Церковный календарь
Новости


2018-05-24 / russportal
Cвт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Святыя Евѳимія и Ольга (1994)
2018-05-24 / russportal
Cвт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Преп. Серафимъ Саровскій (1994)
2018-05-24 / russportal
Прав. Іоаннъ Кронштадтскій. "Новыя грозныя слова". Слово 15 (37) (1908)
2018-05-24 / russportal
Прав. Іоаннъ Кронштадтскій. "Новыя грозныя слова". Слово 14 (36) (1908)
2018-05-23 / russportal
И. А. Родіоновъ. Повѣсть "Жертвы вечернія". Глава 50-я (1922)
2018-05-23 / russportal
И. А. Родіоновъ. Повѣсть "Жертвы вечернія". Глава 49-я (1922)
2018-05-23 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 6-я (1925)
2018-05-23 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 5-я (1925)
2018-05-23 / russportal
Cвт. Іоаннъ Шанхайскій. Разслабленный, самарянка и слѣпорожденный (1994)
2018-05-23 / russportal
Cвт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Святые Кириллъ и Меѳодій (1994)
2018-05-23 / russportal
Прав. Іоаннъ Кронштадтскій. "Моя жизнь во Христѣ". Часть 1-я (стр. 71-80) (1957)
2018-05-23 / russportal
Прав. Іоаннъ Кронштадтскій. "Моя жизнь во Христѣ". Часть 1-я (стр. 61-70) (1957)
2018-05-21 / russportal
И. А. Родіоновъ. Повѣсть "Жертвы вечернія". Глава 48-я (1922)
2018-05-21 / russportal
И. А. Родіоновъ. Повѣсть "Жертвы вечернія". Глава 47-я (1922)
2018-05-21 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 4-я (1925)
2018-05-21 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 3-я (1925)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - четвергъ, 24 мая 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 10.
Русскій Порталъ

Нашъ порталъ содержитъ тексты въ старой, или «царской» орѳографіи.

ПОРТАЛЪ ОСНОВАНЪ 1 СЕНТЯБРЯ 2005 г. (14 СЕНТЯБРЯ 2005 г. н. ст.) ВЪ ДЕНЬ ЦЕРКОВНАГО НОВОЛѢТІЯ.

О русскомъ правописаніи

Иван Александрович ИльинДивное орудіе создалъ себѣ русскій народъ, — орудіе мысли, орудіе душевнаго и духовнаго выраженія, орудіе устнаго и письменнаго общенія, орудіе литературы, поэзіи и театра, орудіе права и государственности, — нашъ чудесный, могучій и глубокомысленный русскій языкъ. Всякій иноземный языкъ будетъ имъ уловленъ и на немъ выраженъ; а его уловить и выразить не сможетъ ни одинъ. Онъ выразитъ точно — и легчайшее, и глубочайшее; и обыденную вещь, и религіозное пареніе; и безысходное уныніе, и беззавѣтное веселье; и лаконическій чеканъ, и зримую деталь, и неизреченную музыку; и ѣдкій юморъ, и нѣжную лирическую мечту...

А новое поколѣніе его не уберегло... Не только тѣмъ, что наполнило его неслыханно-уродливыми, «глухонѣмыми», безсмысленными словами, слѣпленными изъ обломковъ и обмылковъ революціонной пошлости, но еще особенно тѣмъ, что растерзало, изуродовало и снизило его письменное обличіе. И эту искажающую, смыслъ-убивающую, разрушительную для языка манеру писать — объявило «новымъ» «право-писаніемъ»... [Сіе-то] криво-писаніе погубило драгоцѣнную языковую работу цѣлыхъ поколѣній: оно сдѣлало все возможное, чтобы напустить въ русскій языкъ какъ можно больше безсмыслицы и недоразумѣній. И русскій народъ не можетъ и не долженъ мириться со вторженіемъ этого варварскаго упрощенія… (И. А. Ильинъ)

Анонсы обновленій

CВТ. ІОАННЪ, АРХІЕП. ШАНХАЙСКІЙ. СВЯТЫЯ ЕВѲИМІЯ И ОЛЬГА (1994)

Чудо святой Евфимии Всехвальной «Обычно слыша церковныя пѣснопѣнія, въ которыхъ прославляются угодники Божіи, воспоминаемые Церковью, мы слышимъ мужскія имена. Но вотъ сегодня празднуется память двухъ угодниковъ Божіихъ, вѣрнѣе, угодницъ — оба святыя имена прославляемыя сегодня суть женскія. Святая великомученица Евѳимія и святая блаженная княгиня Ольга — обѣ получили еще по одному наименованію: св. Евѳимія называется «всехвальною», а св. Ольга еще современниками была названа «мудрѣйшею изъ женъ». Святая Евѳимія была замучена во время гоненія христіанъ при Діоклетіанѣ, и ея смерть и страданія воспоминаются 16-го сентября. А сегодня память ея празднуется по случаю одного чуда, бывшаго во время IV-го Вселенскаго Собора. Четвертый Вселенскій Соборъ долженъ былъ рѣшить, кто правъ — тѣ ли, кто вѣруютъ, что Христосъ былъ Богъ и человѣкъ, Богочеловѣкъ, или тѣ, которые утверждаютъ, что во Христѣ Божество совершенно поглотило человѣчество, такъ что даже и страданія Его были только кажущіяся. Когда представители православныхъ, возглавляемые свв. Анатоліемъ Цареградскимъ и Ювеналіемъ Іерусалимскимъ, многими доводами изъ Священнаго Писанія и Преданія доказали, что Христосъ есть Богочеловѣкъ, то, желая получить еще особое Божіе Указаніе, гдѣ правильная вѣра, написали два исповѣданія вѣры — православное и монофизитское. Оба они были положены въ раку съ мощами св. Евѳиміи, находившимися въ томъ храмѣ...» (Санъ Францисско, 1994.) далѣе...


CВТ. ІОАННЪ, АРХІЕП. ШАНХАЙСКІЙ. ПРЕП. СЕРАФИМЪ САРОВСКІЙ (1994)

Преподобный Серафим Саровский «"Среди лѣта запоютъ Пасху" — сказано было нѣкогда въ Саровѣ. Прошло 70 лѣтъ послѣ смерти того, кѣмъ эти слова были произнесены, и 19 іюля 1903 года вся Русь огласилась хвалебными пѣснями, прославляющими Бога и Его угодника. Дѣйствительно, вся Русь ликовала тогда, какъ въ день Святой Пасхи, даже больше. Наступили потомъ страшные дни для Россіи, но не умерла и не ослабла память о преподобномъ Серафимѣ. Также притекаютъ къ нему русскіе люди, прославляютъ его и на терзаемой Родинѣ, и во всѣхъ концахъ міра, гдѣ они разсѣяны. Съ жизнью преподобнаго Серафима начинаютъ знакомиться и другіе народы; его жизнеописаніе переводится на разные языки, вызывая не только восхищеніе, но и стремленіе многихъ примѣнить въ своей жизни уроки, даваемые намъ жизнью преподобнаго Серафима. Такъ, несмотря на всѣ перемѣны, происходящія въ мірѣ, память преподобнаго Серафима не только не меркнетъ, но остается свѣтильникомъ, все ярче свѣтящимъ человѣчеству. Подобное было и въ дни его земной жизни. Рушились города, возстанавливались царства, съ 12 народами шелъ въ Россію, а потомъ съ позоромъ покинулъ ее Наполеонъ, горѣла и опять возстала изъ пепла Москва, устраивали возстаніе и были судимы декабристы, а преподобнаго Серафима какъ бы и не касались эти событія. Онъ весь былъ занятъ достиженіемъ "единаго на потребу", работалъ надъ "своимъ духовнымъ возрастаніемъ"... Но вотъ умираетъ инокъ Серафимъ. Казалось бы совсѣмъ теперь долженъ изгладиться...» (Санъ Францисско, 1994.) далѣе...


