Церковный календарь
Новости


2019-06-25 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ II-й, Ч. 4-я, Гл. 11-15 (1922)
2019-06-25 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ II-й, Ч. 4-я, Гл. 6-10 (1922)
2019-06-24 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 6-е, объ умныхъ сущностяхъ (1844)
2019-06-24 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 5-е, о Промыслѣ (1844)
2019-06-23 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 128-е (1895)
2019-06-23 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 127-е (1895)
2019-06-22 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 18-е къ монахамъ (1829)
2019-06-22 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 17-е къ монахамъ (1829)
2019-06-21 / russportal
"Церковная Жизнь" №1 (Январь) 1948 г.
2019-06-20 / russportal
"Церковная Жизнь" №3-4 (Октябрь-Ноябрь) 1947 г.
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 126-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 125-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 124-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 123-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 122-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 121-е (1895)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 26 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Протопресвит. Михаилъ Помазанскій († 1988 г.).

Протопресвитеръ Михаилъ Помазанскій († 1988 г.), видный богословъ, духовный писатель, преподаватель семинаріи РПЦЗ въ Джорданвиллѣ. Родился 6 (19) ноября 1888 г. въ с. Корысть (Волынская губернія) въ семьѣ священника. Окончилъ Кіевскую духовную академію со степенью кандидата богословія (1912). Преподаватель въ ровенскихъ гимназіяхъ (1916-1934). Священникъ (1936), зачисленъ въ клиръ Варшавскаго каѳедральнаго собора (до 1944 г.). Послѣ эвакуаціи изъ Варшавы 4 года жилъ въ лагеряхъ Ди-Пи въ Германіи. Съ 1949 г. вмѣстѣ съ семьей переѣхалъ въ США. Преподавалъ въ Свято-Троицкой духовной семинаріи г. Джорданвилль (шт. Нью-Іоркъ, США) греческій и церковно-славянскій языки, а также догматическое богословіе (въ 1960-хъ — 1980-хъ гг. упоминается какъ проректоръ семинаріи). Въ 1950-хъ — 1980-хъ гг. упомянутъ какъ священнослужитель, приписанный къ Свято-Троицкому монастырю въ г. Джорданвилль въ юрисдикціи Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Въ 1955 г. — митрофорный протоіерей; съ 1962 г. — протопресвитеръ. Членъ редакціонной комиссіи Свято-Троицкаго монастыря (упом. въ 1955 г.). Перу о. Михаила принадлежитъ рядъ брошюръ и множество статей въ «Православной Руси», «Православной Жизни» и журналѣ «Православный Путь». Бóльшая часть этихъ статей вошла въ сборники «О жизни, о вѣрѣ, о Церкви» (два тома, 1976) и «Богъ нашъ на небеси и на земли вся, елика восхотѣ, сотвори» (1984). Но наибольшей извѣстностью пользуется его «Православное Догматическое Богословіе» (1968), которое стало основнымъ учебникомъ во всѣхъ духовныхъ семинаріяхъ Америки. Скончался 22 октября (4 ноября) 1988 г. въ возрастѣ 100 лѣтъ. Похороненъ на кладбищѣ Свято-Троицкаго монастыря въ Джорданвиллѣ.

Сочиненія протопресвит. Михаила Помазанскаго

Протопресвитеръ Михаилъ Помазанскій († 1988 г.).
О ЦЕРКВИ ХРИСТОВОЙ ВЪ СВѢТѢ ВѢРЫ ПРАВОСЛАВНОЙ.
Внѣ общенія съ небесной Церковію нѣтъ Церкви Христовой.

I. Церковь — Домъ Божій.

Возвышенность понятія «Церковь».

Понятіе Церкви Христовой принадлежитъ къ числу тѣхъ, которыя, — или благодаря своей глубинѣ, или благодаря возвышенности, или по своему значенію основныхъ категорій бытія, — съ трудомъ поддаются сжатому логическому опредѣленію. Опредѣленія понятія Церкви, выраженныя въ формѣ одного грамматическаго предложенія, въ большей или меньшей степени односторонни и не выражаютъ всего содержанія этого понятія. Изъ за этого они часто отличаются одно отъ другого. Происходитъ нѣчто подобное оборотамъ земного шара: когда одна сторона его освѣщается солнцемъ, то другая остается въ тѣни. И въ этомъ случаѣ: когда подчеркиваются одни признаки Церкви, остаются въ сторонѣ другіе.

