Церковный календарь
Новости


2019-08-19 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 23-я (1922)
2019-08-19 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 22-я (1922)
2019-08-19 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 3-й. Глава 10-я (1924)
2019-08-19 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 3-й. Глава 9-я (1924)
2019-08-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 21-я (1922)
2019-08-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 20-я (1922)
2019-08-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 19-я (1922)
2019-08-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 18-я (1922)
2019-08-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 17-я (1922)
2019-08-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 16-я (1922)
2019-08-18 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 130-я (1956)
2019-08-18 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 129-я (1956)
2019-08-18 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 3-й. Глава 8-я (1924)
2019-08-18 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 3-й. Глава 7-я (1924)
2019-08-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 15-я (1922)
2019-08-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ IV-й, Ч. 8-я, Гл. 14-я (1922)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 20 августа 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 6.
Монархическая государственность

И. П. Якобій († 1964 г.)

Иванъ Павловичъ Якобій (1879-1964), русскій писатель и историкъ, сынъ виднаго ученаго-психіатра П. И. Якобія. Родился во Франціи, родители его познакомились въ Швейцаріи. Затѣмъ семья вернулась въ Россію. Иванъ Якобій съ серебряной медалью окончилъ гимназію и поступилъ въ Императорское училище правовѣдѣнія въ С.-Петербургѣ, которое окончилъ въ 1909 г. Но еще въ 1905 г. былъ «причисленъ къ Канцеляріи Ея Императорскаго Величества по принятому прошенію». Послѣ октябрьскаго переворота эмигрировалъ во Францію. Занимался литературной дѣятельностью. Авторъ цѣлаго ряда научныхъ работъ, посвященныхъ такимъ историческимъ личностямъ какъ Жанна Д'Аркъ, Суворовъ, Наполеонъ, Чеховъ. Въ 1938 г. въ Парижѣ вышла его книга «Императоръ Николай II и революція», сразу привлекшая къ себѣ огромное вниманіе различныхъ эмигрантскихъ круговъ, вызвавшая большой резонансъ и споры. Роль предательства въ паденіи Самодержавія въ Россіи и казни Царской Семьи — главная стержневая тема книги. Для русскихъ эмигрантовъ, чтившихъ память Царя-мученика и Царской Семьи, трудъ Якобія сталъ въ полномъ смыслѣ слова настольнымъ. Но будучи переведена на пять иностранныхъ языковъ и выдержавъ полтора десятка только французскихъ изданій, книга И. П. Якобія была издана по-русски небольшимъ тиражомъ, «замолчана и скуплена». Среди немногихъ самыхъ дорогихъ вещей (родительскаго благословенія, ладанокъ со святынею и Русской землей, Царскихъ наградъ, документовъ, писемъ и фотографій) въ багажѣ русскихъ бѣженцевъ второй Міровой войны были и потрепанные томики книги И. П. Якобія. «...Ни одна книга, написанная объ этой революціи, — писалъ, имѣя въ виду первое ея французское изданіе 1931 г, ген.-майоръ Б. В. Геруа, — не воспроизводитъ ея преступной глупости и ужасовъ съ такой яркостью и точностью, притомъ въ такой сжатой формѣ, какъ книга И. П. Якобія». Вѣрный Царю и Россіи до гроба Иванъ Павловичъ Якобій скончался въ ночь съ 23 на 24 декабря 1964 года.

Сочиненія И. П. Якобія

И. П. Якобій († 1964 г.)
ИМПЕРАТОРЪ НИКОЛАЙ II И РЕВОЛЮЦІЯ.
(Tallinn, 1938).

ГЛАВА III.
Паденіе Имперіи.

5. Миссія генерала Иванова.

Послѣ столь взволновавшаго его разговора съ Государемъ, генералъ Ивановъ занялся выполненіемъ порученной ему миссіи. Прежде всего надо было добиться точныхъ свѣдѣній о положеніи въ столицѣ, но какимъ образомъ это сдѣлать? Послѣ нѣкоторыхъ попытокъ переговорить по прямому проводу съ главнымъ начальникомъ петроградскаго военнаго округа, генералъ Ивановъ наконецъ добился генерала Хабалова. Мы уже передавали выше полученные отъ послѣдняго безнадежные отвѣты. Тѣмъ не менѣе генералъ Ивановъ отправилъ около 11 часовъ утра свой отрядъ, составленный изъ Георгіевскаго батальона, полу-роты Императорскаго Желѣзнодорожнаго полка и роты лейбъ-гвардіи Собственнаго Его Величества пѣхотнаго полка. Этого было, конечно, недостаточно, но генералъ Ивановъ разсчитывалъ на Тарутинскій полкъ, присланный съ сѣвернаго фронта, и на кавалерійскія и артиллерійскія части, которыя должны были придти съ западнаго фронта.