ПРАВ. ІОАННЪ КРОНШТАДТСКІЙ. «НОВЫЯ ГРОЗНЫЯ СЛОВА». СЛОВО 15 (37) (1908)

Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Разъяснимъ притчу, которую слышали сегодня изъ св. Евангелія: «Царство небесное подобно человѣку, посѣявшему доброе сѣмя на полѣ своемъ; когда же люди спали, пришелъ врагъ его и посѣялъ между пшенцею плевелы и ушелъ» (Мѳ. 13, 24-25). Кто разумѣется подъ добрымъ сѣменемъ? Разумѣются вѣрующіе, благочестивые люди, любящіе Бога и другъ друга, ревнующіе о добродѣтельной жизни. Поле, на которомъ посѣяно это сѣмя, есть міръ. Когда люди спали, пришелъ врагъ-діаволъ, насѣялъ въ умы людей плевелы, т. е. гордость, зависть, лукавство и всякіе другіе грѣхи, насѣялъ и ушелъ какъ ни въ чемъ не бывало. И вотъ, «когда взошла зелень, тогда явилисъ и плевелы» (26 ст.). Грѣхъ входитъ въ людей и обладаетъ ими по причинѣ невѣрія, лѣности, нерадѣнія, пристрастія къ сему вѣку — играмъ, увеселеніямъ, удовольствіямъ, къ дорогимъ одеждамъ, богатству и проч.; изъ-за нихъ человѣкъ не радитъ объ угожденіи Богу и о своемъ духовномъ воспитаніи, которое необходимо прежде всего. Ангелы, ненавидящіе грѣхъ, удивляясь господству зла въ мірѣ, говорятъ: «Господинъ! не доброе ли сѣмя сѣялъ ты на полѣ твоемъ? Откуда же на немъ плевелы? Онъ же сказалъ имъ: врагъ человѣкъ сдѣлалъ это. А рабы сказали ему: хочешъ ли, мы пойдемъ, выберемъ ихъ?» (27, 28 ст.). Господь сотворилъ всѣхъ людей по образу Своему и по подобію — добрыми, чистыми, праведными. А мы чѣмъ сдѣлались? Кто виноватъ, что въ насъ столь много плевелъ? Какъ уже сказано, это происходитъ...» (СПб., 1908.) далѣе...


ПРАВ. ІОАННЪ КРОНШТАДТСКІЙ. «НОВЫЯ ГРОЗНЫЯ СЛОВА». СЛОВО 14 (36) (1908)

Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Нисшедшій, Онъ же есть и восшедшій, превыше всѣхъ небесъ, дабы наполнить все (небо и землю) (Еф. 4, 10). — Приведенныя слова взяты мною, возлюбленные братія и сестры, изъ посланія св. апостола Павла къ жителямъ языческаго города Ефеса, обращеннымъ въ христіанскую вѣру. Онъ говоритъ, что Христосъ Богъ, нисшедшій по плоти на землю для нашего спасенія, по совершеніи Своего великаго дѣла, опять восшелъ на небо, или превыше всѣхъ небесъ, но восшелъ уже Богомъ во плоти, или Богомъ и вмѣстѣ Человѣкомъ въ двухъ естествахъ, но въ единомъ Лицѣ нераздѣльно, неразлучно, несліянно. Апостолъ показываетъ и причину, почему Господь не остался на землѣ, а восшелъ на небеса. Причина та, чтобы наполнить Собою все — небо и землю, быть Главою неба — всѣхъ ангеловъ, или силъ небесныхъ, начальствъ, властей, престоловъ, херувимовъ и серафимовъ и всякаго имени, именуемаго не только въ этомъ вѣкѣ, но и въ будущемъ (Ефес. 1, 21), и вмѣстѣ Главою Церкви земной, которую Онъ стяжалъ Своею Кровью, и которую соединилъ Себѣ, ставши Главою ея. Христосъ вознесся на небо, но и не оставилъ насъ, чадъ Своихъ, но пребываетъ всегда и будетъ пребывать съ нами до окончанія вѣка, — по Его слову. Онъ вознесся для того еще, чтобы вмѣсто Себя ниспослать на землю, или на Церковь Свою Духа Святаго, третье Лицо Пресвятой Троицы, собезначальное, соприсносущее, животворящее, равносильное, равнославное, всесвятое, всеблагое, всеправедное, всесильное...» (СПб., 1908.) далѣе...


И. А. РОДІОНОВЪ. ПОВѢСТЬ "ЖЕРТВЫ ВЕЧЕРНІЯ". ГЛАВА 50-Я (1922)

Знак Первопоходника «Юрочка отъ бездѣлія изнывалъ въ обозѣ и съ нетерпѣніемъ ждалъ того дня, когда у него окончательно затянется рана, чтобы поскорѣе вернуться въ строй, къ друзьямъ и зажить прежней тревожной и опасной боевой жизнью. На походѣ къ нему иногда случайно забѣгали нѣкоторые изъ партизанъ и отрывочно сообщали, что то того, то другого изъ соратниковъ уже нѣтъ въ ихъ рядахъ. Хотѣлось ему въ строй и потому, что здѣсь въ постоянной праздности его мучала тоска, тяжелыя воспоминанія и думы объ утраченномъ и разоренномъ родительскомъ домѣ, о безчеловѣчно убитомъ отцѣ, объ участи матери и сестренокъ. Въ арміи больше всего занималъ всѣхъ одинъ вопросъ: куда вожди ведутъ ихъ? Поговаривали о Ставропольской губерніи и Астраханскихъ степяхъ, но такая перспектива никому не улыбалась. Въ Ставропольщинѣ сплошь большевистское мужицкое населеніе, въ степяхъ — безлюдіе и голодъ. Прошелъ слухъ о возможности прорыва въ горный Баталпашинскій отдѣлъ, въ которомъ казаки ведутъ отчаянную борьбу съ красными. Кубанцамъ эта мысль нравилась, но всѣ сознавали, что пробиться въ такую даль едва ли мыслимо. Взоры и сердца большинства старыхъ добровольцевъ устремлялись къ сѣверу, къ свѣтлымъ берегамъ негостепріимно проводившаго ихъ Дона. Тамъ ближе къ сердцу Россіи и не такъ глухо, какъ на Кубани. Въ станицѣ Ильинской всѣхъ облетѣла робкая и радостная молва о томъ, что Донъ поднимается, что одиннадцать южныхъ станицъ Черкасскаго округа...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


И. А. РОДІОНОВЪ. ПОВѢСТЬ "ЖЕРТВЫ ВЕЧЕРНІЯ". ГЛАВА 49-Я (1922)