Извѣстно, что въ Священномъ Писаніи и въ церковной рѣчи вообще терминъ Церковь употребляется какъ въ широкомъ смыслѣ слова, въ значеніи Церкви небесно-земной, такъ и въ узкомъ смыслѣ, какъ Церковь на землѣ. Возникаетъ вопросъ: въ какомъ смыслѣ о Церкви говорится въ 9-мъ членѣ Сѵмвола вѣры: «вѣрую — во едину святую соборную и апостольскую Церковь»?

На этотъ вопросъ «Посланіе Восточныхъ Патріарховъ» 1723 года отвѣчаетъ словами прежде бывшаго Іерусалимскаго собора 1672 года [*]:

«Вѣруемъ, какъ и научены вѣрить, въ такъ именуемую, и въ самой вещи таковую, то есть Святую Вселенскую Апостольскую Церковь, которая объемлетъ всѣхъ и повсюду, кто бы они ни были, вѣрующихъ во Христа, которые нынѣ, находясь въ земномъ странствованіи, не водворились еще въ отечествѣ небесномъ. Но отнюдь не смѣшиваемъ Церкви странствующей съ Церковью достигшею отечества, потому только, какъ думаютъ нѣкоторые изъ еретиковъ, — что та и другая существуетъ, что обѣ онѣ составляютъ какъ бы два стада одного Архипастыря Бога и освящаются однимъ Святымъ Духомъ. Такое смѣшеніе ихъ неумѣстно и невозможно; по/с. 5/елику одна воинствуетъ и находится еще въ пути, а другая торжествуетъ уже побѣду, достигла отечества и получила награду, что послѣдуетъ и со всею Вселенскою Церковью».

Такимъ образомъ, посланіе Восточныхъ Патріарховъ ограничиваетъ пониманіе 9-го члена Сѵмвола вѣры земной областью Церкви. Согласно съ этимъ опредѣленіемъ даютъ изложеніе ученія о Церкви православные катихизисы и курсы догматическаго богословія.

Наряду съ даннымъ ограничительнымъ понятіемъ Церкви, широко распространено употребленіе термина Церковь въ самомъ неограниченномъ смыслѣ. Такъ, въ церковныхъ пѣснопѣніяхъ слышимъ: «Тя, неизреченно соединившаго съ небеснымъ, Христе, земная и едину Церковь совершивша ангеловъ и человѣковъ, непрестанно величаемъ» (служба 8 ноября Ангеламъ, канонъ, п. 9 тр. 2).

О. Іоаннъ Кронштадтскій часто говоритъ о Церкви именно въ этомъ второмъ пониманіи. Передавая мысли и переживанія передъ престоломъ алтаря, онъ пишетъ: «Гдѣ я? Я на небеси. Какъ Церковь есть образованіе неба, такъ и всѣ мы члены одной Церкви Божіей, и всѣ святые угодники Божіи близки къ намъ, какъ члены одного таинственнаго тѣла Церкви, имѣющаго одну Главу — Христа».

Какъ видимъ, то и другое, узкое и широкое, пониманіе одинаково пользуются однимъ и тѣмъ же словомъ «Церковь», очень часто безъ опредѣлительныхъ словъ, такихъ напр., какъ небесно-земная, воинствующая, странствующая или иныхъ.

Самъ этотъ фактъ говоритъ о сознанін единства бытія Церкви: Церкви на землѣ и Церкви во всей ея неограниченности.

Это ставитъ задачу богословію: раскрыть для умственнаго взора то, что постигается взоромъ сердечно-духовнымъ, — ту благодатную связь между небесной и земной областями единаго тѣла Церкви, при которой эти области не могутъ быть смѣшиваемы, но не могутъ быть и раздѣляемы. Это раскрытіе достигается чрезъ разсмотрѣніе свойствъ Церкви, указанныхъ въ сѵмволѣ вѣры. При разсматриваніи же самихъ свойствъ одновременно выясняется отличіе православнаго пониманія природы Церкви отъ понятія о Церкви въ другихъ исповѣданіяхъ; опредѣляется, наконецъ, и отношеніе этихъ иныхъ исповѣданій къ бытію самой Церкви.

