь оставилъ дѣло; но вопросъ не затихъ, какъ увидимъ послѣ.

Кромѣ этихъ дѣлъ русская церковь занималась при Іоаннѣ III мѣрами для исправленія нравственности духовенства и для просвѣщенія его; новгородскій архіепископъ Геннадій, узнавши по опыту во время появленія ереси жидовствующихъ, какъ необходимо просвѣщеніе для поддержанія православія, поднялъ вопросъ о необходимости училищъ для духовенства.

Источникъ: Учебная книга Русской исторіи. Сочиненіе Сергѣя Соловьева.— Изданіе восьмое. — М.: Въ Университетской типографіи (М. Катковъ), 1880. — С. 83-98.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.