Иван Александрович Родионов «Въ Дядьковской станицѣ добровольцы пробыли дня два. Было тепло и даже жарко. Жгучее солнце и горячій степной вѣтеръ сушилъ зеленѣвшія поля; точно жирными сливками облѣпленныя цвѣтомъ, почти безъ листьевъ плодовыя деревья роняли лепестки въ такомъ изобиліи, что земля подъ ними оказывалась покрытой розовато-блѣднымъ, мягкимъ ковромъ. Положеніе арміи высшимъ командованіемъ признавалось отчаяннымъ. Чтобы сохранить кадры, по тайному плану штаба предстояло совершать огромные переходы, всячески избѣгая ввязываться въ большіе бои съ неисчислимыми полчищами красныхъ, которыя окружали армію со всѣхъ сторонъ, которыя родились на каждомъ шагу, точно всякій разъ разверзалась земля и изъ нѣдръ ея выходили все новыя и новыя банды. Высшее командованіе сознавало, что армія, потрясенная смертью вождя, понесшая чудовищныя потери, израсходовавшая наступательную энергію въ неудачной осадѣ Екатеринодара, малочисленная, переутомленная, извѣрившаяся, лишенная всего необходимаго, крайне нуждается въ отдыхѣ, въ пополненіяхъ и переформированіи. Но гдѣ найти спокойствіе и желанный отдыхъ? Куда идти? Кѣмъ и какъ пополнить порѣдѣвшіе ряды? Гдѣ взять вооруженіе, фуражъ, провизію, людей и лошадей? Всѣ эти вопросы во весь ростъ уже не одними только грозными призраками, а въ неумолимой дѣйствительности вставали передъ командованіемъ и требовали спѣшнаго, безотлагательнаго разрѣшенія...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ГЛАВА 6-Я (1925)

Император Николай II Александрович «Въ первое время жизни семьи въ Тобольскѣ власть надъ ней была въ рукахъ полковника Кобылинскаго. Потомъ пріѣхалъ комиссаръ Панкратовъ съ помощникомъ своимъ Никольскимъ. Вслѣдствіе цѣлаго ряда причинъ власть постепенно стала переходить въ руки солдатъ, и они сдѣлались единственными распорядителями въ жизни семьи. Конечно, самое нарастаніе ихъ властвованія шло медленно. Я думаю, что самымъ сильнымъ толчкомъ для этого послужилъ большевистскій переворотъ въ центрѣ. Появилось состояніе какой-то неопредѣленности: въ центрѣ новая власть, а здѣсь — агенты старой. Было много причинъ, побуждавшихъ солдатъ выяснить эту неопредѣленность. Самой главной была неаккуратная выплата суточныхъ денегъ. Требованія солдатъ, иногда очень бурныя, обрушивались на Кобылинскаго. Онъ писалъ въ центръ безконечныя бумаги. Центръ молчалъ. Боясь за царскую семью, на которую могла пасть злоба солдатъ, Кобылинскій занималъ деньги, успокаивая страсти. Большевистскій переворотъ сильно осложнилъ положеніе Кобылинскаго. Раньше онъ занималъ деньги у губернскаго комиссара подъ авторитетъ Временнаго Правительства. Послѣ большевистскаго переворота занимать стало не у кого. Выгнавъ Панкратова и Никольскаго, какъ людей имъ совершенно чуждыхъ и безполезныхъ, солдаты не дерзнули поднять руку на Кобылинскаго. Но они неизбѣжно пришли, въ концѣ концовъ, къ выводу: нуженъ постоянный комиссаръ изъ центра. Такое настроеніе передалось всѣмъ лицамъ, окружавшимъ семью...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ГЛАВА 5-Я (1925)

Император Николай II Александрович «Тобольскій домъ, гдѣ жила заключенная царская семья, находился на улицѣ, получившей послѣ переворота названіе «улица свободы». Ранѣе въ немъ жилъ губернаторъ. Это — каменный домъ, въ два этажа, съ коридорной системой. Первая комната нижняго этажа справа, если идти по коридору отъ передней, занималась дежурнымъ офицеромъ. Въ сосѣдней съ ней — помѣщалась комнатная дѣвушка Демидова. Рядомъ съ ея комнатой — комната Жильяра, а далѣе столовая. Противъ комнаты дежурнаго офицера находилась комната камердинера Чемодурова. Радомъ съ ней буфетная, а далѣе шли двѣ комнаты, гдѣ жили камеръ-юнгфера Тутельбергъ, няня дѣтей Теглева и ея помощница Эрсбергъ. Надъ комнатой Чемодурова шла лѣстница въ верхній этажъ. Она выходила въ угловую комнату кабинетъ Государя. Радомъ съ нимъ былъ залъ. Одна изъ его дверей выходила въ коридоръ, также дѣлившій домъ на двѣ половины Первая комната направо, если итти отъ зала, служила гостиной. Радомъ съ ней — спальня Государя и Государыни, а далѣе — комната Княженъ. Съ лѣвой стороны коридора, ближе къ передней была шкафная комната. Сосѣдняя съ ней — спальня Наслѣдника, а датѣе — уборная и ванная. Домъ былъ теплый, свѣтлый. Первое время, приблизительно месяца 1½ было едва ли ни лучшимъ въ заключеніи семьи. Власть была въ рукахъ полковника Кобылинскаго Мѣстнымъ властями онъ не подчинялся. Посланцевъ же центра не существовало. Жизнь сразу вошла въ спокойное, ровное русло...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


CВТ. ІОАННЪ ШАНХАЙСКІЙ. РАЗСЛАБЛЕННЫЙ, САМАРЯНКА И СЛѢПОРОЖДЕННЫЙ (1994)

Христос и самарянка «Прежде, чѣмъ закончить сегодняшнюю службу, я хочу обратить ваше вниманіе на три евангельскихъ событія, вспоминаемыя въ воскресенья между Недѣлей Женъ Мѵроносицъ и Вознесеніемъ. Въ одно читается Евангеліе объ исцѣленіи Христомъ разслабленнаго, другое — о бесѣдѣ съ Самарянкой, въ третье — о дарованіи зрѣнія слѣпорожденному. Троѣ сподобились разговаривать съ Христомъ и принять Его даръ: одинъ — исцѣленіе отъ долголѣтней болѣзни, другая — разрѣшеніе вопросовъ, которыхъ она сама не могла разрѣшить, третій — тѣлесное зрѣніе. Но различна ихъ дальнѣйшая судьба. Молчатъ о бывшемъ разслабленномъ историческіе памятники, но преданіе, которому можно вѣрить, говоритъ намъ, что онъ былъ тотъ, который впослѣдствіи, будучи архіерейскимъ слугой, ударилъ Христа по ланитѣ во время допроса первосвященника. Про Самарянку извѣстно, что она увѣровала въ Христа и черезъ много лѣтъ, во время гоненія Нерона, пострадала со своими сестрами и сыновьями. Церковь и понынѣ совершаетъ память ея — мученицы Фотиніи. А про исцѣленнаго слѣпорожденнаго само Евангеліе повѣствуетъ, что, какъ только онъ исповѣдалъ Христа, сейчасъ же былъ изгнанъ фарисеями. Такъ разслабленный, послѣ исцѣленія отъ временной болѣзни, наслѣдовалъ вѣчную смерть; Самаряныня Фотинія, сподобившись разговаривать со Христомъ, долгое время потомъ жила въ мирѣ и почетѣ среди своихъ согражданъ, лишь черезъ многіе годы своей кровію засвидѣтельствовавши свою вѣру...» (Санъ Францисско, 1994.) далѣе...