Сѵмволы Церкви.

Сѵмволы цѣнны тѣмъ, что они даютъ какъ бы зрительную ясность и выразительность духовнымъ предметамъ и явленіямъ. Сѵмволы создаются и оформляются позже обозначаемыхъ ими понятій: когда въ сознаніи широкаго круга людей опредѣленное понятіе кристаллизуется и пріобрѣтаетъ твердую мыслительную /с. 6/ форму, тогда — быстрѣе или медленнѣе — оно отливается въ опредѣленное отображеніе, въ сѵмволъ.

Сѵмволомъ Христовой Церкви является — имѣющій, конечно, прежде всего, свое прямое, не сѵмволическое назначеніе — православный храмъ. Его внутренняя структура складывалась исторически постепенно, пока вырисовалась въ нынѣшнемъ окончательномъ видѣ храма идея Церкви Христовой.

Если вы войдете въ протестантскую (лютеранскую) кирху или молитвенный домъ, вы увидите на переднемъ планѣ на стѣнѣ крестъ, какъ напоминаніе о Спасителѣ, о Его крестной искупительной смерти. Нашего алтаря тамъ нѣтъ. Весь залъ предназначенъ для вѣрующихъ, занятъ скамейками. Этотъ внѣшній видъ молитвеннаго зала соотвѣтствуетъ идеѣ, духовному содержанію, смыслу, который вкладывается тамъ въ понятіе Церкви: церковь для нихъ, по ихъ пониманію, это они сами, вѣрующіе, на землѣ живущіе, и съ ними невидимо пребывающій Христосъ; другихъ лицъ, другихъ участниковъ этого общенія духовнаго для нихъ не существуетъ.

Иной видъ имѣетъ римско-католическій храмъ. Впереди, передъ народомъ — отдѣленное низкой перегородкой возвышеніе и на немъ впереди открытый алтарь въ видѣ престола. За престоломъ кіотъ со святыми изображеніями, возводящій мысль молящагося къ небу и къ небесной Церкви; для присутствующихъ въ храмѣ кіотъ находится въ перспективѣ, онъ отдѣленъ престоломъ; алтарь — престолъ съ предстоящимъ священникомъ есть пунктъ, замыкающій переднюю часть храма. Здѣсь въ цѣломъ — сѵмволъ римско-католической церкви: на возвышеніи — священнодѣйствующій пастырь, или «церковь учащая», по римской терминологіи, и — на остальномъ пространствѣ храма — міряне, или «слушающіе слово Божіе». Это весь составъ церкви, — церкви, входящей во время молитвы въ общеніе со святыми на небѣ, но внутренне представляющей собою самостоятельное единое и полное тѣло церкви.

Въ недавней энцикликѣ папы Пія XII Humani generis 1950 года содержится предостереженіе противъ — «заблужденія относительно существа таинственнаго тѣла Христова» (т. е. церкви), гдѣ сказано: «нѣкоторые не считаютъ себя обязанными держаться ученія, объявленнаго въ энцикликѣ Mіstісі Соrроrіs Сhrіstі нѣсколько лѣтъ назадъ, обоснованнаго на источникахъ Откровенія и гласящаго, что мистическое тѣло Христово и Римско-католическая церковь есть одно и то же». Такимъ образомъ, по энцикликѣ, Римская церковь есть вся Церковь Христова.

Православный храмъ выражаетъ православную идею Церкви. Значительная часть храма (восточная, передняя) отдѣлена иконостасомъ. Передъ нами въ иконостасѣ лики Спасителя, Богородицы, Апостоловъ и Святыхъ: небесная Церковь. Иконостасъ раздѣляетъ /с. 7/ храмъ на двѣ части: одну — какъ бы земную область Церкви, другую — алтарь съ престоломъ и горнимъ мѣстомъ — какъ бы область у самаго небеснаго престола Божія. Войдя въ храмъ, мы уже становимся предъ ликами святыхъ. Предъ нами далѣе горнія пространства алтаря, какъ бы горнія пространства неба, отдѣленныя отъ насъ завѣсой нашего тѣлеснаго существованія. Все это сѵмволъ великаго Дома Божія, Церкви Христовой, соединяющей въ себѣ земное и небесное, символъ, прекрасно выражающій апостольское ученіе о Церкви.

