Церковный календарь
Новости


2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 30-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 29-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 28-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 27-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 26-я (1956)
2019-06-17 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 25-я (1956)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Посланіе къ Руфиніану (1903)
2019-06-17 / russportal
Свт. Аѳанасій Великій. Изъ 39-го праздничнаго посланія (1903)
2019-06-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 120-е (1895)
2019-06-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 119-е (1895)
2019-06-15 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 14-е къ монахамъ (1829)
2019-06-15 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 13-е къ монахамъ (1829)
2019-06-15 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 1-й. Глава 2-я (1921)
2019-06-15 / russportal
Ген. А. И. Деникинъ. «Очерки Русской Смуты». Томъ 1-й. Глава 1-я (1921)
2019-06-15 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 24-я (1956)
2019-06-15 / russportal
И. А. Ильинъ. "Наши задачи". Томъ 1-й. Статья 23-я (1956)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 18 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 19.
Литература Русскаго Зарубежья

Тэффи (Н. А. Лохвицкая-Бучинская) († 1952 г.)

Тэффи (наст. имя Надежда Александровна Лохвицкая, по мужу — Бучинская), знаменитая русская писательница и поэтесса. Родилась 9 (22) мая 1872 г. въ С.-Петербургѣ въ дворянской семьѣ; сестра поэтессы Мирры Лохвицкой и ген.-лейт. Н. А. Лохвицкаго, военнаго дѣятеля, одного изъ лидеровъ Бѣлаго движенія въ Сибири. Получила прекрасное домашнее образованіе. Начала публиковаться съ 1901 г. Была извѣстна сатирическими стихами и фельетонами, входила въ составъ постоян. сотрудниковъ журнала «Сатириконъ». Въ 1910 г. въ изд-вѣ «Шиповникъ» вышла 1-я книга ея стихотвореній «Семь огней» и сборникъ «Юморист. разсказы». Затѣмъ послѣдовали сборники «И стало такъ...» (1912), «Дымъ безъ огня» (1914), «Неживой звѣрь» (1916). Октябрьскій переворотъ Тэффи не приняла и въ 1919 г. эмигрировала, поселившись въ Парижѣ. Заграницей она активно писала разсказы и стихи, которые печатались въ газетахъ «Сегодня» (Рига), «Возрожденіе» (Парижъ), «Послѣднія Новости» (Парижъ), «Новое Русское Слово» (Нью-Іоркъ), журналахъ «Жаръ-Птица» (Берлинъ-Парижъ), «Перезвоны» (Рига), «Иллюстрированная Россія» (Парижъ) и др. Ея пьесы ставили русскіе театры въ Парижѣ, въ Берлинѣ, въ Лондонѣ, въ Варшавѣ, въ Ригѣ, въ Шанхаѣ, въ Софіи, въ Ниццѣ, въ Бѣлградѣ. Ея творчество высоко цѣнили многіе извѣстные писатели, такіе какъ Бунинъ, Зайцевъ, Сологубъ, Аверченко, Андреевъ, Купринъ и мн. др. Всего было опубликовано болѣе 30 ея книгъ. Писательница по праву считается одной изъ крупнѣйшихъ фигуръ русскаго зарубежья. Скончалась Тэффи въ Парижѣ 23 сентября (6 октября) 1952 г. и была похоронена на русскомъ кладбищѣ Сенъ-Женевьевъ-де-Буа.

Сочиненія Тэффи (Н. А. Лохвицкой-Бучинской)

Тэффи (Н. А. Лохвицкая-Бучинская) († 1952 г.)
«ТАКЪ ЖИЛИ». РАЗСКАЗЫ.

У ГАДАЛКИ.

На окошкѣ фуксія. Надъ фуксіей верещитъ канарейка въ клѣткѣ.

Круглый столъ накрытъ филейной салфеткой. Облупленныя кресла.

Изъ дверей тянетъ жаренымъ лукомъ.

Все это вещи и явленія самыя обыденныя, но здѣсь они кажутся необычайными и полными какого-то особаго значенія, высшаго и тревожнаго, потому что находятся въ пріемной комнатѣ у гадалки Пелагеи Макарьевны.

