Церковный календарь
Новости


2019-06-24 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 6-е, объ умныхъ сущностяхъ (1844)
2019-06-24 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 5-е, о Промыслѣ (1844)
2019-06-23 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 128-е (1895)
2019-06-23 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 127-е (1895)
2019-06-22 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 18-е къ монахамъ (1829)
2019-06-22 / russportal
Преп. Антоній Великій. Письмо 17-е къ монахамъ (1829)
2019-06-21 / russportal
"Церковная Жизнь" №1 (Январь) 1948 г.
2019-06-20 / russportal
"Церковная Жизнь" №3-4 (Октябрь-Ноябрь) 1947 г.
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 126-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 125-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 124-е (1895)
2019-06-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 123-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 122-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 121-е (1895)
2019-06-18 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 4-е, о мірѣ (1844)
2019-06-18 / russportal
Свт. Григорій Богословъ. Слово 3-е, о Святомъ Духѣ (1844)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 25 iюня 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 10.
Творенія святыхъ отцовъ въ русскомъ переводѣ

Библіотека твореній Св. Отцевъ и Учителей Церкви западныхъ,
издаваемая при Кіевской Духовной Академіи, Книга 1-я.

ТВОРЕНІЯ СВ. СВЯЩЕННОМУЧЕНИКА КИПРІАНА, ЕПИСКОПА КАРѲАГЕНСКАГО.
Часть 1-я. Изданіе 1-е. Кіевъ, 1879.

ПИСЬМА.

43. Письмо къ Антоніану о Корнеліѣ и Новаціанѣ.

Кипріанъ брату Антоніану желаетъ здоровья.

Я получилъ первое письмо твое, возлюбленнѣйшій братъ, въ которомъ ты извѣщалъ, что, твердо держась согласія со всѣмъ священствомъ и будучи преданъ каѳолической Церкви, не имѣешь общенія съ Новаціаномъ, но слѣдуешь нашему совѣту и держишься одной мысли съ соепископомъ нашимъ Корнеліемъ. Ты писалъ даже, чтобы списокъ съ того письма я послалъ къ товарищу нашему Корнелію, и онъ, отложивъ всякое безпокойство, зналъ бы, что ты уже въ общеніи съ нимъ, то есть съ каѳолическою Церковію. Но вотъ на дняхъ получено другое письмо твое, присланное чрезъ сопре/с. 151/свитера Квинта, гдѣ я замѣтилъ, что духъ твой, встревоженный письмомъ Новаціана, начинаетъ колебаться. Тогда какъ предъ тѣмъ ты, казалось, твердо установилъ свое убѣжденіе и единомысліе съ нами, теперь въ этомъ письмѣ требуешь, чтобы я отписалъ тебѣ, — какую ересь ввелъ Новаціанъ, или по какой причинѣ Корнелій имѣетъ общеніе съ Трофимомъ и тѣми, кто воскурялъ идоламъ. Если впрочемъ ты такъ сильно заботишься объ этомъ просто изъ опасливости вѣры твоей, и въ этой опасливости доискиваешься истины въ предметѣ сомнительномъ; то эта опасливость теплой души, приводящая въ недоумѣніе ради страха Божія, еще неукоризненна. Но такъ какъ я вижу, что послѣ перваго твоего письма, ты встревоженъ потомъ письмомъ Новаціана, то это послѣднее обстоятельство, возлюбленнѣйшій братъ, я ставлю на первомъ мѣстѣ. Люди съ достоинствомъ, однажды ставъ твердою ногою на скалѣ (petram), не подвигаются не только отъ легкаго вѣтерка, но и отъ порывистаго и бурнаго вѣтра; только сомнѣвающійся и не рѣшительный духъ часто колеблется отъ разныхъ мнѣній, какъ отъ дуновенія пробѣгающихъ вѣтровъ, и уклоняется отъ своей цѣли въ укоръ своему легкомыслію. Чтобы письма Новаціана не произвели этого въ тебѣ или въ комъ либо другомъ, я кратко, какъ ты желалъ, возлюбленнѣйшій братъ, изложу тебѣ обстоятельства дѣла. И во первыхъ, такъ какъ ты по видимому приведенъ въ недоумѣніе и моимъ образомъ дѣйствій, то я долженъ очистить предъ тобою и себя и свое дѣло, чтобы кто либо не подумалъ, что я легкомысленно отступилъ отъ своего убѣжденія, и /с. 152/ тогда какъ сперва и прежде всего защищалъ евангельскую строгость, потомъ какъ будто отступилъ отъ прежняго образа дѣйствій и сужденій и счелъ нужнымъ оказать послабленіе въ дарованіи мира тѣмъ, которые запятнали свою совѣсть записями [1] или принесли нечестивыя жертвы. То и другое сдѣлано мною не безъ долгаго обсужденія и оцѣнки дѣла. Когда оружіе было еще въ рукахъ, и среди гоненія кипѣла славная брань, — силы воиновъ Христовыхъ надлежело возбуждать все цѣлымъ ободреніемъ и съ полнымъ напряженіемъ, а особенно нашимъ голосомъ, какъ нѣкою трубою, крѣпко одушевлять умы падшихъ, чтобы они не только вступили на путь покаянія съ мольбами и рыданіями, но, въ виду предстоявшихъ еще случаевъ къ возобновленію борьбы и возвращенію спасенія, возбудились нашими упреками, къ желанію исповѣдничества и славѣ мученичества. Потомъ, когда пресвитеры и діаконы писали ко мнѣ, что нѣкоторые изъ падшихъ нетерпѣливы и домогаются поспѣшнаго принятія ихъ въ общеніе; то въ отвѣтномъ, и теперь имѣющемся у меня, письмѣ, я присовокупилъ: «если они слишкомъ нетерпѣливы, то требуемое ими въ ихъ власти: самое время съ избыткомъ даетъ имъ болѣе, нежели сколько они требуютъ. Брань еще продолжается, и борцы ежедневно подвизаются на поприщѣ. Если кто истинно и твердо раскаевается въ своемъ проступкѣ, если въ комъ теплота вѣры превозмогаетъ, то не желающій ждать можетъ искать вѣнца» [2]. Впрочемъ разсужденіе о томъ, /с. 153/ что надлежало бы постановить касательно дѣла падшихъ, я отложилъ на далѣе, съ тѣмъ, чтобы по наступленіи спокойствія и тишины, когда, дастъ Богъ, соберутся вмѣстѣ епископы, опредѣлить, чему быть должно, общимъ совѣтомъ и согласіемъ въ собраніи всѣхъ; а если бы кто прежде совѣщанія нашего и постановленія, по общему совѣту, приговора захотѣлъ имѣть общеніе съ падшими, то таковый самъ да отлучится отъ общенія. Объ этомъ я со всею полнотою писалъ и въ Римъ къ клиру, остававшемуся тогда безъ епископа, и къ исповѣднику Максиму пресвитеру и прочимъ бывшимъ подъ стражею, а теперь соединеннымъ съ Корнеліемъ въ Церкви. Что я такъ писалъ, это ты можешь узнать изъ отвѣтныхъ писемъ ихъ. Въ письмѣ своемъ они такъ выразились: «въ столь важномъ дѣлѣ мы согласны съ тѣмъ, что и ты утверждалъ, именно, что прежде нужно дождаться мира Церкви, а потомъ уже, составивъ общій совѣтъ съ епископами, пресвитерами, діаконами, исповѣдниками и твердыми въ вѣрѣ мірянами, разсудить о дѣлѣ падшихъ» [3]. Въ этомъ письмѣ, которое писалъ тогда /с. 154/ Новаціанъ и написанное прочитывалъ въ слухъ и подъ которымъ подписался пресвитеръ Моѵсей, тогда