CВТ. ІОАННЪ, АРХІЕП. ШАНХАЙСКІЙ. СВЯТЫЕ КИРИЛЛЪ И МЕѲОДІЙ (1994)

Святые равноапостольные Кирилл и Мефодий «Какой радостный кличъ благодарности вырвется изъ устъ людей, отъ рожденія сидѣвшихъ въ темной пещерѣ и лишенныхъ свѣта, когда кто, растворивъ ихъ мрачное жилище, вольетъ въ него живительные лучи солнца и затѣмъ выведетъ ихъ на свободу! Такое же чувство благодарности должны мы испытывать въ отношеніи святыхъ братьевъ Кирилла и Меѳодія. «Сѣдящимъ въ странѣ и сѣни смертнѣй» язычества славянскимъ племенамъ они принесли свѣтъ истиной Вѣры Христовой. Не знавшимъ про Царство Небесное они возвѣстили о немъ и указали путь въ него. Слугъ ложныхъ языческихъ боговъ они сдѣлали служителями Истиннаго Бога! Жившихъ въ нечестіи и грубыхъ нравахъ они научили любить добро и правду, показали имъ превосходство добродѣтели, «очистили ихъ чувствія» и сдѣлали благочестивыми и нравственными. Находившихся подъ властью грѣха и пороковъ они освободили отъ сѣтей діавольскихъ, возродили святымъ Крещеніемъ и научили новой жизни во славу Божію. Въ то же время для невѣжественныхъ и полудикихъ славянъ они составили азбуку, даровали грамоту и, научивъ пользоваться письменностью, положили начало ихъ умственному просвѣщенію. Со святыхъ Кирилла и Меѳодія начинается преуспѣяніе славянъ во всѣхъ областяхъ жизни. Прежнія полуразбойничьи племена превращаются въ великіе народы и создаютъ сильныя государства, проникнутыя духомъ христіанства. Такъ, куда ни посмотримъ, всюду, гдѣ у славянъ сіяетъ свѣтъ и творится добро, мы видимъ слѣды трудовъ свв. Меѳодія и Кирилла...» (Санъ Францисско, 1994.) далѣе...


ПРАВ. ІОАННЪ КРОНШТАДТСКІЙ. "МОЯ ЖИЗНЬ ВО ХРИСТѢ". ЧАСТЬ 1-Я (СТР. 71-80) (1957)

Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Если люди — существа слабыя, скоропреходящія, смертныя — дѣлаютъ такъ много великихъ и дивныхъ дѣлъ богодарованными имъ силами и способностями, если слову одного человѣка повинуется иногда много милліоновъ людей, то чего не сдѣлаетъ Всевиновникъ жизни человѣческой, что не повинуется Его слову? Вспомните слова сотника: я, говоритъ, и подвластный человѣкъ, но, имѣя въ подчиненіи воиновъ, скажу одному: иди, и идетъ, и другому: приди, и приходитъ, и третьему: сдѣлай это, и дѣлаетъ (Лк. 7, 8). Далѣе, если многія животныя одарены искусствомъ дѣлать разныя удивительныя вещи, которыхъ не сдѣлать и человѣку, — животныя, которыхъ мы попираемъ ногами, которыя такъ ничтожны и слабы, — то чего не сдѣлаетъ Творецъ всего, всѣхъ щедро одарившій всякимъ искусствомъ, всякими способностями и силами! Если растенія бездушныя, днесь сушія и утрѣ въ пещь вметаемы (Мѳ. 6, 30), по Его слову образуются въ такія нѣжныя и прекрасныя формы, если вещество всякое мы видимъ подчиненнымъ Его слову и видоизмѣняющимся до неизмѣримости (до безконечности) по Его манію (при посредствѣ только пяти стихій), то кто еще, видя все это, станетъ требовать залоговъ Его всемогущества! Дивны дѣла Твои, Господи! на каждомъ шагу въ каждое мгновеніе жизни. Исполнь небо и земля славы премудрости Твоея, славы благости Твоей, славы всемогущества Твоего! Ты не только Самъ премудрый Творецъ и постоянно являешь Себя премудрымъ Творцемъ...» (Jordanville, 1957.) далѣе...


ПРАВ. ІОАННЪ КРОНШТАДТСКІЙ. "МОЯ ЖИЗНЬ ВО ХРИСТѢ". ЧАСТЬ 1-Я (СТР. 61-70) (1957)

Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Какъ мать младенца учитъ ходить, такъ Господь учитъ насъ живой вѣрѣ въ него. Поставитъ мать младенца, оставитъ его самому себѣ, а сама отойдетъ, потомъ велитъ идти къ себѣ младенцу. Младенецъ плачетъ безъ матери, хочетъ идти къ ней, но боится сдѣлать попытку шагнуть, усиливается подойти, дѣлаетъ шагъ и падаетъ. Такъ и христіанина Господь учитъ вѣрѣ въ Него, какъ ходьбѣ (вѣра — духовный путь); такъ слаба наша вѣра, такъ начальна, какъ младенецъ, учащійся ходить. Оставляетъ его Господь Своею помощію и предаетъ діаволу или разнымъ бѣдствіямѣ и скорбямъ, а потомъ, когда будетъ крайне нужна помощь — избавиться отъ нихъ (когда намъ нѣтъ нужды въ спасеніи, дотолѣ мы готовы не ходить къ Нему), какъ бы велитъ смотрѣть на Себя (непремѣнно смотри на Него) и идти къ Нему за этою помощію; христіанинъ усиливается это дѣлать, раскрываетъ сердечныя очи (какъ младенецъ разставляетъ ноги), усиливается ими увидѣть Господа, но сердце, не наученное лицезрѣнію Божію, боится своей смѣлости, спотыкается и падаетъ: врагъ и прирожденная испорченность грѣховная закрываютъ его открывающіяся сердечныя очи, отрѣваютъ его отъ Господа, и онъ не можетъ подойти; а Господь близко, готовъ взять къ Себѣ, какъ бы на руки, только подойти къ Нему вѣрою, и — когда сдѣлаешь усиліе совсѣмъ увидѣть Его сердечными очами вѣры, попадешь на Него сердечнымъ зрѣніемъ, — тогда Онъ простираетъ Самъ руку помощи, какъ бы беретъ на руки и прогоняетъ враговъ...» (Jordanville, 1957.) далѣе...