Но не зналъ старый генералъ, что измѣна проникла уже въ ряды его отряда. Такъ генералъ Пожарскій, командовавшій Георгіевскимъ батальономъ, еще наканунѣ объявилъ своимъ офицерамъ, что онъ запретитъ солдатамъ стрѣлять, хотя бы ему пришлось ослушаться приказанія начальства.

Генералъ Ивановъ выѣхалъ изъ Могилева на два часа позже своего отряда, который онъ нагналъ въ Оршѣ. Назна/с. 166/ченіе его не пришлось по вкусу начальствующимъ лицамъ въ Ставкѣ, игравшимъ въ руку революціи. Успокаивали ихъ немного лишь возрастъ и слабость генерала. «Трудно себѣ представить», говоритъ генералъ Деникинъ въ своихъ воспоминаніяхъ, «болѣе неподходящее лицо для выполненія порученія столь огромной важности, по существу — военной диктатуры. Дряхлый старикъ, честный солдатъ, плохо разбиравшійся въ политической обстановкѣ, не обладавшій уже ни силами, ни энергіей, ни волей, ни суровостью» [1].

Преувеличеніе, конечно, карикатурная оцѣнка соперника; но все же, не будучи ходячей развалиной, какъ рисуетъ его Деникинъ, генералъ Ивановъ былъ совершенно лишенъ той смѣлости, которая «города беретъ».

Къ тому же присылка частей, ожидаемыхъ съ фронта, какъ-то странно запаздываетъ или просто отмѣняется. Генералъ Ивановъ не понимаетъ, въ чемъ дѣло, и весь слѣдующій день проходитъ въ обмѣнѣ телеграммами объ ускореніи отправки вспомогательныхъ частей. Часть этихъ депешъ не доходитъ по назначенію; впрочемъ Ставка объ этомъ особенно и не старается; когда нужно будетъ, ея телеграммы не пропадутъ [2].

Всѣ эти непонятныя задержки смущаютъ въ концѣ концовъ ген. Иванова, дальнѣйшій путь котораго идетъ уже не прямо, а зигзагами, какъ ходъ шахматнаго коня. По дорогѣ встрѣчаются поѣзда, идущіе изъ столицы. Они переполнены вооруженной, орущей солдатней, агитаторами, дезертирами, /с. 167/ всей накипью, выкинутой мятежомъ изъ Петрограда. Генералъ Ивановъ приказываетъ остановить эти поѣзда. Съ нихъ сходитъ цѣлая орава, которой онъ грозитъ ужаснѣйшими наказаніями; отъ гнѣва трясется его сѣдая борода, онъ грозенъ, но не страшенъ. Въ концѣ концовъ всѣ снова садятся по вагонамъ, и разъѣзжаются, не причинивъ другъ другу особаго вреда; задержано только по приказанію генерала человѣкъ двадцать зачинщиковъ. Что дѣлать съ этой сволочью? Генералъ Ренненкампфъ, не задумываясь, приказалъ бы украсить ими вѣтви ближайшихъ деревьевъ, но генералу Иванову претятъ суровыя мѣры: онъ будетъ возить за собой своихъ плѣнниковъ, пока ихъ всѣхъ, одного за другимъ, не выпустятъ на волю, какъ почтовыхъ голубей, несущихъ радостную вѣсть о русской революціи.

Въ Вырицѣ свѣдѣнія плохія: министры въ Петроградѣ арестованы и войска въ Царскомъ Селѣ взбунтовались. Въ связи съ этимъ генералъ Ивановъ рѣшаетъ измѣнить свой планъ; вмѣсто того, чтобы продвигаться къ столицѣ, онъ спѣшно бросается на спасеніе Императрицы и Царскихъ Дѣтей въ Царское. Къ вечеру онъ прибываетъ туда со своимъ отрядомъ.