Канарейка какъ будто не совсѣмъ такъ попрыгиваетъ, какъ ихъ сестрѣ полагается. Ужъ видно недаромъ у гадалки живетъ.

Филейная салфетка выглядитъ такъ серьезно, что хочется извиниться передъ ней за суетное перо на шляпѣ.

А что лукомъ пахнетъ, — такъ ужъ это, видно, такъ нужно. Ужъ разъ Пелагея Макарьевна, женщина, видящая какъ на ладони всю судьбу всего міра, находитъ нужнымъ жарить лукъ, — тутъ есть надъ чѣмъ призадуматься.

Принимаетъ Пелагея Макарьевна своихъ кліен/с. 67/токъ по одной персонѣ. Мужчинъ совсѣмъ не пускаетъ.

Мужчинская судьба извѣстно какая, — объясняетъ она любопытствующимъ. — Все больше насчетъ дѣвицъ. А меня за этакую судьбу живо полиція прикроетъ.

Въ пріемной у нея всегда полно, какъ у моднаго врача.

Влюбленная дѣвица съ подругой, взятой для храбрости.

Прислуга, на которую хозяева «грѣшатъ» изъ-за пропавшей ложки.

Двѣ тетки въ бурнусахъ насчетъ Машенькиной свадьбы — быть ей или не быть.

Толстая лавочница съ дутымъ браслетомъ на отекшей рукѣ. Сидитъ и тупо думаетъ:

А шутъ меня знаетъ, чего меня сюда понесло. И какъ это такъ, возьметъ нелегкая и понесетъ человѣка, и шутъ его знаетъ, зачѣмъ? Чесался, видно, полтинникъ въ моемъ карманѣ.

Три гимназистки хихикаютъ подъ канарейкой.

Нѣтъ, она удивительно говоритъ! Она всю правду говоритъ. Она мнѣ въ прошломъ году сказала, что я выйду замужъ за Григорія. Прямо удивительно!

Такъ вѣдь, ты же не вышла.

Ну, да потому, что я еще не знакома ни съ однимъ Григоріемъ. Но ты только подумай, какъ она можетъ такъ все знать!

Мнѣ ужасно неловко, у меня полтинникъ не /с. 68/ цѣлой деньгой, а мелочью. Она можетъ обидѣться...

Дѣйствительно, неприлично.

Ничего, она все равно по картамъ увидитъ, что ты ворона... Хи-хи-хи.

Перестань!

Хи-хи-хи.

Тетки въ бурнусахъ бросаютъ на нихъ негодующіе взгляды и шепчутся про свои дѣла. Изрѣдка, изъ уваженія къ мѣсту, въ которомъ находятся, произносятъ слова, не выдыхая, а наоборотъ, втягивая воздухъ въ себя. Получается какъ бы свистящее всхлипываніе, полное таинственности и значенія.

И не быть тебѣ, — гритъ, — за нимъ, а быть тебѣ — гритъ — за короннымъ брунетомъ. И штопъ вы думали? Постъ проходитъ, а въ мясоѣдѣ за чиновника выскочила. Вѣдь, какъ по писанному.

Господи помилуй! вѣдь дастъ де Богъ человѣку!

А намедни Силова тоже къ ней ходила. И што-пъ вы думали?

Дверь, ведущая въ комнату гадалки, съ трескомъ раскрывается.

Черезъ комнату, ни на кого не глядя, сконфуженно проходитъ въ переднюю дама въ траурѣ.

Пожалуйте, кто слѣдующій по очереди, говоритъ пѣвучій, сдобный голосъ.

Прислуга, «на которую грѣшатъ», вскакиваетъ, /с. 69/ испуганно оглядывается и, украдкой крестясь, на цыпочкахъ идетъ къ завѣтной двери.

Пожалте-съ! — приглашаетъ кліентку Пелагея Макарьевна. — Присядьте на стуликъ.