И. А. РОДІОНОВЪ. ПОВѢСТЬ "ЖЕРТВЫ ВЕЧЕРНІЯ". ГЛАВА 48-Я (1922)

Знак Первопоходника «Еще около часа послѣ восхода солнца продолжалась вдругъ разгорѣвшаяся ожесточенная перестрѣлка, вся сосредоточившаяся около строеній по линіи желѣзной дороги. Добровольцы штыками выбивали большевиковъ изъ зданій. Единственная, введенная въ бой со стороны добровольцевъ пушка, давши нѣсколько выстрѣловъ, умолкла. Разстрѣляны были послѣдніе снаряды. Большевистскіе пулеметы татакали часто и посылали тучи пуль; ружейная перестрѣлка мало по-малу удалялась. Головныя повозки обоза, стоявшія во время боя у самаго полотна, вскачь двинулись впередъ подъ частыми выстрѣлами пулеметовъ. Проѣзжая черезъ линію желѣзной дороги, Юрочка увидѣлъ, что вправо отъ него на путяхъ, какъ упавшій на переднія колѣна навьюченный верблюдъ, лежалъ, накренившись на лѣвый бокъ, израненный потухшій паровозъ, за нимъ три товарныхъ вагона, отъ колесъ до верха охваченные пламенемъ, уже догорали. Въ нихъ то и дѣло шипѣли и цѣлыми десятками разомъ рвались патроны, черезъ провалившіяся крыши пули съ чмоканіемъ и съ жалобнымъ безсильнымъ свистомъ взвивались не высоко въ воздухѣ, падая тутъ же, въ нѣсколькихъ шагахъ. Вездѣ около вагоновъ броневого поѣзда и на путяхъ валялись окровавленные трупы красныхъ. Тутъ копошились вызванные начальствомъ раненые и обозные добровольцы, съ оживленными, веселыми лицами вынося изъ вагоновъ ящики съ патронами и снарядами и погружая ихъ въ свои повозки...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


И. А. РОДІОНОВЪ. ПОВѢСТЬ "ЖЕРТВЫ ВЕЧЕРНІЯ". ГЛАВА 47-Я (1922)

Иван Александрович Родионов «Въ повозкѣ Екатерины Григорьевны было тѣсно и потому Юрочкѣ и новому раненому пришлось спать, скорчившись, въ полусидячемъ положеніи. Протянуться было невозможно. Юрочка долго крѣпился, не спалъ. Отъ неудобнаго положенія все тѣло его было разбито, ноги нѣмѣли и рана давала себя чувствовать. Но мало-по-малу усталость сковала всѣ его члены; отяжелѣвшія вѣки сами собой падали и смыкались. Было очень вѣтрено и очень холодно. Ночная весенняя свѣжесть, пробираясь подъ лохмотья его шинели, леденила его тѣло, и чтобы хоть немного отогрѣться, Юрочка чуть ли не поминутно мѣнялъ положенія, переворачивался съ бока на бокъ или скорчившись, садился такъ, чтобы не разбередить рану, чѣмъ безпокоилъ своихъ сосѣдей по повозкѣ, такъ же страдавшихъ отъ неудобнаго положенія, отъ усталости и холода и такъ же поминутно ворочавшихся, какъ и онъ. Хорошо укрыться не хватало одежды, потому что на трехъ было только два одѣяла. Юрочка поминутно засыпалъ, но отъ дорожныхъ толчковъ, отъ боли въ ногѣ, отъ холода, отъ неудобнаго сидѣнія тотчасъ же просыпался, чтобы снова мгновенно забыться. Обрывки впечатлѣній, образовъ, мыслей и сновъ въ странныхъ неестественныхъ сочетаніяхъ смѣшивались въ его полуснѣ, полубодрствованіи. То ему казалось, что онъ плыветъ по водѣ и набѣжавшая волна холодитъ его правый бокъ и онъ даже видитъ эту волну и боится, какъ бы она его не захлестнула, а въ то же время лѣвый бокъ его горячъ, точно къ нему приложили...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ГЛАВА 4-Я (1925)

Император Николай II Александрович «Мнѣ кажется, что вопросъ, который я анализирую: объ увозѣ царской семьи въ Тобольскъ, по самой логикѣ, является соединеніемъ двухъ разныхъ вопросовъ: а) почему царская семья была увезена изъ Царскаго, б) почему новымъ мѣстомъ ея заключенія оказался г. Тобольскъ. Случай съ Масловскимъ, о которомъ говоритъ Керенскій, имѣлъ мѣсто въ первые дни смуты. Онъ былъ инднвидуаленъ. Послѣ этого не случилось ничего, что непосредственно угрожало, бы царской семьѣ въ Царскомъ. Мотивируя Царю необходимость отъѣзда изъ Царскаго, Керенскій, конечно, долженъ былъ говорить о благополучіи семьи. Что иное могъ онъ сказать въ его положеніи? На слѣдствіи онъ указалъ иныя причины, связанныя съ благополучіемъ не Царя, а Временнаго Правительства. Къ этому ничего добавить нельзя. Почему для новаго заключенія царской семьи былъ выбранъ именно Тобольскъ? Глава Временнаго Правительства князь Львовъ объяснилъ такой выборъ опять таки благополучіемъ семьи: въ Сибири спокойно, а въ губернаторскомъ домѣ удобно. Самъ Керенскій показалъ: "Было рѣшено (въ секретномъ засѣданіи) изыскать для переселенія царской семьи какое-либо другое мѣсто, и все разрѣшеніе этого вопроса было поручено мнѣ. Я сталъ выяснять эту возможность. Предполагалъ я увезти ихъ куда-нибудь въ центръ Россіи, останавливаясь на имѣніяхъ Михаила Александровича и Николая Михайловича. Выяснилась абсолютная невозможность сдѣлать это. Просто немыслимъ былъ самый фактъ перевоза Царя"...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ГЛАВА 3-Я (1925)

Император Николай II Александрович «Строгость режима, установленнаго Керенскимъ, показалась нѣкоторымъ изъ г.г. революціонныхъ офицеровъ недостаточной. Они потребовали отъ полковника Кобылинскаго, чтобы вся царская семья ежедневно предъявлялась имъ. Упадокъ дисциплины, моральная распущенность и мѣщанское любопытство прикрывались здѣсь соображеніями, что семья можетъ бѣжать. Кобылинскій долго боролся съ такими домогательствами, но, въ концѣ концовъ, онъ долженъ былъ сдѣлать докладъ генералу П. А. Половцеву, смѣнившему Корнилова. Требованіе офицеровъ было удовлетворено въ нѣсколько смягченной формѣ: ежедневно, когда царская семья выходила къ завтраку, въ столовую являлись два офицера: кончавшій дежурство и вступавшій въ него. Однажды, когда оба офицера явились къ царской семьѣ, Государь простился съ офицеромъ, уходившимъ съ дежурства, и, по своему обыкновенію, протянулъ руку его замѣстителю. Тотъ отступилъ назадъ и не принялъ ея. Государь подошелъ къ нему, взялъ его за плечи и, замѣтно волнуясь, сказалъ: «Голубчикъ, за что?» Офицеръ отвѣтилъ: «Я — изъ народа. Когда народъ протягивалъ Вамъ руку, Вы не приняли ея. Теперь я не подамъ Вамъ руки». Этотъ офицеръ гордился впослѣдствіи своимъ поступкомъ. Его фамилія Ярыничъ. При полномъ безвластіи того времени царскосельскій совдепъ также вмѣшивался въ жизнь семьи и «делегировалъ» въ помощь Кобылинскому своего человѣка: армянина Домодзянца, въ чинѣ прапорщика. "Глупый, грубый и нахальный"...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


CВТ. ІОАННЪ, АРХІЕП. ШАНХАЙСКІЙ. СВВ. РАВНОАП. КИРИЛЛЪ И МЕѲОДІЙ (1994)

Святые равноапостольные Кирилл и Мефодий «"Шедше, научите вся языки, крестяще ихъ во имя Отца и Сына и Святаго Духа" (Мтѳ. 28, 19), заповѣдалъ Христосъ ученикамъ, явившись имъ по Воскресеніи Своемъ изъ мертвыхъ. Исполняя то повелѣніе Господне, апостолы по сошествіи на нихъ Святаго Духа разошлись по разнымъ странамъ, всюду проповѣдуя о Христѣ, Его жизни, ученіи и воскресеніи. Почти всѣ тогда извѣстныя страны посѣтили апостолы. На крайнемъ Западѣ проповѣдывали: св. апостолъ Симонъ Кананитъ, именуемый и Зилотомъ (ревнителемъ) — въ Британіи, а Іаковъ Заведеевъ, братъ Іоанна Богослова, въ Испаніи. Въ Римѣ насаждали вѣру святые апостолы Петръ и Павелъ, тамъ завершившіе свой апостолькій подвигъ мученической смертью; а до того св. апостолъ Петръ проповѣдывалъ въ Іудеи и въ Антіохіи Великой, а св. Павелъ обошелъ, благовѣствуя о Христѣ, всю Малую Азію, Македонію и Грецію. Въ Малой Азіи и прилегающихъ островахъ провелъ послѣдніе годы своей земной жизни возлюбленный ученикъ Христовъ св. Іоаннъ Богословъ, написавшій тамъ свое Евангеліе и Откровеніе, тамъ же пострадалъ св. апостолъ Филиппъ, до того обошедшій Еѳіопію и Аравію. Св. апостолъ Андрей Первозванный посѣтилъ страны будущей Россіи, побывавъ на Сѣверномъ Кавказѣ, проплывъ по всему Днѣпру, водрузивъ Крестъ на горахъ Кіевскихъ и достигши до Великаго Новгорода, а затѣмъ проповѣдывалъ на Балканахъ, поставилъ перваго епископа Византіи и окончилъ жизнь свою въ Греціи...» (Санъ Францисско, 1994.) далѣе...


CВТ. ІОАННЪ ШАНХАЙСКІЙ. СЛОВО ВЪ НЕДѢЛЮ ВСѢХЪ РУССКИХЪ СВЯТЫХЪ (1994)

Икона Всех святых в земле Российской просиявших «Сегодня праздникъ Всѣхъ святыхъ въ землѣ Россійской просіявшихъ — всѣхъ святыхъ, которыхъ возрастила Русская Церковь, Русская земля. Нынѣ праздникъ духовнаго неба надъ Россіей. То небо широко простирается, начиная отъ святого князя Владиміра и блаженной княгини Ольги. Они были какъ бы корни всѣхъ святыхъ въ землѣ Россійской просіявшихъ. Возросъ великій сонмъ, великое древо святости. Правда, еще и до Великаго князя Владиміра были святые, праведные, просіявшіе тамъ, гдѣ нынѣ земля Русская. Тѣ части, которыя нынѣ составляютъ предѣлы Россіи еще и прежде того какъ онѣ вошли въ составъ земли Россійской просіяли святыми угодниками Божіими. Херсонесъ хвалится семью епископами еще въ первыя времена посѣщавшими тотъ край, такъ же впослѣдствіи Кириллъ и Меѳодій проповѣдывали тамъ. Въ Херсонесѣ крестился Великій князь Владиміръ и вмѣстѣ съ мощами древняго священномученика Климента Римскаго онъ принесъ Вѣру Православную въ Кіевъ, положилъ тамъ начало возрастанія Церкви Русской. Нынѣ мы и празднуемъ всѣхъ тѣхъ угодниковъ Божіихъ — преподобныхъ Антонія и Ѳеодосія и прочихъ многихъ чудотворцевъ Печерскихъ, всѣхъ преподобныхъ въ землѣ Россійской просіявшихъ, тѣхъ святителей, которые утверждали православіе, стяжали христіанство землѣ Русской, которые утверждали въ народѣ вѣру и благочестіе, тѣхъ святыхъ, которые притворились безумными, а въ дѣйствительности были мудры...» (Санъ Францисско, 1994.) далѣе...


ПРАВ. ІОАННЪ КРОНШТАДТСКІЙ. "МОЯ ЖИЗНЬ ВО ХРИСТѢ". ЧАСТЬ 1-Я (СТР. 51-60) (1957)

Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Духомъ и истиною покланяйтеся Богу. Истиною — напримѣръ, ты говоришь: да святится имя Твое. Есть ли въ тебѣ дѣйствительно желаніе, чтобы имя Божіе святилось добрыми дѣлами людей и твоими? ты говоришь: да пріидетъ царствіе Твое; желаешь ли ты въ самомъ дѣлѣ наступленія царствія Божія, желаешь ли быть селеніемъ Духа Божія, а не селеніемъ грѣха; не охотнѣе ли ты желаешь жить во грѣхахъ? говоришь: да будетъ воля Твоя, яко на небеси и на земли; не ищешь ли ты скорѣе своей воли, чѣмъ Божіей? Ей, такъ! говоришь: хлѣбъ нашъ насущный даждь намъ днесь; не говоришь ли ты въ сердцѣ своемъ другое: мнѣ не нужно просить у Тебя этого; я имѣю безъ прошенія, пусть такъ взываютъ неимущіе; или съ жадностію ищемъ многаго и не довольствуемся малымъ или тѣмъ, что Богъ далъ намъ, не благодаримъ за то, что имѣемъ, а — надо благодарить; просишь въ молитвѣ Бога: и остави намъ долги наша, якоже и мы оставляемъ должникомъ нашимъ; а самъ не думаешь ли: я, не Богъ знаетъ какой грѣшникъ; я, кажется, живу не хуже другихъ и нѣтъ мнѣ нужды просить оставленія долговъ моихъ или грѣховъ; или, молясь, не имѣешь ли ты какого неудовольствія, гнѣва и, такимъ образомъ, ты нагло лжешь въ молитвѣ къ Богу; говоришь: не введи насъ во искушеніе; а самъ не натыкаешься ли, не устремляешься ли безъ искушеній на всякіе грѣхи? говоришь: избави насъ отъ лукаваго; а самъ не живешь ли въ содружествѣ съ лукавымъ, или со зломъ всякаго рода, котораго начальникъ — діаволъ?...» (Jordanville, 1957.) далѣе...