Для насъ чрезвычайно важно имѣть это непосредственное, живое сознаніе того, кто находится въ великомъ Домѣ Церкви Божіей. Въ немъ двѣ области. Здѣсь Небесная Церковь, прежде всего. Христова Церковь началась въ небѣ сошествіемъ Христа во адъ и освобожденіемъ душъ ветхозавѣтныхъ праведниковъ, а на землѣ — со дня Пятидесятницы, ниспосланіемъ Святаго Духа на апостоловъ. И кто въ нее вошелъ на землѣ, если не отвергнутъ Христомъ за недостоинство, останется въ ней навсегда, будучи принятъ по смерти въ небесные сонмы. И кто въ нее вошелъ на небѣ — ангелы и ветхозавѣтные праведники — пребываютъ въ ней вѣчно. И поэтому — такъ сказать, количественно — земные ея члены, живущіе въ тотъ другой историческій моментъ на землѣ, представляютъ собою лишь небольшую часть Единой Церкви Христовой. Эта мысль образно представлена въ писаніяхъ апостола Павла. Церковь — небесно-земный городъ, гдѣ христіане, живущіе на землѣ, «со-граждане Святымъ и свои Богу» (Еф. 2, 19), «вышній Іерусалимъ — матерь всѣмъ намъ» (Гал. 4, 26). Христосъ — Глава Церкви; Отецъ все покорилъ подъ ноги Его и поставилъ Его Главою выше всего Церкви, которая есть тѣло Его, полнота Наполняющаго все во всемъ» (Еф. 1, 22). Строительство Церкви не замкнуто, оно продолжается: «все зданіе, слагаясь стройно, возрастаетъ въ святый храмъ въ Господѣ» (Еф. 2, 21); тѣло Церкви «растетъ возрастомъ Божіимъ» (Колос. 2, 19). Чрезъ Церковь совершается предназначенное Отцомъ «устроеніе полноты временъ, дабы все небесное и земное соединить подъ Главою Христомъ» (Еф. 1, 10).

Въ храмѣ его горняя часть, алтарь, отдѣлена иконостасомъ и, сверхъ этого, завѣсой за царскими вратами. Высокій иконостасъ, какъ онъ представленъ въ храмахъ строго церковнаго стиля, наполненъ образами Святыхъ; онъ самъ, своимъ наличіемъ, проводитъ четко въ нашей мысли раздѣлъ между двумя областями Церкви, земной и небесной; поднятая солея передъ иконостасомъ и завѣса за царскими вратами еще болѣе подчеркиваютъ, что отъ земныхъ членовъ Церкви требуется еще восхожденіе по ступенямъ къ горнему и снятіе завѣсы нашей плоти. Однако, въ главныхъ частяхъ богослуженія завѣса отодвигается, а въ нѣкоторые /с. 8/ моменты открываются и врата царскія — райскія, и тогда мы слушаемъ слова Самого Господа въ Его евангеліи, видимъ и принимаемъ Его въ Божественныхъ и Пречистыхъ Тайнахъ. Въ эти моменты христіанинъ — въ области небеснаго Царствія Божія. Но онъ еще не насельникъ его. «Храмъ — грань, соединяющая землю съ небомъ, земное небо» (о. Іоаннъ Кронштадтскій).

И эта двойственность бытія во время пребыванія и молитвы въ храмѣ совершенно согласна съ такимъ же двойственнымъ смысломъ изреченій Священныхъ Писаній о Царствѣ Божіемъ. «И введшаго насъ въ царство возлюбленнаго Сына Своего» (Колос. 1, 13): — мы уже введены. «Ибо такъ откроется вамъ свободный входъ въ вѣчное царство Господа нашего и Спасителя Іисуса Христа» (2 Петра 1, 11): — мы ожидаемъ лишь входа.