исповѣдникъ, а теперь и мученикъ, прибавлено также, что надлежитъ давать миръ тѣмъ падшимъ, которые слабы и близки къ кончинѣ. Это письмо разослано повсюду /с. 155/ и сообщено къ свѣдѣнію всѣмъ церквамъ и всѣмъ братьямъ. Итакъ сообразно тому, какъ предположено было прежде, — теперь по укрощеніи гоненія, когда открылась возможность собраться вмѣстѣ, собрались въ большомъ числѣ мы епископы, которые по своей /с. 156/ вѣрѣ охраняемые Божіимъ покровомъ остались цѣлы и невредимы, и, разсудивъ обоесторонне по божественнымъ писаніямъ, мы согласили свое рѣшеніе съ снисходительностію, постановивши, съ одной стороны, что не надобно совершенно отнимать у падшихъ надежды /с. 157/ общенія и мира, дабы они не впали въ отчаяніе и, не бывъ допущены въ Церковь, не стали жить, сообразуясь вѣку, по-язычески; съ другой стороны не ослаблять для нихъ суда церковнаго до того, чтобы они безраз/с. 158/судно приступали къ общенію, напротивъ внушить имъ, что они должны долго приносить покаяніе и сокрушенно просить отеческой милости и что надобно изслѣдовать вины, побужденія и обстоятельства каждаго изъ нихъ. Все это содержится въ свиткѣ (который, думаю, дошелъ къ тебѣ), гдѣ по главамъ прописаны всѣ рѣшенія. И если бы число африканскихъ епископовъ показалось тебѣ недостаточнымъ; то знай, что мы писали объ этомъ дѣлѣ и въ Римъ, къ товарищу нашему Корнелію, который также, державъ совѣтъ /с. 159/ съ многими соепископами, принялъ такое же, какъ и мы, рѣшеніе, основанное на такой же строгости и спасительной умѣренности. Объ этомъ-то необходимо было написать тебѣ теперь, чтобы ты зналъ, что я ничего не дѣлалъ легкомысленно, но согласно, тому, что было изложено мною въ письмѣ моемъ, все отложилъ до общаго рѣшенія нашего совѣта и даже ни съ кѣмъ изъ падшихъ не имѣлъ общенія прежде, когда еще была для падшаго возможность получить не только прощеніе, но и вѣнецъ, потомъ однакожъ, когда того требовали и согласіе собора и польза братскаго единенія и врачеванія язвы, я подчинился обстоятельствамъ времени и почелъ необходимымъ споспѣшествовать спасенію многихъ. Теперь же я не отступаю отъ того, что однажды постановлено на нашемъ соборѣ по общему совѣту, хотя многіе и много болтаютъ, разнося повсюду на священниковъ Божіихъ клеветы, вышедшія изъ дьявольскихъ устъ къ расторженію согласія каѳолическаго единства. Но ты, какъ добрый братъ и единомысленный сосвященникъ, долженъ не хвататься поспѣшно за то, что говорятъ люди злые и отступники, /с. 160/ а судить о дѣйствіяхъ скромныхъ твоихъ товарищей и достопочтенныхъ мужей по изслѣдованію жизни и благочинія нашего. Теперь, возлюбленнѣйшій братъ, обращаюсь къ лицу Корнелія, товарища нашего, съ тѣмъ, чтобы ты вмѣстѣ съ нами лучше узналъ Корнелія, узналъ не по лживымъ рѣчамъ людей злыхъ и злословящихъ, но по суду Господа Бога, который сдѣлалъ его епископомъ, и по свидѣтельству соепископовъ, которыхъ весь сонмъ по всему свѣту пребываетъ въ единодушномъ согласіи. Ибо въ возлюбленнѣйшемъ нашемъ Корнеліѣ у Бога и Христа, у Церкви Его и у всѣхъ сосвященниковъ особенную похвалу заслуживаетъ то, что не вдругъ достигъ онъ епископства; но прошедши всѣ церковныя должности и много послуживши Господу въ дѣлахъ церковнаго правленія, достигъ высочайшаго священническаго сана по всѣмъ богослужебнымъ ступенямъ. Притомъ, самъ онъ не требовалъ, не желалъ епископства, не захватывалъ его, какъ другіе, движимые собственнымъ высокомѣріемъ и гордостію; иначе: тихій и скромный, таковъ, какими всегда бываютъ избираемые на это мѣсто свыше, онъ по стыдливости дѣвственнаго воздержанія своего, по смиренію врожденной и соблюденной скромности, не употребилъ, какъ нѣкто, насилія для того, чтобъ быть епископомъ, но самъ испыталъ насиліе, бывъ принужденъ принять епископство. И онъ поставленъ во епископа многими нашими товарищами, которые были тогда въ Римѣ и прислали намъ письма о его поставленіи съ почтительными о немъ и похвальными отзывами и съ прославленіемъ его. Такимъ образомъ Корнелій сдѣланъ епи/с. 161/скопомъ по опредѣленію Бога и Христа, по свидѣтельству всего почти клира, по избранію бывшаго при этомъ народа, по согласію маститыхъ священниковъ и добрыхъ мужей, — сдѣланъ тогда, когда предъ нимъ не былъ сдѣланъ никто другой, когда мѣсто Фабіана, то есть, мѣсто Петра и степень святительской каѳедры оставались праздны. Съ занятіемъ этого мѣста по волѣ Божіей и по согласному общему утвержденію нашему, кто бы ни захотѣлъ уже быть тамъ теперь епископомъ, необходимо долженъ быть внѣ Церкви: нѣтъ церковнаго посвященія тому, кто не держитъ единенія съ Церковію. Кто бы онъ ни былъ, какъ бы много ни говорилъ про себя, какъ бы много ни приписывалъ себѣ, — онъ невѣжа, онъ чужой, онъ внѣ Церкви. И если послѣ перваго нѣтъ никакой надобности во второмъ, то тотъ, кто сдѣлалъ себя послѣ одного, который долженъ быть и единственнымъ, есть уже и не второй, а никакой. Далѣе, принявъ епископство не искательствомъ, не хищеніемъ, но по волѣ Бога, который совершаетъ священниковъ, какую явилъ онъ доблесть на принятомъ епископствѣ, какую крѣпость духа и твердость вѣры! Онъ (и это въ простотѣ сердца мы должны совершенно понять и похвалить) безстрашно сѣлъ въ Римѣ на святительской каѳедрѣ въ ту пору, когда враждебный священникамъ Божіимъ тиранъ, угрожая высказанными и несказанными бѣдствіями, терпѣливѣе и спокойнѣе могъ слышать о возстаніи на него какого либо совмѣстника вождя [4], чѣмъ о поставленіи въ Римѣ /с. 162/ священника Божія. Не должно ли, любезнѣйшій братъ, громко возвѣщать и прославлять доблесть и вѣру, не должно ли поставить въ ряду славныхъ исповѣдниковъ и мучениковъ того, кто столько времени сидитъ ва каѳедрѣ, ожидая для своего тѣла убійцъ и палачей неистоваго тирана, которые, Корнелія, противящагося смертоноснымъ эдиктамъ и силою вѣры попирающаго угрозы, мученія и истязанія, готовы умертвить мечемъ, распять на крестѣ, сжечь на огнѣ или другимъ какимъ либо неслыханнымъ родомъ казни растерзать его внутренности и члены? И хотя Господь промыслитель своею силою и благостію охранялъ и на священствѣ того, кого благоволилъ сдѣлатъ священникомъ, тѣмъ не менѣе Корнелій, по своей преданности Богу и благочестію, пострадалъ столько, сколько могъ, и тиранна, побѣжденнаго потомъ оружіемъ и войною, побѣдилъ прежде — своимъ священствомъ. Не удивляйся же, что объ немъ говорятъ безчестно и злобно: ты знаешь, что это всегдашнее дѣло діавола — уязвлять клеветою рабовъ Божіихъ и лживыми толками безчестить славное имя, чтобы тѣхъ, кои чисты въ своей совѣсти, запятнать хотя чуждыми слухами. Знай, что наши товарищи развѣдывали и за подлинно увѣрились, что онъ не запятналъ себя никакою позорною записью (libellum), какъ разглашаютъ нѣкоторые, и что не имѣлъ святотатственнаго общенія съ епископами, приносившими жертвы (идоламъ), а только тѣхъ, которыхъ дѣло было /с. 163/ выслушано и невинность доказана, онъ соединялъ съ нами. Ты желалъ, чтобы я написалъ тебѣ и о Трофимѣ: дѣло его не таково, какъ передала тебѣ лживая молва злыхъ людей. Любезнѣйшій братъ нашъ, какъ это часто дѣлали и наши предшественники, для удержанія нашихъ братьевъ уступилъ необходимости. Такъ какъ съ Трофимомъ отпала значительная часть народа; то теперь, когда Трофимъ возвращается въ Церковь, даетъ удовлетвореніе за вину, съ молебнымъ покаяніемъ исповѣдуетъ прежнее заблужденіе и съ полнымъ смиреніемъ и оправданіемъ возстановляетъ братство, недавно отторгнутое, — мольбы его услышаны; онъ принятъ въ Церковь Господа и не столько самъ онъ, сколько огромное число братьевъ, бывшихъ съ Трофимомъ, которые всѣ не иначе хотѣли возвратиться въ Церковь, какъ въ сопровожденіи Трофима. Итакъ, по разсужденіи тамъ со многими товарищами, принятъ Трофимъ, котораго оправдывало возвращеніе братій и возстановленное спасеніе многихъ. Впрочемъ онъ принятъ въ общеніе какъ мірянинъ, а не такъ, какъ передано тебѣ въ письмахъ злыхъ людей, то есть — будто онъ незаконно занимаетъ мѣсто священника. И то, что передали тебѣ о Корнеліѣ, будто онъ безъ разбора имѣетъ общеніе съ приносившими жертву, также умышленно распущено отступниками. Ибо не могутъ хвалить насъ тѣ, кои отошли отъ насъ, и мы не должны ожидать одобренія отъ тѣхъ, кои, не заслуживая нашего одобренія и враждуя съ Церковію, дерзко нападаютъ и на братьевъ, на которыхъ лежитъ долгъ — пещись о Церкви. Поэтому, любезнѣйшій братъ, и не слушай легкомысленно и не вѣрь тому, что /с. 164/ разносятъ они на счетъ Корнелія и насъ. Ибо тѣмъ, кто одержимъ немощами, въ случаѣ опасности оказывается помощь, какъ было постановлено; потомъ же, когда оказана помощь и находящимся въ опасности дарованъ миръ, мы не можемъ задушивать ихъ, или удавливать или насильственно своими руками доводить до смерти на томъ основаніи, что такъ какъ миръ дается умирающимъ, — то необходимо, чтобы умерли тѣ, кои получили миръ. Напротивъ, болѣе божественной любви и отеческаго милосердія обнаруживается въ томъ, что принимающіе залогъ жизни въ дарованномъ имъ мирѣ, блюдутся, по полученіи мира, для жизни. И потому, если по принятіи мира, имъ оставлена будетъ Богомъ жизнь; то никто не долженъ осуждать этого въ священникахъ, такъ какъ однажды уже постановлено было оказывать помощь братьямъ въ случаѣ опасности. Не думай также, любезнѣйшій братъ, что откупившихся чрезъ записку (либеллятиковъ) должно ставить наравнѣ съ приносившими жертву, какъ нѣкоторымъ кажется; нѣтъ, и между жертвоприносителями, часто есть различіе, судя по положенію и по винѣ. Ибо не должны быть считаемы наравнѣ: тотъ, кто не медля добровольно рѣшился на нечестивое жертвоприношеніе, и тотъ, кто, послѣ долгой борьбы и сраженія, необходимостію приведенъ былъ къ этому мерзкрму дѣлу; тотъ, кто предалъ себя и всѣхъ своихъ, и тотъ, кто, подвергаясь опасности за всѣхъ, исполненіемъ пагубнаго дѣла предохранилъ отъ такой же опасности жену, дѣтей и весь домъ; тотъ, кто побудилъ къ преступленію инородцевъ или своихъ друзей, и тотъ, кто, сберегъ /с. 165/ инородцевъ и поселенцевъ, принялъ подъ свой гостепріимный кровъ многихъ изгнанныхъ и странныхъ братьевъ и такимъ образомъ представилъ и принесъ Господу живыми и невредимыми многія души, да молятся объ одной — уязвленной. Итакъ если и между идоложертвовавшими есть большое различіе; то какъ немилосердо и жестоко присоединять къ приносившимъ жертвы откупившихся посредствомъ записокъ, когда тотъ, кто воспользовался запискою, говоритъ: «я прежде читалъ и изъ рѣчей епископа узналъ, что не должно приносить жертву идоламъ, и что рабъ Божій не долженъ покланяться истуканамъ, потому, чтобъ не сдѣлать непозволеннаго, я, когда представился случай имѣть записку, которой я и не бралъ бы безъ такого случая, пошелъ къ начальству объявить или объявилъ чрезъ другаго, шедшаго туда, что я христіанинъ, что мнѣ непозволительно приносить жертву, и нельзя приступить къ жертвенникамъ діавольскимъ и что я даю зато плату, чтобы мнѣ не дѣлать непозволительнаго». И тотъ же, запятнавшій себя запискою, послѣ того, какъ изъ нашего наставленія узналъ, что и этого не слѣдовало дѣлать, что онъ осквернилъ свою совѣсть, хотя руки его чисты и уста его неосквернены никакою заразою идоложертвенной яствы, — тотъ же самый еще плачетъ теперь и рыдаетъ, убѣждается въ своемъ грѣхѣ, и какъ увлеченный не столько преступленіемъ, сколько ошибкой, увѣряетъ, что онъ уже достаточно наученъ и приготовленъ къ тому, какъ поступать впослѣдствіи. Если мы отвергнемъ покаяніе такихъ людей, имѣюшихъ нѣкоторую надежду на снисхожденіе къ ихъ совѣсти, /с. 166/ то они немедля, съ женою, съ дѣтьми, которыхъ сохранили невредимыми, увлекутся, по внушенію діавола, въ ересь или расколъ: и намъ вмѣнено будетъ въ день судный, что мы и не уврачевали уязвленной овцы, и ради одной уязвленной погубили многихъ цѣлыхъ; что, тогда какъ Господь, оставивъ девяносто девять здоровыхъ, искалъ одной заблудшей и больной и, нашедши, Самъ понесъ на раменахъ Своихъ, мы не только не ищемъ падшихъ, но и прогоняемъ возвращающихся, и въ ту пору, когда лжепророки не перестаютъ опустошать и терзать стадо Христово, мы, своею жестокостію и безчеловѣчіемъ, даемъ возможность псамъ и волкамъ губить тѣхъ, кого не погубило вражеское гоненіе. И къ чему же послужитъ, любезнѣйшій братъ, сказанное Апостоломъ: и азъ во всемъ всѣмъ угождаю, не искій своея пользы, но многихъ, да спасутся. Подражатели мнѣ бывайте, якоже и азъ Христу (1 Кор. 10, 33; 11, 1)? И еще: быхъ немощнымъ, яко немощенъ, да немощныя пріобрящу (1 Кор. 9, 22)? И еще: аще страждетъ единъ удъ, съ нимъ страждутъ вси уди; аще ли же славится единъ удъ, съ нимъ радуются вси уди (1 Кор. 12, 26)? Иначе разсуждаютъ философы и стоики, любезнѣйшій братъ: они говорятъ, что всѣ грѣхи равны, и что человѣкъ основательный не долженъ легко поддаваться имъ. Но между христіанами и философами большая разница. Апостолъ говоритъ: блюдитеся, да никтоже васъ будетъ прельщая философіею и тщетною лестію (Колосс. 