ПРАВ. ІОАННЪ КРОНШТАДТСКІЙ. "МОЯ ЖИЗНЬ ВО ХРИСТѢ". ЧАСТЬ 1-Я (СТР. 41-50) (1957)

Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Страшная истина. Нераскаянные грѣшники послѣ смерти теряютъ всякую возможность измѣниться къ лучшему и, значитъ, неизмѣнно остаются преданными вѣчнымъ мученіямъ (грѣхъ не можетъ не мучить). Чѣмъ доказать это? Это съ очевидностію доказывается настоящимъ состояніемъ нѣкоторыхъ грѣшниковъ и свойствомъ самаго грѣха — держать человѣка въ плѣну своемъ и заграждать ему всѣ исходы. Кто не знаетъ, какъ трудно безъ особенной благодати Божіей обратиться грѣшнику съ любимаго имъ пути грѣха на путь добродѣтели! Какъ глубоко грѣхъ пускаетъ въ сердцѣ грѣшника и во всемъ существѣ его корни свои, какъ онъ даетъ грѣшнику свое зрѣніе, которое видитъ вещи совсѣмъ иначе, чѣмъ какъ онѣ есть въ существѣ своемъ, представляясь ему въ какомъ-то обаятельномъ видѣ. Потому мы видимъ, что грѣшники весьма часто и не думаютъ о своемъ обращеніи и не считаютъ себя великими грѣшниками, потому что самолюбіе и гордость ослѣпляютъ имъ глаза; если же почитаютъ себя грѣшниками, то предаются адскому отчаянію, которое разливаетъ глубокій мракъ въ ихъ умѣ и сильно ожесточаетъ ихъ сердце. Если бы не благодать Божія, кто бы изъ грѣшниковъ обратился къ Богу, такъ какъ свойство грѣха — омрачать насъ, связывать насъ по рукамъ и по ногамъ. Но время и мѣсто для дѣйствія благодати: — только здѣсь: послѣ смерти — только молитвы Церкви и то на раскаянныхъ грѣшниковъ могутъ дѣйствовать, на тѣхъ, у которыхъ есть пріемлемость въ душахъ...» (Jordanville, 1957.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ГЛАВА 2-Я (1925)

Император Николай II Александрович «Постановленіе Временнаго Правительства о лишеніи свободы Государя и Государыни состоялось 20 марта. Въ немъ не указано мотивовъ принятія такой мѣры. Я пытался вскрыть ихъ допросами трехъ лицъ: главы Временнаго Правительства, предсѣдателя Совѣта Министровъ князя Львова, министра юстиціи въ его составѣ Керенскаго и министра иностранныхъ дѣлъ Милюкова. Князь Львовъ показалъ: — "Временное Правительство не могло, конечно, не принять нѣкоторыхъ мѣръ въ отношеніи главы государства, только что потерявшаго власть. Эта мѣра, принятая въ отношеніи Императора и его супруги по постановленію Временнаго Правительства, состояла въ лишеніе ихъ свободы. Я бы сказалъ, что принятіе ея въ тотъ моментъ было психологически неизбѣжнымъ, вызываясь всѣмъ ходомъ событій. Нужно было оградить бывшаго носителя верховной власти отъ возможныхъ эксцессовъ перваго революціоннаго потока". Кромѣ этой причины лишенія свободы Ихъ Величествъ, князь Львовъ указалъ еще и другую: — "Временное Правительство было обязано, въ виду опредѣленнаго общественнаго мнѣнія, тщательно и безпристрастно обслѣдовать поступки бывшаго Царя и Царицы, въ которыхъ общественное мнѣніе видѣло вредъ національнымъ интересамъ страны, какъ съ точки зрѣнія интересовъ внутреннихъ, такъ и внѣшнихъ, въ виду войны съ Германіей". Керенскій показалъ: — "Николай II и Александра Ѳедоровна были лишены свободы по постановленію Временнаго Правительства"...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ГЛАВА 1-Я (1925)

Император Николай II Александрович «Когда началась февральская смута, царская семья была раздѣлена: Государь былъ въ Могилевѣ, гдѣ находилась ставка, Государыня съ дѣтьми въ Царскомъ. Сопоставляя показанія свидѣтелей: генерала Дубенскаго, находившагося въ тѣ дни при Государѣ, и генерала Лукомскаго, занимавшаго тогда должность генералъ-квартирмейстера Верховнаго Главнокомандующаго, а также опубликованные послѣднимъ документы и воспоминанія, представляется возможнымъ констатировать слѣдующіе факты. 8 марта Государь отбылъ изъ Царскаго въ ставку, куда прибылъ днемъ 9 марта. 10 марта тамъ впервые была получена телеграмма военнаго министра Бѣляева, извѣщавшая, что на заводахъ въ Петроградѣ объявлена забастовка и что среди рабочихъ, на почвѣ недостатка въ продуктахъ, начинаются безпорядки. Въ тотъ же день Бѣляевъ вторично телеграфировалъ, что рабочее движеніе вышло на улицу и разрастается. Обѣ телеграммы онъ сопровождалъ указаніями, что опасности нѣтъ, что безпорядки будутъ прекращены. 11 марта тотъ же Бѣляевъ и главный начальникъ петроградскаго военнаго округа генералъ Хабаловъ доносили телеграфно, что въ нѣкоторыхъ войсковыхъ частяхъ были отказы употреблять оружіе противъ рабочихъ, къ которымъ присоединяется чернь. Бѣляевъ продолжалъ успокаивать, что приняты всѣ мѣры къ прекращенію безпорядковъ. Хабаловъ же просилъ о присылкѣ подкрѣпленій, указывая на ненадежность петроградскаго гарнизона. 11 марта была получена впервые телеграмма...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


И. А. РОДІОНОВЪ. ПОВѢСТЬ "ЖЕРТВЫ ВЕЧЕРНІЯ". ГЛАВА 46-Я (1922)

Знак Первопоходника «Ночь и утро слѣдующаго, такого жъ солнечнаго и теплаго дня, какъ и предыдущій, въ Гначбау прошли спокойно, но съ полдень надъ колоніей, дворы и улицы которой были биткомъ набиты повозками съ больными и ранеными, конными и пѣшими людьми, загудѣли большевистскія пушки и стали рваться шрапнели, разя людей и лошадей. Армія уже безошибочно знала, что вождя, которому беззавѣтно вѣрила, за которымъ шла на всевозможныя лишенія, страданія, раны и смерть, нѣтъ въ живыхъ. Никто офиціально пока не объявлялъ объ этомъ, но всѣ признаки рокового событія были на лицо: и неожиданный отходъ отъ Екатеринодара наканунѣ рѣшительнаго штурма, и поспѣшный уходъ по неизвѣстному направленію, и растерянность на лицахъ генераловъ и старшихъ офицеровъ, точно они хотятъ что-то скрыть и боятся, что будутъ пойманы съ поличнымъ. Но главные, убѣждающіе въ дѣйствительности горестнаго событія, были два неотразимыхъ факта. Первый то, что въ станицѣ Елизаветинской при отступленіи бросили вчера около восьмидесяти тяжело раненыхъ. Всѣ въ Добровольческой арміи отъ мала до велика знали, на что обречены покинутые. Не могли того же не знать тѣ, кто рѣшилъ и имѣлъ власть ихъ оставить. Корниловъ никогда ни при какихъ обстоятельствахъ этого не сдѣлалъ бы. Онъ умеръ бы самъ, защищая ихъ. Второй фактъ тотъ, что въ послѣдніе два дня никто не видѣлъ небольшой, бодрой фигуры командующаго и на его чудесной лошади теперь гарцевалъ какой-то никому неизвѣстный казачій офицеръ...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


И. А. РОДІОНОВЪ. ПОВѢСТЬ "ЖЕРТВЫ ВЕЧЕРНІЯ". ГЛАВА 45-Я (1922)