Какъ обстоитъ въ этотъ моментъ положеніе? Въ рукахъ у Иванова георгіевскіе кавалеры, Тарутинскій полкъ только что прибылъ въ Александрово, повсюду въ окрестностяхъ — Гатчинѣ, Вырицѣ, — вѣрныя войска, готовыя выступить. Итакъ генералъ Ивановъ можетъ дѣйствовать рѣшительно, и таково его твердое намѣреніе; занять въ Петроградѣ Царскосельскій вокзалъ, помѣстить тамъ свой штабъ, собрать крѣпкое ядро изъ лучшихъ частей, обратиться съ требованіемъ къ мятежникамъ, посѣять въ ихъ рядахъ панику и разногласіе и, если представится необходимымъ, прибѣгнуть къ пороху. Такъ быстро можно покончить съ крикунами, вся смѣлость которыхъ про/с. 168/исходитъ лишь отъ слабости властей. Вотъ что генералъ Ивановъ намѣревается сдѣлать... но не дѣлаетъ.

Вмѣсто того, чтобы сразу приступить къ этой рѣшительной чисткѣ, онъ медлитъ въ Царскомъ, тѣмъ самымъ отдавая своихъ солдатъ въ жертву эмиссаровъ бунтовщиковъ, старающихся ихъ распропагандировать, и генерала Пожарскаго, который твердитъ имъ на всѣ лады, что грѣшно стрѣлять по народу.

Между тѣмъ Ставка съ безпокойствомъ слѣдитъ за событіями.

Въ этотъ моментъ Государь находится въ Псковѣ. Онъ попался въ столь ловко разставленныя сѣти. Да, но Онъ еще можетъ изъ нихъ вырваться; Онъ попрежнему Верховный Главнокомандующій, имѣющій право приказывать. Генералъ Ивановъ со своей стороны тоже можетъ дѣйствовать и трескотня нѣсколькихъ пулеметовъ превратитъ тогда бунтующую толпу въ стадо, объятое паникой... Нѣтъ, нужно во что бы то ни стало парализовать дѣйствія генерала Иванова, и его бомбардируютъ телеграммами, ища его повсюду; онъ получаетъ одну изъ нихъ ночью. Это телеграмма [3] генерала Алексѣева: порядокъ возстановленъ въ Петроградѣ, тамъ съ нетерпѣніемъ ожидаютъ Государя, миссія генерала Иванова становится такимъ образомъ безполезной.

Все это наглая ложь. Алексѣевъ обманываетъ Иванова, какъ онъ все время обманывалъ Царя. Но старый генералъ недовѣрчивъ. Эти уговоры кажутся ему подозрительными. Онъ получилъ приказаніе дѣйствовать и онъ обязанъ дѣйствовать. Но прежде чѣмъ выступить на Петроградъ, необходимо обезпечить безопасность Царской Семьи и для этого обезоружить Царскосельскій гарнизонъ. Это можетъ сдѣлать оставшійся вѣрнымъ и къ тому же довольно многочисленный дворцовый гарнизонъ. Все это хорошо, но здѣсь возникаетъ формальное препятствіе: дворцовый гарнизонъ подчиненъ только дворцовому коменданту, должность котораго въ это время исполняетъ ген. Ресинъ; захочетъ ли ген. Ресинъ исполнить приказаніе Иванова? Вѣроятно нѣтъ, если не будетъ на то особаго распоряженія Императрицы. И, несмотря на ночной часъ, генералъ Ивановъ рѣшаетъ поѣхать во Дворецъ просить объ этомъ Императрицу.

/с. 169/ Ивановъ смотритъ на этотъ шагъ какъ на формальность, онъ такъ увѣренъ въ согласіи Ея Величества, что беретъ съ собой заготовленное имъ воззваніе къ населенію.

Проходя мимо и. д. дворцоваго коменданта ген. Ресина, генералъ Ивановъ передаетъ ему черновикъ своего приказа. «Распорядитесь, чтобы этотъ приказъ былъ сейчасъ же отпечатанъ, я велю завтра расклеить его на стѣнахъ Петрограда», говоритъ онъ ему. Но часъ спустя, Ивановъ, подавленный, выходитъ отъ Императрицы. «Все измѣнилось», объясняетъ онъ Ресину. «Я доложилъ Ея Величеству мой планъ дѣйствій и Она его одобрила. Но, когда я попросилъ Ея приказанія для приведенія его въ исполненіе, Она наотрѣзъ отказалась»... — «Государь далъ вамъ порученіе», сказала мнѣ Она, «вы должны повиноваться Ему, а не Мнѣ. Поступайте согласно вашей совѣсти»... Но трудно было генералу Иванову разобрать, что подсказываетъ ему совѣсть. Онъ получаетъ телеграмму отъ Государя, съ нѣсколькими милостивыми словами и просьбой ничего не предпринимать до Его пріѣзда; съ другой стороны извѣстія, доходящія изъ Петрограда повидимому подтверждаютъ офиціальный оптимизмъ: Дума проявила свои монархическія чувства, теперь остается только не мѣшать ей возстановить порядокъ... потомъ Богъ дастъ все наладится... [4].