2, 8); почему мы должны избѣгать того, что происходитъ не отъ милосердія Божія, а изъ надменности суровой философіи. О Моѵсеѣ въ Писаніи /с. 167/ сказано: человѣкъ Моѵсей кротокъ зѣло (Числ. 12, 3). И Господь въ Евангеліи сказалъ: будите милосерди, якоже Отецъ вашъ милосердъ есть (Лук. 6, 36). И опять: не требуютъ здравіи врача, но болящіи (Матѳ. 9, 12). Какъ можетъ совершать врачеваніе тотъ, кто говоритъ: я лечу однихъ здоровыхъ, которымъ врачъ не нуженъ. Помощь, лекарства мы должны давать раненымъ. Будемъ считать не мертвыми, а скорѣе полуживыми тѣхъ, которыхъ видимъ уязвленными бѣдственнымъ гоненіемъ: если бы они были вовсе мертвы, то никогда изъ нихъ потомъ не было бы ни исповѣдниковъ, ни мучениковъ. Но у нихъ остается нѣчто такое, что, при содѣйствіи покаянія, возстановляется для вѣры, чрезъ покаяніе облекается силою для добродѣтели, и что не можетъ облечься этою силою въ томъ, кто изнемогаетъ отъ отчаянія и, бывъ сурово и жестоко отлученъ отъ Церкви, обратится на языческіе пути и къ мірскимъ дѣламъ, или же, отверженный отъ Церкви, перейдетъ къ еретикамъ и раскольникамъ: тамъ хотя бы послѣ и былъ умерщвленъ ради имени Христова, онъ, какъ поставленный внѣ Церкви и отдѣленный отъ единенія и любви, не можетъ и чрезъ смерть получить вѣнца. Потому то, любезнѣйшій братъ, и постановлено было, по изслѣдованіи вины каждаго, допускать пока въ общеніе откупившихся посредствомъ записокъ, а приносившимъ жертвы оказывать помощь при кончинѣ, такъ какъ во адѣ нѣтъ исповѣданія, и мы никого не можемъ побудить къ покаянію, если отнятъ плодъ покаянія. Если брань наступитъ прежде кончины, то укрѣпленный нами найдется вооружен/с. 168/нымъ на брань; если же немощь одолѣетъ прежде брани, то онъ отойдетъ изъ сей жизни съ утѣшеніемъ мира и общенія. И мы тѣмъ не предваряемъ Господа, имѣющаго судить: если Онъ найдетъ покаяніе грѣшника полнымъ и правдивымъ, то утвердитъ тогда то, что поставлено нами здѣсь. Если же кто обманетъ насъ притворнымъ покаяніемъ, то Богъ, Который поругаемъ не бываетъ (Гал. 6, 7) и прозираетъ въ сердце человѣческое, будетъ судить о томъ, чего мы не досмотрѣли и, какъ Господь, исправитъ приговоръ своихъ рабовъ. Между тѣмъ, любезнѣйшій братъ, мы должны помнить, что написано: братъ отъ брата помогаемъ, яко градъ твердъ и высокъ (Притч. Сол. 18, 19). И Апостолъ, заповѣдуя охранять себя отъ искушенія, говоритъ: другъ друга тяготы носите, и тако исполните законъ Христовъ (Гал. 6, 1. 2). Также обличая гордыхъ и поражая высокомѣріе, онъ, въ посланіи своемъ. замѣчаетъ: мняйся стояти, да блюдется, да не падетъ (1 Кор. 10, 12). И въ другомъ мѣстѣ говоритъ: ты кто еси, судяй чуждему рабу? своему Господеви стоитъ или падаетъ. Станетъ же: силенъ бо есть Богъ поставити его (Римл. 14, 4). Также Іоаннъ представляетъ Іисуса Христа Господа нашего ходатаемъ и предстоятелемъ о грѣхахъ нашихъ, говоря: чадца моя, сіе пишу вамъ, да не согрѣшаете: и аще кто согрѣшитъ, ходатая имамы ко Отцу, Іисуса Христа праведника, и Той очищеніе есть о грѣсѣхъ нашихъ (1 Іоан. 2, 1. 2). И апостолъ Павелъ въ своемъ посланіи сказалъ: еще грѣшникомъ сущимъ намъ, Христосъ за ны умре; много убо паче, оправдани бывше нынѣ кровію Его, спасемся Имъ /с. 169/ отъ гнѣва (Римл. 5, 8. 9). Помышляя о Его кротости и милосердіи, мы не должны быть очень жестоки, упорны и безчеловѣчны по отношенію къ тѣмъ братьямъ, которые требуютъ помощи, но должны скорбѣть съ скорбящими, плакать съ плачущими и возстановлять ихъ, сколько можемъ, пособіями и утѣшеніемъ нашей любви, и не быть ни столько суровыми и неумолимыми, чтобъ отвергнуть ихъ покаяніе, ни столько податливыми и слабыми, чтобъ безразсудно облегчать имъ общеніе. Вотъ лежитъ уязвленный братъ, израненный врагомъ на брани; съ одной стороны діаволъ старается убить уязвленнаго имъ, съ другой Христосъ увѣщеваетъ, чтобы не всецѣло погибъ тотъ, кого Онъ откупилъ. Съ кѣмъ изъ двухъ сойдемся, на чьей сторонѣ станемъ? Ужели будемъ содѣйствовать діаволу убить и, подобно евангельскому священнику и левиту, пройдемъ мимо полуживаго, лежащаго брата? Или какъ священники Бога и Христа, подражая тому, чему Христосъ училъ и что дѣлалъ, исхитимъ уязвленнаго изъ пастей вражескихъ, чтобы, изцѣливъ, сохранить его для судіи Бога? И не думай, любезнѣйшій братъ, чтобы или умалилась добродѣтель братьевъ, или уничтожилось мученичество отъ того, что падшимъ позволяется каяться, а кающимся дана надежда на миръ. Непоколебимою остается сила истинно вѣрующихъ, твердо и крѣпко держится непорочность боящихся Бога и любящихъ Его всѣмъ сердцемъ. Да и прелюбодѣямъ мы даемъ время на покаяніе и даруемъ миръ; и однакожъ дѣвство чрезъ это не упадаетъ въ Церкви, достославный обѣтъ воздержанія не слабѣетъ отъ чужихъ грѣховъ. Процвѣ/с. 170/таетъ Церковь, увѣнчанная столькими дѣвами, чистота и цѣломудріе постоянно стоятъ въ ней на той же степени своей славы, и сила воздержанія не сокрушается тѣмъ, что прелюбодѣю дается покаяніе и прощеніе. Иное дѣло ждать прощенія, иное достигать славы; иное дѣло, — бывъ посажену въ темницу, не исходить оттуда, пока не отдашь до послѣдней полушки (Матѳ. 5, 26), иное — тотчасъ получать награду вѣры и добродѣтели; иное, — бывъ мучену за грѣхи долгою скорбію, очищаться отъ нихъ въ продолженіе долгаго времени, иное дѣло всѣ грѣхи загладить страданіемъ; иное наконецъ ждать приговора Господня въ день судный, иное — тотчасъ вѣнчаться отъ Господа. Между предшественниками нашими нѣкоторые епископы здѣшней области не считали позволительнымъ давать миръ прелюбодѣямъ и вовсе не допускали покаянія за прелюбодѣянія; и однако они не отступили отъ сообщества соепископовъ своихъ, и не разрывали каѳолическаго единства упорствомъ въ своей жестокости и строгости: и изъ-за того, что другіе давали миръ прелюбодѣямъ, не отдѣлялся отъ Церкви тотъ, кто не давалъ его. Когда держится связь согласія, и хранится нераздѣльнымъ таинство каѳолической Церкви, то каждый епископъ дѣйствуетъ по своему усмотрѣнію, имѣя отдать Господу отчетъ въ своихъ дѣйствіяхъ. Я удивляюсь, что нѣкоторые такъ упорны, что считаютъ не позволительнымъ допускать къ покаянію падшихъ и давать прощеніе кающимся, между тѣмъ какъ написано: помяни убо, откуду спалъ еси, и покайся, и первая дѣла сотвори (Апок. 2, 5). И это говорится тому, о /с. 171/ комъ извѣстно, что онъ палъ, и кого Господь увѣщеваетъ опять встать посредствомъ дѣлъ, ибо писано: милостыня отъ смерти избавляетъ (Тов. 4, 10), и конечно не отъ той смерти, которую однажды навсегда погасила кровь Христова и отъ которой мы благодатію Искупителя нашего освобождены въ спасительномъ крещеніи, но отъ той, которая распространяется послѣ чрезъ грѣхи. Въ другомъ мѣстѣ также дается время на покаяніе и Господь грозитъ тому, кто не кается: имамъ, говоритъ, на тя мало, яко оставляеши женѣ Іезавели, глаголющей себе быти пророчицу, учити и льстити Моя рабы, любодѣйствовати, и снѣсти жертву идольскую. И дахъ ей время, да покается отъ любодѣйства своего, и непокаяся. Се Азъ полагаю ю на одрѣ, и любодѣющія съ нею въ скорбь велю, аще не покаются отъ дѣлъ своихъ (Апок. 2, 20-22). Господь не увѣщевалъ бы къ покаянію иначе, какъ только потому, что обѣщаетъ помилованіе кающимся. И въ евангеліи Онъ сказалъ: глаголю вамъ, яко тако радость будетъ на небеси о единомъ грѣшницѣ кающемся, нежели о девятидесятихъ и девяти праведникъ, иже не требуютъ покаянія (Лук. 15, 7). Въ Писаніи сказано: Богъ смерти не сотвори, ни веселится о погибели живыхъ (прем. Сол. 1, 13); поэтому Тотъ, кто не хочетъ ничьей погибели, конечно желаетъ, чтобы грѣшники каялись и чрезъ покаяніе опять возвращались къ жизни. Потому-то и у пророка Іоиля Онъ такъ взываетъ и говоритъ: и нынѣ глаголетъ Господь Богъ вашъ: обратитеся ко Мнѣ всѣмъ сердцемъ вашимъ, въ постѣ и въ плачи и въ рыданіи, и расторгните сердца ваша, а не /с. 172/ ризы ваша, и обратитеся ко Господу Богу вашему: яко милостивъ и щедръ есть, долготерпѣливъ и многомилостивъ, и раскаяваяйся о злобахъ (гл. 2, 12-13). Въ псалмахъ читаемъ также о судѣ, равно и милосердіи Господа Бога, Который грозитъ, но вмѣстѣ и щадитъ, наказываетъ, чтобъ исправить, и исправивъ охраняетъ. Посѣщу, говоритъ, жезломъ беззаконія ихъ, и ранами неправды ихъ: милость же Мою не разорю отъ нихъ (Пс. 88, 33. 34). Также Господь, въ Своемъ евангеліи, изображая любовь Бога Отца, говоритъ: или кто есть отъ васъ человѣкъ, егоже аще вопроситъ сынъ его хлѣба, еда камень подастъ ему? Или аще рыбы проситъ, еда змію подастъ ему? Аще убо вы лукави суще, умѣете даянія блага даяти чадомъ вашимъ, кольми паче Отецъ вашъ небесный дастъ блага просящимъ у Него (Матѳ. 7, 9-11). Здѣсь Господь сравниваетъ любовь отца плотскаго съ вѣчною и безмѣрною любовію Бога Отца: если земный ничтожный отецъ, тяжко оскорбленный грѣшнымъ и злымъ сыномъ, увидѣвъ потомъ, что тотъ исправился и, оставивъ преступленія прежней жизни, чрезъ скорби покаянія обратился къ приличнымъ и добрымъ нравамъ и правиламъ непорочности, — если этотъ отецъ радуется тогда и веселится, отверженнаго прежде принимаетъ въ свои объятія съ чувствомъ отеческаго восторга; то единственный оный и истинный Отецъ, благій, милосердый и любвеобильный, Который Самъ есть благость, милосердіе и любовь, не гораздо ли болѣе радуется покаянію сыновъ Своихъ и не грозитъ уже карою кающимся, стенающимъ и плачущимъ, но скорѣе обѣщаетъ прощеніе и помило/с. 173/ваніе. Оттого Господь въ Евангеліи называетъ блаженными плачущихъ; потому-что плачущій призываетъ на себя милосердіе, тогда какъ упорный и гордый умножаетъ для себя гнѣвъ и наказаніе на будущемъ судѣ. Потому, любезнѣйшій братъ, мы положили: тѣхъ, которые не приносятъ покаянія и явными рыданіями не обнаруживаютъ полной сердечной скорби о своихъ преступленіяхъ, — вовсе лишать надежды общенія и мира, если они начнутъ просить объ этомъ въ болѣзни и опасности; такъ какъ къ такому прошенію побуждаетъ ихъ не раскаяніе въ преступленіи, но страхъ приближающейся смерти, — а тотъ недостоинъ получить разрѣшеніе предъ смертію, кто не помышлялъ прежде о необходимости умереть.

Ты желалъ, возлюбленнѣйшій братъ, чтобы я написалъ тебѣ и касательно Новаціана, какую ересь онъ ввелъ. Знай же, что прежде всего мы не должны любопытствовать, чему онъ учитъ, когда учитъ внѣ Церкви. Кто бы и какой бы онъ ни былъ, онъ не христіанинъ, какъ скоро онъ не въ Церкви Христа. Пусть онъ себѣ хвалится, пусть надменно прославляетъ свою философію и краснорѣчіе: но кто не сохранилъ ни братской любви, ни церковнаго единенія, тотъ потерялъ и то, чѣмъ былъ прежде. Неужели ты признаешь епископомъ того, кто, будучи лживъ и чуждъ Церкви, горделиво усиливается посредствомъ происковъ быть поставленнымъ во епископа подобными себѣ бѣглецами въ то время, когда въ Церкви есть епископъ, поставленный шестнадцатью соепископами? Церковь по всему міру одна, раздѣленная Христомъ на многіе члены, и епи/с. 174/скопство одно, развѣтвленное въ единодушномъ ликѣ многихъ епископовъ: а онъ усиливается создать Церковь независимо отъ божественнаго преданія, независимо отъ единства, соединяющаго и связующаго каѳолическую Церковь, и разсылаетъ по многимъ городамъ новыхъ апостоловъ своихъ, чтобы положить какія-то новыя основанія своего ученія и, тогда какъ по всѣмъ областямъ и городамъ уже прежде поставлены епископы — зрѣлыхъ лѣтъ, непорочной вѣры. испытанные бѣдствіями, изгнанные преслѣдованіемъ, онъ дерзаетъ ставить сверхъ ихъ еще другихъ лжеепископовъ! Какъ будто своимъ новымъ и упорнымъ замысломъ онъ можетъ покорить весь свѣтъ и, посѣвая раздоръ, раздрать составъ церковнаго тѣла, — не зная, что раскольники всегда горячи только въ началѣ, но не могутъ возращать и пріумножать то, что беззаконно начали, а тотчасъ ослабѣваютъ въ неправой ревности своей! Епископства же онъ не могъ бы удержать даже тогда, если бы прежній епископъ отпалъ отъ союза своихъ соепископовъ и единства Церкви. Апостолъ увѣщеваетъ насъ взаимно поддерживать другъ друга, чтобы не отступить отъ учрежденнаго Богомъ единства: терпяще, говоритъ онъ, другъ другу любовію: тщащеся блюсти единеніе духа въ союзѣ мира (Ефес. 4, 2-3). И потому, кто, не соблюдая ни единства духа, ни союза мира, отдѣляютъ себя отъ узъ Церкви и отъ общества священниковъ; тотъ, не признавая епископскаго единства и мира, не можетъ имѣть ни власти, ни чести епископа. Наконецъ какой порывъ гордости, какое забвеніе смиренія и кротости, какая угодливость сво/с. 175/ему высокомѣрію въ томъ, кто отваживается или думаетъ, что можетъ дѣлать то, чего не далъ Господь и апостоламъ, — кто думаетъ, что можетъ отдѣлять куколь отъ хлѣба и, какъ будто ему поручено изметать мякину и очищать гумно, усиливается отдѣлять плевелы отъ пшеницы; кто, имѣя въ виду слова Апостола: въ велицѣмъ дому не точію сосуди злати и сребряни суть, но и древяни и глиняни (2 Тим. 2, 20), — воображаетъ, что можетъ выбирать сосуды золотые и серебренные, а деревянные и глиняные презирать, отвергать, осуждать, между тѣмъ, какъ только въ день Господень сосуды деревянные сожжены будутъ пламенемъ божественнаго гнѣва, а глиняные, сокрушатся тѣмъ, кому данъ желѣзный жезлъ (Пс. 2, 9)! Впрочемъ если онъ ставитъ себя испытателемъ сердецъ и утробъ и судьею, то пусть судъ его будетъ равенъ во всемъ. И такъ какъ написано: се здравъ еси, ктому не согрѣшай, да не горше ти что будетъ (Іоан. 5, 14): то пусть онъ отлучаетъ отъ близости къ себѣ и отъ общенія обманщиковъ и прелюбодѣевъ. Ибо вина прелюбодѣя гораздо тяжелѣе и хуже вины откупившагося запискою отъ мученія (libellatici): этотъ согрѣшилъ по необходимости, тотъ по своей волѣ; этотъ поддался обману, считая достаточнымъ для себя то, что не принесъ жертвы, тотъ — похититель чужаго супружескаго ложа, погрязшій въ прелюбодѣйной тинѣ и публичной омерзительной пропасти, растлилъ гнуснымъ смѣшеніемъ освященное тѣло и храмъ Божій, какъ сказалъ Апостолъ: всякъ грѣхъ, егоже аще сотворитъ человѣкъ, кромѣ тѣла есть: а блудяй во свое тѣло со/с. 176/грѣшаетъ (1 Кор. 6, 18). Однакожъ и такимъ людямъ дается покаяніе, оставляется надежда на умилостивленіе и оправданіе, по слову самаго Апостола: боюся, еда како пришедъ, восплачуся многихъ прежде согрѣшшихъ, и не покаявшихся о нечистотѣ и о блуженіи (2 Кор. 12, 20. 21). И пусть повые еретики не льстятъ себѣ, говоря, что они не имѣютъ общенія съ идолослужителями, тогда какъ у нихъ есть блудники и лихоимцы, которыхъ преступленіе есть то же идолослуженіе, по словамъ Апостола: сіе да вѣсте, яко всякъ блудникъ, или нечистъ, или лихоимецъ, иже есть идолослужитель, не имать достоянія въ царствіи Христа и Бога (Ефес. 5, 5). И опять: умертвите уды ваша, яже на земли, блудъ, нечистоту, страсть, похоть злую, и лихоиманіе, еже есть идолослуженіе: ихже ради грядетъ гнѣвъ Божій на сыны противленія (Колосс. 3, 5. 6). Въ самомъ дѣлѣ, если тѣла наши суть члены Христовы, и каждый изъ насъ есть храмъ Божій; то всякъ, кто блудодѣйствомъ безчеститъ храмъ Божій, безчеститъ Самаго Бога, и исполняя волю діавола при совершеніи грѣховъ, служитъ демонамъ и идоламъ. Злыя дѣла исходятъ не отъ Святаго Духа; а похоти, порожденныя враждебнымъ наважденіемъ и нечистымъ духомъ, побуждаютъ людей дѣлать противное Богу и служить діаволу. Такимъ образомъ, если грѣхъ одного, какъ они говорятъ, заражаетъ другаго и идолослуженіе погрѣшившаго, какъ сами утверждаютъ, переходить и на не погрѣшившаго; то, по собственнымъ своимъ словамъ, они не могутъ не быть виновными въ преступленіи идолослуженія, такъ какъ изъ апостольскаго /с. 177/ свидѣтельства извѣстно, что блудники и лихоимцы, съ которыми они имѣютъ общеніе, суть идолослужители. Намъ же, по нашей вѣрѣ и данному намъ образу божественаго ученія, представляется болѣе сообразнымъ съ истиною то, что всякъ самъ отвѣчаетъ за свой грѣхъ, и что одинъ не можетъ быть виновенъ за грѣхъ другаго, какъ Самъ Господь предваряетъ о томъ и говоритъ: правда праведнаго на немъ будетъ, и беззаконіе беззаконника на немъ будетъ (Іезек. 18, 20). Также: да не умираютъ отцы за сыны, и сынове да не умираютъ за отцы, но токмо кійждо за своя грѣхи да умретъ (4 Цар. 14, 6). Читая это и вѣруя такъ, мы думаемъ, что никого не должно лишать плода покаянія и надежды примиренія; ибо изъ божественнаго Писанія, изъ ученія Самаго Бога, виновника Писанія мы знаемъ, что грѣшники призываются къ принесенію покаянія, и что кающимся не отказывается въ прощеніи и помилованіи. О, какая насмѣшка надъ обманываемымъ братствомъ, какое жалкое обольщеніе для несчастныхъ плачущихъ и отчаевающихся, какое безплодное и тщетное преданіе еретическаго ученія! Увѣщеваютъ каяться для удовлетворенія за грѣхи и отнимаютъ врачевство, соединенное съ удовлетвореніемъ; говорятъ братьямъ нашимъ: «плачь и проливай слезы, стенай денно и ночно, подвизайся много и часто для очищенія твоего преступленія, но ты все же умрешь внѣ Церкви и, что ни сдѣлаешь для мира съ нею, все же не получишь искомаго мира». Кто при этомъ не погибнетъ тотчасъ? Кто не изнеможетъ отъ самаго отчаянія? Кто вовсе не откажется отъ предположен/с. 178/наго сокрушенія? Ты думаешь, что земледѣлецъ станетъ работать, когда ты скажешь ему: «обработывай поле со всѣмъ искуствомъ сельскаго хозяина, прилежно заботься о воздѣланіи, но ты не пожнешь никакой жатвы, вовсе не соберешь винограда, не воспользуешься плодами съ масличнаго сада твоего, вовсе не сорвешь яблокъ съ деревъ!» Или, если совѣтуя кому либо пріобрѣсть корабли и промышлять ими, скажешь: «достань, братъ, матеріалу изъ превосходныхъ лѣсовъ, сложи дно своего корабля изъ крѣпкаго и отборнаго дуба, снабди его рулемъ, веревками, парусами, чтобы корабль былъ совершенно устроенъ и вооруженъ; но когда сдѣлаешь все это, ты не увидишь плода отъ своихъ трудовъ и плаванія». Отнимать своею суровостію и жестокостію плодъ покаянія, уничтожать самое покаяніе тогда, какъ Господь Богъ во всемъ Писаніи ободряетъ тѣхъ, кто обращается къ Нему и кается, — это значитъ загораживать и пресѣкать путь къ сокрушенію и покаянію. Итакъ, если не должно никому возбранять приносить покаяніе, если священники Божіи могутъ давать миръ тѣмъ, которые умоляютъ и взываютъ о милосердіи Господа милосердаго и благаго; то стенаніе плачущихъ должно быть принимаемо и скорбящимъ не должно быть отказываемо въ плодѣ покаянія. А такъ какъ въ адѣ нѣтъ покаянія и не можетъ тамъ быть исповѣданія; то тѣ, которые каются и умоляютъ отъ всего сердца, должны быть принимаемы внутрь Церкви и въ ней сохранены для Господа, Который, когда прійдетъ къ Своей Церкви, будетъ всячески судить тѣхъ, кого обрѣтетъ внутри ея. Отступники же /с. 179/ и бѣглецы, или противники и враги, разсыпающіе Церковь Христову, если бы даже потерпѣли смерть внѣ ея за имя Христово, не могутъ быть, по Апостолу, допущены къ миру съ Церковію, такъ какъ они не удержали единства ни духа, ни Церкви.

Вотъ что пока, любезнѣйшій братъ, я, сколько могъ, вкороткѣ передалъ тебѣ, передалъ не многое изъ многаго, чѣмъ хотѣлъ бы и удовлетворить твоему желанію и тебя болѣе и болѣе привязать къ составу нашего товарищества и нашего тѣла. Если тебѣ представится случай и возможность притти къ намъ; то мы могли бы съобща подробнѣе и полнѣе поговорить о многомъ, что содѣйствуетъ къ спасительному согласію. Желаю тебѣ, возлюбленнѣйшій братъ, всегда здравствовать.

Примѣчанія:
[1] Libellis.