Отсюда, между прочимъ, видимъ, почему Церковь не отнеслась покровительственно къ попыткамъ въ новое время устраивать низкій иконостасъ, открывающій видъ въ алтарь, а также имѣть чаще открытыми царскія врата: это нарушало бы опредѣленную идею Церкви Христовой.

Чтобы убѣдиться, насколько не случайна и насколько важна символика новозавѣтнаго храма, нужно обратить вниманіе на объясненіе значенія ветхозавѣтнаго храма, сдѣланное апостоломъ Павломъ въ посланіи къ Евреямъ. Апостолъ не только свидѣтельствуетъ о томъ, что установленія скиніи были сѵмволомъ, служили «образу и тѣни небеснаго», но, указывая то новое, что принесъ съ собою новый завѣтъ и чего не могло выразить устройство скиніи, самъ апостолъ даетъ направленіе для сѵмволики новозавѣтнаго храма.

Апостолъ пишетъ: «...первый завѣтъ имѣлъ постановленіе о богослуженіи и святилище земное; ибо устроена была скинія первая (описывается устройство средней части скиніи)...; за второю же завѣсою была скинія, называемая святое святыхъ... При такомъ устройствѣ, въ первую скинію всегда входятъ священники совершать богослуженіе, а во вторую однажды въ годъ одинъ только первосвященникъ, не безъ крови, которую приноситъ за себя и за грѣхи невѣдѣнія народа. Симъ Духъ Святый показываетъ, что еще не открытъ путь во святилище, доколѣ стоитъ прежняя скинія... Но Христосъ, Первосвященникъ будущихъ благъ,... вошелъ не въ рукотворенное святилище, по образу истиннаго устроенное, но въ самое небо, чтобы предстать нынѣ за насъ предъ лице Божіе... Ибо Онъ однимъ приношеніемъ навсегда сдѣлалъ совершенными освящаемыхъ... Итакъ, братія, имѣя дерзновеніе входить во святилище посредствомъ крови Іисуса Христа, путемъ новымъ и живымъ, который Онъ вновь открылъ намъ чрезъ завѣсу, то есть плоть Свою, и имѣя Великаго Священника надъ До/с. 9/момъ Божіимъ, да приступаемъ съ искреннимъ сердцемъ, съ полною вѣрою... Вы приступили не къ горѣ, осязаемой и пылающей огнемъ, не ко тьмѣ и мраку и бурѣ... Но вы приступили къ горѣ Сіону и ко граду Бога Живаго, къ небесному Іерусалиму и тьмамъ ангеловъ, къ торжествующему собору и церкви первенцевъ, написанныхъ на небесахъ, и къ Судіи всѣхъ Богу, и къ духамъ праведниковъ, достигшихъ совершенства, и къ Ходатаю новаго завѣта Іисусу, и къ крови кропленія, говорящей лучше, нежели Авелева. Итакъ, мы, пріемля, царство непоколебимое, будемъ хранить благодать, которою будемъ служить благоугодно Богу, съ благоговѣніемъ и страхомъ, потому что Богъ нашъ есть огонь поядающій» (Евр. IV, 1-2, 3, 6-7, 11, 24; V, 14, 19-22; VII, 18, 22-24, 28-29). Апостолъ указываетъ, что скинія и всѣ сосуды богослужебные, имѣя прообразовательное значеніе, были «образами небеснаго» (9, 23), то есть сѵмволами истиннаго отношенія Бога и людей въ ветхомъ завѣтѣ. И такъ какъ сама ветхозавѣтная Церковь была земная, то въ ней, «въ первомъ завѣтѣ», было «постановленіе о богослуженіи и святилищѣ земное,» скинія выражала идею «земной церкви.»

Но Христосъ открылъ входъ въ небесное святилище. Въ Новомъ Завѣтѣ мы приступили къ небесному Іерусалиму, къ торжествующему собору и церкви первенцевъ, написанныхъ на небесахъ. Соотвѣтственно этому, нынѣ храмъ долженъ сѵмволизировать новую идею Церкви, Церкви, въ коей открытъ входъ въ небо, связующей землю съ небомъ, какъ это и видимъ въ православномъ храмѣ.