Поколебленный, хотя и не убѣжденный, генералъ Ивановъ рѣшаетъ возвратиться въ Вырицу, собрать тамъ кой-какія части, достигнуть Гатчины, гдѣ гарнизонъ остался вѣрнымъ и оттуда идти на Петроградъ. Какъ только Дума узнаетъ объ этомъ планѣ, начинается паника: инженеръ Ломоносовъ, ставшій во время революціи во главѣ управленія желѣзныхъ дорогъ, разсказываетъ въ своихъ воспоминаніяхъ, что между его сослуживцами обсуждался уже слѣдующій важный вопросъ: будутъ ли они повѣшены по всѣмъ правиламъ искусства, или просто на фонаряхъ. Одинъ изъ инженеровъ, Сѣдельниковъ, перепуганный такими мрачными шутками, предпочитаетъ бѣжать. То же намѣреваются сдѣлать и другіе; но событія съ часа на часъ измѣняютъ положеніе. Кому-то приходитъ наконецъ мысль загородить путь на Гатчину, устроивъ на пути крушеніе, вслѣдствіе чего генералъ Ивановъ оказывается отрѣзаннымъ отъ войскъ /с. 170/ этого города. Тогда генералъ рѣшаетъ идти на Петроградъ съ тѣмъ отрядомъ, который у него подъ рукой.

Онъ звонитъ по телефону въ министерство путей сообщенія.

«Я генералъ Ивановъ».

«Я профессоръ Ломоносовъ».

«Мнѣ управляющій Виндавской линіи сказалъ, что вы распоряжаетесь движеніемъ, и что онъ безъ васъ не можетъ сдѣлать никакихъ распоряженій. Что это значитъ?»

«Будемъ хитрить», рѣшаетъ Ломоносовъ и отвѣчаетъ:

«Ваше превосходительство, въ столь отвѣтственное время распоряженіе дорогами должно быть сосредоточено въ однѣхъ рукахъ. Линія же Витебскъ-Петроградъ одна изъ важнѣйшихъ въ военномъ отношеніи».

«Кто вы такой?» недоумѣваетъ Ивановъ.

«Послѣ ареста начальника управленія Бѣляшева, я несу его обязанности».

«По Высочайшему повелѣнію я слѣдую въ Петроградъ», заявляетъ генералъ, очевидно предполагавшій, что Ломоносову ничего не извѣстно объ его миссіи. И Ломоносовъ спѣшитъ укрѣпить его въ этомъ заблужденіи.

«Хотя изъ Ставки такого распоряженія не было», говоритъ онъ, «я вамъ вѣрю на слово, но не могу вамъ гарантировать безопасный проѣздъ въ Петроградъ».

«Почему?»

«Для встрѣчи вашего поѣзда на 6-ой верстѣ сосредоточено четыре батареи артиллеріи и тысячъ двадцать пѣхоты. Переговорите съ Думой».

Ломоносовъ лжетъ безъ зазрѣнія совѣсти; онъ бросаетъ свою послѣднюю карту.

Ивановъ продолжаетъ:

«Очень признателенъ за эти свѣдѣнія. Они вполнѣ точны?»

«Помилуйте, ваше превосходительство! осмѣлюсь ли я»...

Генералъ Ивановъ колеблется, поѣздъ его маневрируетъ у самой Гатчины, которую онъ считаетъ ключемъ Петрограда. Эти передвиженія возбуждаютъ безпокойство въ Петроградѣ. Новый министръ путей сообщенія посылаетъ ему телеграмму за телеграммой, настаивая на отводѣ войскъ, присутствіе которыхъ — о иронія! мѣшаетъ будто бы Государю пріѣхать въ Свою столицу. Генералъ Ивановъ не сдается, онъ ожидаетъ обѣщанной /с. 171/ поддержки съ фронта; не получая ее, онъ посылаетъ генералу Алексѣеву настойчивую телеграмму: нѣтъ извѣстій объ обѣщанныхъ войскахъ, поѣздъ его задержанъ, онъ проситъ принять срочныя мѣры для обузданія администраціи пути, которая, по-видимому, перешла на сторону революціи.

Наивный Ивановъ! какъ Алексѣевъ долженъ смѣяться, читая его телеграмму! Да, смѣяться, ибо въ Псковѣ въ это время идетъ рѣшительная игра, и у Ставки въ рукахъ уже всѣ козыри.

Въ Псковѣ ожидаютъ прибытія думскихъ эмиссаровъ, которые явятся требовать отъ Государя отреченія, и ген. Даниловъ, на свой страхъ, отдаетъ приказъ войсковымъ частямъ, посланнымъ съ сѣвернаго фронта въ распоряженіе генерала Иванова, повернуть обратно.

У Иванова остается только его маленькій отрядъ, путь на Гатчину отрѣзанъ. Что онъ можетъ сдѣлать? Только ждать. И въ эту же ночь, въ Своемъ вагонѣ на станціи Псковъ, Государь подписываетъ Свое отреченіе.

На другой день, 3 марта, слѣдующая телеграмма Родзянко, какъ громомъ, поражаетъ генерала Иванова.

 185. Генералъ-Адъютантъ Алексѣевъ телеграммой отъ сего числа № 1892 увѣдомляетъ назначеніе главнокомандующимъ войсками Петроградскаго округа генералъ-лейтенанта Корнилова. Проситъ передать Вашему Высокопревосходительству приказаніе о возвращеніи вашемъ въ Могилевъ.

Это конецъ. Измѣна побѣдила.

А между тѣмъ:...«растерянность и всеобщее непониманіе положенія въ столицѣ были такъ велики, что одинъ твердый батальонъ, во главѣ съ начальникомъ, понимавшимъ, чего онъ хочетъ, могъ повернуть вверхъ дномъ всю обстановку» [5].

Да, рѣшительный начальникъ, батальонъ вѣрныхъ солдатъ, быстрота дѣйствій, и судьба Россіи — да и всего міра — была бы иная.

Примѣчанія:
[1] Г. Деникинъ, Очерки Русской смуты, т. I, в. 1, стр. 50.
[2] Ген. Тихменевъ въ своей брошюрѣ «Изъ воспоминаній о послѣднихъ дняхъ пребыванія Императора Николая II въ Ставкѣ» разсказываетъ, что, бесѣдуя съ ген. Ивановымъ передъ отъѣздомъ послѣдняго, онъ выразилъ сомнѣніе въ томъ, что телеграммы изъ Ставки будутъ доходить до Иванова. «Я оказался правъ», продолжаетъ ген. Тихменевъ. «Изъ нѣсколькихъ посланныхъ Ивановымъ телеграммъ (о чемъ я узналъ отъ него уже позже) я получилъ только одну. А моихъ телеграммъ онъ не получилъ вовсе».
     Можетъ, конечно, показаться страннымъ, что въ тотъ день, когда революція локализировалась еще лишь только въ Петроградѣ, и войска въ дѣйствующихъ арміяхъ оставались вѣрными, Ставка вдругъ потеряла контроль телеграфныхъ сообщеній, да еще съ поѣздомъ Иванова, везшимъ эшелонъ войскъ. Это тѣмъ болѣе удивительно, что рядъ другихъ телеграммъ Ставки прекрасно доходилъ по назначенію и получался незамедлительный отвѣтъ. Къ нимъ относятся всѣ депеши Ставки, связанныя съ отреченіемъ Государя, а также рядъ телеграммъ во время слѣдованія поѣзда /с. 167/ ген. Иванова. (Ген. Ивановъ 28 февр., спѣшно, секретно № 1 главкозапу и № 2 главкосѣву; Даниловъ, 28 февр. № 1165-Б и № 1166-В; Рузскій, 28 февр. № 1168-В; Гулевичъ, 1 марта № 535; Тихменевъ генералу Иванову 1 марта № 278; подполк. Кринскій ген. Тихменеву № 3; ген. кн. Трубецкой ген. Иванову, 1 марта, № 154). Наконецъ, предательская телеграмма ген. Алексѣева ген. Иванову, отъ 28 февраля, въ которой нач. штаба главковерха сообщалъ завѣдомо ложныя свѣдѣнія о положеніи въ Петроградѣ, была послана Иванову въ десяти экземплярахъ, дабы онъ ее получилъ навѣрняка, гдѣ бы онъ ни находился. (А. Блокъ, Послѣдніе дни стараго режима. Архивъ Русской Революціи, т. IV, стр. 43 и 47.)
[3] Телеграмма 28 февраля 1917 г. № 1833. Русская Лѣтопись, кн. III, стр. 120.
[4] Ген. Лукомскій. Изъ воспоминаній, стр. 21. — Неопубликованный дневникъ графа П. Н. Апраксина.
[5] Деникинъ. Очерки Русской Смуты, т. 1, в. I, стр. 47.

Источникъ: И. П. Якобій. Императоръ Николай II и революція. — Tallinn, 1938. — С. 165-171.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.