[2] См. 13 Письмо, стран. 58.
[3] Полный текстъ письма, изъ котораго приведены здѣсь слова, слѣдующій:
     «Кипріану Папѣ, Римскіе пресвитеры и діаконы, желаютъ здоровья, хотя духъ вполнѣ сознающій себя, полагающійся на силу евангельскаго ученія и содѣлавшійся вѣрнымъ для себя свидѣтелемъ божественныхъ повелѣній, обыкновенно, довольствуясь однимъ судомъ Божіимъ, не нуждается въ постороннихъ похвалахъ и не боится обвиненій; однако сугубой похвалы достойны тѣ, которые и зная, что совѣсть подсудима одному Богу, желаютъ, чтобы дѣйствія ихъ были одобрены ихъ братьями. Неудивительно, братъ Кипріанъ, что ты поступаешь такъ, ты, который по своей скромности и врожденному искуству захотѣлъ найти въ насъ не столько судей своихъ предпріятій, сколько участниковъ, чтобы и намъ вмѣстѣ съ тобою обрѣсти похвалу въ дѣлахъ твоихъ, чрезъ одобреніе ихъ, и сдѣлаться причаст/с. 154/ными твоихъ благихъ совѣтовъ, подтвержденіемъ таковыхъ. Ибо всѣхъ насъ почтутъ дѣйствующими за одно въ томъ, въ чемъ замѣтятъ совершенное наше согласіе относительно постановленій и благочинія. А что наиболѣе прилично во время мира и необходимо при вражескихъ нападеніяхъ, какъ не сохранять надлежащую строгость божественнаго благочинія? Тотъ, кто ослабитъ ее, необходимо будетъ всегда блуждать при непостоянномъ теченіи обстоятельствъ, будетъ влаяться туда и сюда при разнообразномъ и невѣрномъ множествѣ трудностей, и, какъ бы выпустивъ изъ рукъ кормило совѣтовъ, разобьетъ спасительный корабль Церкви о скалы. И потому очевидно, что мы будемъ содѣйствовать спасенію Церкви только тогда, когда будемъ отражать противодѣйствующихъ ему, какъ противныя волны, сохраняя правила благочинія, какъ нѣкое спасительное кормило во время бури. Представленное соображеніе не теперь нами выдумано и эти средства противъ нечестивыхъ не нечаянно у насъ явились: издревле извѣстны наша твердость, наша вѣра и наши правила. Апостолъ не произнесъ бы объ насъ слѣдующей похвалы: яко вѣра ваша возвѣщается во всемъ мірѣ (Римл. 1, 8), если бы вѣра не была корнемъ нашей твердости еще съ тѣхъ временъ; явиться же недостойнымъ такой похвалы и славы величайшее преступленіе. Ибо меньше безчестія — никогда не быть всенародно похвалену, чѣмъ упасть съ высоты похвалы, меньше порока — не удостоиться добраго свидѣтельства, чѣмъ потерять славу добрыхъ отзывовъ; меньше значитъ не быть прославлену за добродѣтели и остаться въ неизвѣстности, безъ похвалы, нежели, содѣлавшись отступникомъ отъ вѣры, погубить собственную похвалу: то, что произносится въ похвалу кому либо, обращается въ величайшее для него безчестіе, если оно не будетъ постоянно и заботливо сохраняемо. Справедливость нашихъ словъ подтверждаетъ предъидущее письмо наше: тамъ во всей ясности мы изложили вамъ свое мнѣніе не только относительно показавшихъ себя невѣрными чрезъ непозволительное публичное призваніе нечестивыхъ откупныхъ записокъ, которымъ они думали избѣгнуть раскинутыхъ сѣтей діавола и которымъ, между тѣмъ, засвидѣтельствовали виновность свою столько же, какъ еслибы сами приступили къ нечестивымъ жертвенникамъ; такъ и относительно тѣхъ, которые, сами будучи въ отсутствіи, поручали другимъ взять /с. 155/ записки для себя, какъ бы присутствующихъ. Не непричастенъ злодѣянію, кто повелѣлъ совершить оное, равнымъ образомъ нечуждъ преступленія и тотъ, кому, съ его согласія, оно публично приписывается, хотя бы онъ и не совершилъ его. Такъ какъ въ исповѣданіи имени Христова заключается все таинство вѣры; то оно отвергнуто тѣмъ, кто въ извиненіе свое прибѣгаетъ къ хитрымъ обманамъ: — кто желалъ показать себя начальству исполнившимъ повелѣнія и законы, направленные противъ Евангелія, тотъ этимъ самымъ уже исполнилъ то, чему хотѣлъ дать видъ исполненія. Мы заявили также свою вѣру и свое мнѣніе и относительно тѣхъ, которые осквернили руки свои и уста непозволительными жертвами, осквернивши напередъ умы свои, послѣ чего естественно осквернились руки и уста.
     Не дай Богъ, чтобы римская церковь ослабила силу свою унизительною поблажкою и разрѣшила узы строгости попраннымъ величіемъ вѣры, чтобы, въ то время, когда еще продолжаются паденія совращенныхъ братьевъ, она предлагала вовсе безполезное врачевство въ слишкомъ поспѣшномъ общеніи, или по ложному милосердію прилагала новыя раны къ прежнимъ ранамъ преступленія, отнимая у бѣдныхъ покаяніе къ большему ихъ низверженію. Можетъ ли быть успѣшнымъ врачеваніе, если самъ врачъ, захвативши въ свои руки покаяніе, потворствуетъ опасностямъ, если онъ закрываетъ только раны, а не оставляетъ необходимыхъ по времени мазей для наведенія рубца? Это значитъ не лечить, но, если сказать правду, убивать.
     Отъ исповѣдниковъ, коихъ и здѣсь заключило въ темницу достоинство ихъ исповѣданія, а вѣра ихъ даровала уже имъ однажды въ достославномъ исповѣдничествѣ вѣнцы для брани за Евангеліе, и отъ нихъ также ты имѣешь письма, согласныя съ письмами нашими, въ которыхъ они высказали всю строгость евангельскаго благочинія и, для избавленія Церкви отъ позора, отвергли непозволенныя притязанія. Если бы они сего не сдѣлали; то не легко было бы возстановить ниспровергнутое евангельское благочиніе, тѣмъ болѣе, что никому столь неприлично сохранить неприкосновеннымъ образъ евангельскаго ученія, какъ тѣмъ, кои предали себя въ руки неистовыхъ мучителей на распятіе и терзанія за Евангеліе: они по справедливости лишились бы почести мученичества, если бы при мучениче/с. 156/ствѣ захотѣли быть измѣнниками Евангелія; ибо кто не хранитъ того, чѣмъ обладаетъ, посредствомъ сохраненія источника, изъ котораго исходитъ обладаніе, тотъ оскверненіемъ источника теряетъ и обладаемое. И тутъ-то мы должны принести тебѣ и приносимъ величайшую и полнѣйшую благодарность за то, что ты своими письмами освѣтилъ мракъ темницъ ихъ, посѣтилъ ихъ, какъ могъ, своимъ собесѣдованіемъ и своими письмами ободрилъ души ихъ, сильныя своею вѣрою и исповѣдничествомъ; что ты, достойно восхваливши ихъ подвиги, воспламенилъ въ нихъ болѣе сильное желаніе небесной славы; — колеблющихся поощрилъ, и наконецъ, какъ мы вѣримъ и желаемъ, — будущихъ побѣдителей воодушевилъ силою своего слова, такъ что хотя все это повидимому происходитъ отъ вѣры исповѣдниковъ и божескаго милосердія, однако, они своимъ мученичествомъ въ нѣкоторомъ отношеніи обязаны и тебѣ. Но опять возвратимъ нашу рѣчь къ тому дѣлу, отъ котораго она по видимому отклонилась; здѣсь прилагается списокъ съ письма, какое послали мы о томъ же въ Сицилію.