Въ скиніи — лишь недоступное и сохранявшееся въ священномъ мракѣ святое святыхъ, закрытое тяжелой завѣсой съ образами Херувимовъ, указывало на таинственную, недоступную область неба. Въ моментъ смерти Христовой «завѣса церковная раздрася на двое, съ вышняго края до нижняго» (Мѳ. 27, 51). Въ нашемъ христіанскомъ храмѣ остается лишь легкая завѣса, какъ сѵмволъ нашей земной плоти, преграждающей вѣрнымъ входъ во святилище неба.

Достойно вниманія, что и скинія и храмъ Соломоновъ были наполнены изображеніями, какъ бы иллюстрировавшими слова псалма: «хвалите Его вси ангелы Его, хвалите Его вся силы Его..., древа плодоносна и вси кедры, звѣріе и вси скоти»... (пс. 148): херувимы надъ ковчегомъ, на завѣсѣ и стѣнахъ — «ангелы Его»; колеса — сѵмволы «силъ»; далѣе — живая природа — львы, волы, пальмы, лиліи, фрукты и овощи (гранатовыя яблоки и огурцы) и распускающіеся цвѣты (3 Царствъ, гл. 6 и 7) — все было образами славы Божіей въ мірѣ. Хотя были образы ангеловъ, но не было тамъ напоминанія о святыхъ Божіихъ, о хвалящей и благословля/с. 10/ющей Бога небесной церкви праведниковъ: ибо не существовало еще самой этой «церкви первенцевъ, написанныхъ на небесахъ», торжествующаго Іерусалима, и сами эти праведники еще ожидали избавленія, «да не безъ насъ совершенство пріимутъ» (Евр. 11, 40). Храмъ же новозавѣтный наполнился ликами святыхъ торжествующей небесной Церкви. И «постановленіе о богослуженіи» ветхозавѣтномъ, земномъ, замѣнилось богослуженіемъ, отображающимъ явленное въ Откровеніи Св. Іоанна Богослова (гл. 5; 7; 15) небесное богослуженіе.

Въ чемъ же убѣждаетъ насъ сѵмволъ Церкви, выраженный въ устройствѣ храма? Онъ подтверждаетъ ту мысль Посланія Восточныхъ Патріарховъ, что не «смѣшиваются» — Церковь странствующая и Церковь достигшая отечества; и одновременно выражаетъ собой дальнѣйшія положенія этого Посланія: а) «что та и другая существуютъ», б) «что обѣ онѣ составляютъ какъ бы два стада Одного Архипастыря Бога» и в) «что освящаются Однимъ Святымъ Духомъ».

Символика храма внушаетъ намъ, что наше выраженіе о двоякомъ смыслѣ слова Церковь — широкомъ и узкомъ — не совсѣмъ точно: здѣсь нѣтъ собственно измѣненія смысла даннаго термина; а лишь указывается полнота или съуженіе области Церкви, самъ же смыслъ остается одинъ; указываются два момента одного процесса спасенія: начало — въ церкви спасаемыхъ и совершеніе — въ церкви спасенныхъ. Но при этомъ становится яснымъ, что свойства церкви на землѣ — святость, каѳоличность, единство, апостольское достоинство — получаютъ свое содержаніе, свою опору, свою ясность и полноту отъ сознанія связи и общенія ея съ небесной церковію. Въ отрывѣ отъ небесной церкви эти свойства теряли бы свое полное значеніе, то именно значеніе, которое отличаетъ православное понятіе Церкви отъ неправославнаго.

Второго Вселенскаго Собора догматъ о Церкви.

Второй Вселенскій Соборъ, состоявшійся въ Константинополѣ въ 381 году, завѣщалъ намъ въ слѣдующей краткой формѣ догматъ о Церкви:

«Вѣруемъ... во едину святую соборную (каѳолическую) апостольскую Церковь».

Эти слова составляютъ девятый членъ Никеоцареградскаго символа вѣры, ставшаго на всѣ времена ежедневнымъ исповѣданіемъ вѣры православнаго христіанина. Указанныя въ немъ свойства Церкви входятъ и въ болѣе древніе, принадлежавшіе помѣст/с. 11/нымъ церквамъ, символы вѣры, только тамъ встрѣчаются они въ менѣе полномъ видѣ.