И тутъ же, разомъ покончивъ съ офиціальной частью пріема, говоритъ просто:

Садись, что ли... Полтинникъ принесла?

Кліентка развязываетъ узелокъ платка сначала дрожащими руками, потомъ щелкающими зубами. Гадалка, внимательно оглядѣвъ монету, опускаетъ ее въ карманъ.

Чѣмъ антиресуешься?

Ложкой! — лепечетъ кліентка. — Мы ложкой антиресуемся. Ложка ихняя пропала, а они на меня. На что мнѣ ихъ ложка? Не видала я ложки? Я ложекъ очень даже много видала. Даже большое множество.

Гадалка беретъ со стола пухлую колоду картъ, пріобрѣвшую отъ постояннаго общенія съ потустороннимъ міромъ особый, очень неапетитный видъ. Точно смазанныя чѣмъ-то липкимъ, карты съ трудомъ отставали одна отъ другой, и гадалка часто, многозначительно скосивъ глаза на кліентку, облизывала большой палецъ правой руки.

Н-да-съ. Посмотримъ твою ложку. На бубновую кралю... Дѣвица?

Дѣвица, — виновато отвѣчаетъ кліентка.

На бубновую кралю. На сердцѣ у тебя трефонный разговоръ... Трефонный разговоръ про червонную дорогу, а можетъ, это и не дорога, а /с. 70/ просто къ тому выйдетъ, что бубенный король перечитъ. Ну, однако, перечить ему это самое не выйдетъ, потому изъ трефоннаго дому черезъ вечерній разговоръ по утренней дорогѣ вотъ при своихъ хлопотахъ амурное свиданіе съ денежнымъ, значитъ, антиресомъ, — ну, только гли кого, еще не извѣстно. Ну, а теперь, всѣ тридцать шесть картъ, скажите всю правду, что бубновой кралѣ ждать. Ну-съ, гли дому твоего жди семерку трефей — вечерній разговоръ. Разговаривать, значитъ, вечеромъ будешь съ кѣмъ-нибудь. Гли сердца твоего пиковая дама будетъ съ бубеннымъ королемъ про свои дѣла разговаривать. Чѣмъ кончится... Кончится утреннимъ разговоромъ. Будешь, значитъ, утромъ съ кѣмъ-нибудь разговаривать. На чемъ сердце успокоится?.. . Успокоится твое сердце на всякихъ хлопотахъ, и болѣзнь близкаго человѣка, и деньги быдто потеряешь. Что удивитъ?... Удивишься ты на собственныхъ слезахъ. Ну, вотъ и все. Благодарить не надо, а то не исполнится. Ну, чего еще?

Да я насчетъ ложки бы... Ложка у меня на душѣ! тоскливо лепечетъ кліентка.

Ложка? Такъ бы и говорила! Насчетъ ложки скажу я тебѣ, что оченно я это дѣло хорошо вижу, только не по картамъ. Карты ложку не говорятъ, — а черезъ воздухъ. И скажу я тебѣ прямо, что кто ложку взялъ, до поры до времени не узнаешь, потому взялъ ее человѣкъ хитрый, и ни руки своей, ни ноги на мѣстѣ томъ не оставилъ, чтобы /с. 71/ никто, значитъ, его, вора, то-есть, узнать не могъ. Такъ вотъ, значитъ, и понимай, что взялъ ложку хитрый человѣкъ, на хитраго, значитъ, и думай, за хитрымъ, значитъ, и примѣчай! Кто слѣдующій? Пожалуйте! Чья очередь?

Прислуга, «на которую грѣшили», на цыпочкахъ прошла черезъ пріемную, и всѣ, затихнувъ, съ благоговѣніемъ смотрѣли на ея растерянное, покрытое красными пятнами лицо и на ея круглые, испуганные глаза, только что такъ дерзко заглянувшіе въ сокровенныя тайны будущаго.

Пожалуйте, чья очередь!

Источникъ: Тэффи. «Такъ жили». Разсказы. — Стокхольмъ: «Сѣверные огни», 1922. — С. 66-71.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.