     Весьма нужно намъ разобрать это дѣло, тѣмъ болѣе, что послѣ смерти достославнѣйшаго мужа Фабіана, по причинѣ труднаго времени и обстоятельствъ, до сихъ поръ у насъ нѣтъ епископа, который все это привелъ бы въ порядокъ и могъ бы съ достоинствомъ и благоразуміемъ разсудить дѣло падшихъ. Впрочемъ въ столь важномъ дѣлѣ мы согласны съ тѣмъ, что и ты утверждалъ, именно, что прежде нужно дождаться мира Церкви, а потомъ уже, составивъ общій совѣтъ съ епископами, пресвитерами, діаконами, исповѣдниками и твердыми въ вѣрѣ мірянами, разсудить о дѣлѣ падшихъ. Ибо намъ представляется весьма ненавистнымъ и тяжкимъ, — что не многіе разсматриваютъ учиненное, по видимому, многими, и что одинъ произноситъ приговоръ, когда столь важное преступленіе учинено, какъ показываетъ дѣло, при участіи многихъ. Да и не можетъ быть твердымъ то опредѣленіе, о которомъ будетъ извѣстно, что не было на него согласія большинства. Посмотри, — весь почти міръ опустошенъ и всюду лежатъ останки и развалины низверженныхъ; и потому надобно желать столь же обширнаго совѣщанія, сколь далеко представляется распространеннымъ преступленіе. Лекарство не должно быть слабѣе раны, врачеванія должны соотвѣтствовать бѣдственному положенію: падшіе /с. 157/ оттого и пали, что по слѣпому безразсудству были слишкомъ неосторожны; почему тѣ, кои стараются привести все въ порядокъ, должны быть всячески осторожны въ совѣщаніяхъ, чтобы потомъ всѣ не признали чего либо не дѣйствительнымъ, когда оно будетъ сдѣлано не такъ, какъ должно. Потому и мы, избѣжавшіе до сихъ поръ невзгодъ настоящаго времени, и тѣ, кои подверглись этимъ бѣдствіямъ, будемъ единодушно, совокупными моленіями и слезами, умолять божественное величіе о дарованіи мира Церкви; взаимными молитвами будемъ другъ друга поддерживать, хранить и укрѣплять; помолимся за падшихъ, чтобы они востали; помолимся за пребывающихъ твердыми въ вѣрѣ, чтобы никогда не испытали пораженія; помолимся за тѣхъ, которые, по дошедшимъ извѣстіямъ, пали, чтобы они, познавши тяжесть своего преступленія, уразумѣли, что на минутнаго и не скороспѣшнаго надобно желать врачеванія. Помолимся, чтобы слѣдствіемъ снисхожденія къ падшимъ было со стороны ихъ раскаяніе; чтобы они, сознавши свою вину, явили потомъ предъ нами свое терпѣніе, не возмутили бы еще болѣе и безъ того колеблющееся доселѣ состояніе Церкви и сами не воспламенили бы внутренняго гоненія; и чтобы чрезъ то къ прежнимъ преступленіямъ не прибавили еще новаго, — преступленія безпокойныхъ. Ибо наиболѣе прилична стыдливость тѣмъ, кои въ своихъ преступленіяхъ осуждаются за безстыдство. Пусть они ударяютъ въ двери, но никакъ не разламывая ихъ; пусть приблизятся къ порогу церковному, но никакъ не переступая его; пусть присѣдятъ у вратъ небеснаго стана, но вооруженные смиреніемъ и тѣмъ сознавая, что они были бѣглецами. Да воспріимутъ снова трудъ молитвъ своихъ, и вострубятъ, только не къ битвѣ. Пусть вооружатъ себя стрѣлами скромности, и снова воспріимутъ щитъ вѣры, который оставили было изъ за боязни смерти, — только пусть теперь считаютъ себя вооруженными противъ врага діавола, а не противъ Церкви, которая оплакиваетъ ихъ паденія. Весьма много помогутъ имъ: смиренное прошеніе, скромное моленіе, потребное уничиженіе и нелѣностное терпѣніе. Пусть возвѣстятъ о своихъ болѣзняхъ слезами; ходатаями за нихъ да будутъ стенанія изъ глубины души, свидѣтельствующія о сокрушеніи и о томъ, что они стыдятся содѣяннаго преступленія. Впрочемъ, если устрашаетъ ихъ то безславіе, въ которое впали, если они смертельную рану своего сердца и своей совѣсти и глубокія впадины извилистой язвы изслѣдуютъ съ истинно лекарскимъ /с. 158/ искуствомъ; то да постыдятся и просить мира, если только не послужитъ снова къ большей опасности и стыду ихъ то, что они не просили пособія мира. Но все да будетъ благочестно, — требованіе сообразно съ обстоятельствами времени, — прошеніе смиренно, — молитва покорная; потому что тотъ, кого просятъ, самъ долженъ склониться на просьбу, а не быть къ тому вынужденнымъ. При этомъ надлежитъ обращать вниманіе какъ на милосердіе Божіе, такъ и на Его правосудіе. Въ Писаніи сказано: весь долгъ отпустихъ тебѣ, понеже умолилъ мя еси (Матѳ. 18, 35); но тамъ же написано также: иже отвержется Мене предъ человѣки, отвергуся его и Азъ предъ Отцемъ Моимъ и предъ ангелы Его (Матѳ. 10, 33). Богъ какъ милосердъ, такъ и строгъ и взыскателенъ по отношенію къ своимъ заповѣдямъ: призываетъ на брачную вечерю, но неимѣющаго брачнаго одѣянія извергаетъ вонъ изъ собранія святыхъ съ связанными руками и ногами (Матѳ. 22, 12). Онъ приготовилъ небо, но вмѣстѣ съ тѣмъ приготовилъ и адъ; приготовилъ райскія утѣхи, но приготовилъ также и вѣчныя мученія; приготовилъ незаходимый свѣтъ, но приготовилъ и непроницаемый вѣчный мракъ неисходной ночи. Долго изслѣдывая, — чего держаться намъ по отношенію къ падшимъ, мы, въ большомъ множествѣ, и притомъ съобща вмѣстѣ съ нѣкоторыми сосѣдними и ближайшими епископами, а равно и съ тѣми, коихъ забросила сюда изъ дальнихъ областей жестокость настоящаго преслѣдованія, постановили: ничего не предпринимать вновь прежде постановленія епископа, думая впрочемъ, что надобно соблюсти нѣкоторую умѣренность при попеченіи о падшихъ; именно, пока Богу угодно будетъ даровать намъ епископа, пріостановить дѣло тѣхъ, которые могутъ еще сносить отстрочку; чтоже касается тѣхъ, для которыхъ отлагательство невозможно по /с. 159/ причинѣ близкаго конца ихъ жизни, то, если они, по совершеніи покаянія и частомъ исповѣданіи гнусности своихъ поступковъ, слезами, вздохами и плачемъ показали признаки болѣзнующаго и истинно кающагося духа, и, судя по человѣчески, не останется никакой надежды на продолженіе ихъ жизни, — оказывать имъ послѣднюю помощь съ большою осмотрительностію и тщаніемъ. Предоставивъ вѣдѣнію Бога, какъ Онъ поступитъ съ ними, взвѣсивъ ихъ дѣла на судѣ своемъ, — мы тщательно заботимся о томъ, чтобы неблагонамѣренные люди не укорили насъ за поспѣшную снисходительность, а истинно кающіеся не обвинили за чрезмѣрную строгость. Желаемъ тебѣ, блаженнѣйшій и достославнѣйшій папа, всегда здравствовать о Господѣ и помнить о насъ».
[4] Разумѣется Декій, императоръ римскій. Извѣстно что престолъ римскій /с. 162/ большею частію насильственно перехватывали другъ у друга разные соперники, особенно римскіе полководцы.

Источникъ: Творенія св. Священномученика Кипріана, Епископа Карѳагенскаго. Часть I. — Кіевъ: Типографія Корчакъ-Новицкаго (бывшая Давиденко), 1879. — С. 150-179. [3-я паг.] (Библіотека твореній Св. Отцевъ и Учителей Церкви западныхъ, издаваемая при Кіевской Духовной Академіи, Кн. 1.)

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.