Дѣянія второго Вселенскаго собора въ полномъ составѣ не дошли до насъ. Поэтому мы не знаемъ, какія разсужденія святыхъ Отцовъ собора предшествовали принятію въ данной формѣ догмата о Церкви. Сохранились только: 1) слово сказанное св. Григоріемъ Богословомъ въ присутствіи всѣхъ епископовъ собора (прощальное), 2) соборныя каноническія постановленія съ посланіемъ отцевъ собора къ императору Ѳеодосію, 3) текстъ символа вѣры, 4) подписи лицъ, присутствовавшихъ на соборѣ и 5) посланіе восточныхъ патріарховъ въ Римъ послѣ собора. Предсѣдательствовалъ на соборѣ, какъ полагаютъ, или св. Григорій Назіанзинъ (Богословъ), остававшійся тогда еще епископомъ Константинопольскимъ, или св. Мелетій Антіохійскій. Папа — тогда былъ папа Дамасъ — не участвовалъ въ дѣяніяхъ собора ни самъ ни чрезъ своихъ легатовъ. Среди ста пятидесяти православныхъ епископовъ, участниковъ собора, особенно выдѣлялись такія свѣтила Церкви, какъ св. Григорій Богословъ, своими вдохновенными словами въ храмѣ Воскресенія «воскресившій православіе въ Константинополѣ», св. Мелетій Антіохійскій, прославившійся святостью жизни, чудесами и претерпѣвшій тяжелыя гоненія, и св. Григорій Нисскій, братъ св. Василія Великаго, славный своимъ благочестіемъ и ученостью.

Догматъ о Церкви, выраженный въ 9 членѣ символа вѣры, при всей своей краткости, имѣетъ полную форму: все, что содержится въ словѣ «Церковь», укладывается въ указанныя въ немъ четыре свойства Церкви. Эти свойства не покрываютъ другъ друга, а связаны взаимно такъ, какъ звенья одной цѣпи. Расположены они въ догматѣ въ порядкѣ отъ наиболѣе широкаго (во всемъ мірѣ Церковь «едина»-одна) къ болѣе узкому (апостольская); въ то же время — въ порядкѣ нисходящемъ отъ божественнаго начала — отъ единства Главы и тѣла Церкви, — къ человѣческому началу, т.е. къ апостольскому признаку. Этими свойствами ставится четыре темы о Церкви: а) ея происхожденіе — апостольская; б) ея составъ и ея отличіе отъ всѣхъ земныхъ обществъ, въ томъ числѣ и религіозныхъ — каѳолическая; в) ея назначеніе  — святая; г) ея положеніе въ мірѣ — единственная. Раскрывать и вдумываться въ содержанія этихъ четырехъ понятій, на основаніи слова Божія, святоотеческихъ писаній и богослужебныхъ источниковъ, составляетъ дѣло православнаго христіанина. Разсмотрѣніе этихъ свойствъ ничто не препятствуетъ вести здѣсь въ порядкѣ отъ «происхожденія» — къ «единственности»: Церковь — апостольская, каѳолическая, святая, едина [1].

Примѣчанія:
(Подъ одной цифрой указываются въ большинствѣ случаевъ источники цитируемыхъ мѣстъ, относящіеся ко всему отрѣзку между предшествующей и данной ссылкой).
[*] Іерусалимскій соборъ имѣлъ главной своей цѣлью высказать свое сужденіе о кальвинизмѣ. Въ приводимой выдержкѣ выражено отношеніе къ ученію протестантовъ о «духовной или небесной Церкви».
[1] Матеріалы изъ дѣяній вселенскихъ соборовъ здѣсь и въ дальнѣйшемъ изложеніи цитируются по изданію «Дѣянія Вселенскихъ Соборовъ, изданныя въ русскомъ переводѣ при Казанской Духовной Академіи». Томы I-VII. Казань. — Соборъ: «Константинопольскій первый, вселенскій вторый» — въ первомъ томѣ, по изд. 3-му, стр. 91-126.

Источникъ: Протоіерей М. Помазанскій. О Церкви Христовой въ свѣтѣ вѣры Православной. Внѣ общенія съ небесной Церковію нѣтъ Церкви Христовой. — Jordanville: Published by Holy Trinity Monastery, 1953. — С. 4-12.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.