Иван Александрович Родионов «Густыя, буро-сѣрыя облака пыли наполнили широкую улицу. Снова тишина и нигдѣ ни души. Только у полусломаннаго забора того двора, гдѣ люди только-что лили кровь, издѣвались, мучали своихъ братьевъ и рвали на части животрепещущее человѣческое тѣло, неподвижно лежала одинокая женская фигура. Облака мало-по-малу разсѣялись и улеглись, стоялъ только сѣрый, пылевой туманъ. Опасливо озираясь по сторонамъ, изъ двора показалась женщина — хозяйка дома, на минуту пріостановилась въ воротцахъ, высунувъ наружу только голову въ темномъ платкѣ и дикимъ отъ испуга взглядомъ внимательно оглядѣла улицу. — "Маню, Маню!" — тихо позвала она, — "ходи, доченька, до мене. Панночку поднять треба. Не вмерла бы?! О, Боже жъ мій..." Женщина вышла, наконецъ, изъ двора и все еще боязливо осматриваясь, блѣдная и дрожащая, наклонилась надъ безчувстоенной Александрой Павловной. Въ воротцахъ появилась худенькая, трепещущая, босоногая дѣвочка лѣтъ 13-ти, видимо, при малѣйшей опасности готовая мгновенно вспорхнуть, какъ вспугнутая птичка. — "Та ходы жъ до мене, дурочка, бо никого нема". — "Боюсь, мамусю..." — нервно прошептала дѣвочка. Бѣлые, мелкіе зубы ея колотились, какъ въ лихорадкѣ, на глазахъ крупными брилліантами нависли слезинки. — "Та Господь съ тобою... Вже нема цихъ гаспидивъ. Вси втикли... Ходи, ходи..." Дѣвочка нерѣшительно выступила изъ воротецъ, вдругъ опрометью бросилась къ матери и вся дрожа, такъ и вцѣпилась въ ея юбку...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. БЕСѢДЫ НА ПСАЛМЫ. НА ПСАЛОМЪ 41-Й (1899)

Святой пророк, псалмопевец и царь Давид «Недавно, когда я бесѣдовалъ о Мелхиседекѣ, вы удивлялись продолжительности моей рѣчи, а я удивлялся вашему усердію къ слушанію и благоразумію, по которому вы, не смотря на продолжительность рѣчи, до конца слѣдовали за мною, хотя рѣчь моя не только была длинна, но и содержала въ себѣ много труднаго. Между тѣмъ ни обширность, ни трудность ея не ослабили вашего усердія. Теперь же я постараюсь вознаградить васъ за тотъ трудъ, предложивъ вамъ бесѣду болѣе ясную. Не нужно держать всегда въ напряженіи душу слушателей, потому что она скоро изнемогаетъ; не нужно и давать ей всегда послабленіе и покой, потому что отъ этого она становится недѣятельною. Нужно разнообразить поученія и касаться предметовъ то болѣе общепонятныхъ, то болѣе трудныхъ. Тогда я говорилъ, что пастухи, при нападеніи волковъ на стадо, оставляютъ свирѣль и берутся за пращу; а теперь, когда прошли праздники іудеевъ, которые хуже всякихъ волковъ, мы оставимъ пращу и возьмемся опять за свирѣль, перестанемъ говорить о предметахъ трудныхъ и обратимся къ другимъ болѣе яснымъ, возьмемъ псалтирь Давидову и займемся тѣмъ припѣвомъ, который всѣ мы пѣли сегодня. Какой же этотъ припѣвъ? Имже образомъ желаетъ елень на источники водныя: сице желаетъ душа моя къ тебѣ, Боже. Но напередъ нужно сказать, для чего псалмопѣніе введено въ нашу жизнь и почему самыя пророчества преимущественно произносятся съ пѣніемъ. Для чего употребляется пѣніе?...» (СПб., 1899.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. БЕСѢДЫ НА ПСАЛМЫ. НА ПСАЛОМЪ 12-Й (1899)

Святой пророк, псалмопевец и царь Давид «Не малое благо и въ томъ, чтобы чувствовать забвеніе отъ Бога. Подъ забвеніемъ же разумѣй не состояніе страстное, но оставленіе. Многіе, подвергшись забвенію отъ Бога, даже не сознаютъ этого, и не скорбятъ; а блаженный Давидъ не только сознавалъ это, но исчислялъ и время забвенія, потому что выраженіе: доколѣ означаетъ продолжительность времени. Потому онъ и скорбитъ, и плачетъ. Смотри, какъ онъ никогда не скорбитъ ни о чемъ житейскомъ, ни о богатствѣ, ни о славѣ, но всегда о благоволеніи Божіемъ. Почему же, скажешь, онъ зналъ, что Богъ забылъ его? Потому, что онъ зналъ и то, когда Богъ помнилъ о немъ, и ясно понималъ, въ чемъ состоитъ это забвеніе, и въ чемъ это памятованіе, — не такъ, какъ многіе изъ людей, которые, когда богатѣютъ, когда прославляются людьми, когда все у нихъ идетъ успѣшно, когда одерживаютъ побѣды надъ врагами, тогда и думаютъ, что Богъ помнитъ о нихъ; потому они и не знаютъ, когда Онъ забываетъ ихъ. Не зная знаменій памятованія Его, они не знаютъ и знаменій забвенія Его; не разумѣя знаковъ любви Его, не разумѣютъ и знаковъ неблаговоленія Его. Многихъ изъ людей, имѣющихъ земныя блага, Богъ забываетъ, и даже особенно ихъ; напротивъ о неимѣющихъ часто памятуетъ. Памятованіе о насъ Божіе происходитъ не отъ чего иного, какъ отъ добрыхъ дѣлъ, внимательности, бодрствованія, упражненія въ добродѣтели; равно и забвеніе не отъ чего иного, какъ отъ грѣховъ, корыстолюбія, хищенія. Поэтому и ты, возлюбленный, когда находишься въ несчастіи...» (СПб., 1899.) далѣе...


ПРАВ. ІОАННЪ КРОНШТАДТСКІЙ. «НОВЫЯ ГРОЗНЫЯ СЛОВА». СЛОВО 13 (35) (1908)

Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Сегодня послѣдній день Ѳоминой недѣли. Вечеромъ, въ день воскресенія, Господь Іисусъ Христосъ явился ученикамъ своимъ при затворенныхъ дверяхъ. Ученики возрадовались, увидѣвши Господа и получивъ отъ Него власть вязать и рѣшить грѣхи людей. Но среди нихъ въ это время не было апостола Ѳомы. Когда же другіе ученики сказали ему, что они видѣли Господа, то Ѳома имѣлъ смѣлость отвѣтить: «если не увижу на рукахъ Его язвъ отъ гвоздей, и не вложу перста моего въ раны отъ гвоздей и не вложу руки моей въ ребра Его, не повѣрю» (Іоан. 20, 25). И вотъ это невѣріе Ѳомино, по изволенію Божію, послужило къ яснѣйшему свидѣтельству истины воскресенія Христова какъ для самого Апостола, такъ и для всѣхъ христіанъ. Снисходя къ немощной вѣрѣ Ѳомы, Господь на восьмой день опять явился ученикамъ Своимъ, и сказалъ невѣрующему ученику: подай перстъ твой сюда, и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи въ ребра Мои, и не будь невѣрующимъ, но вѣрующимъ. Тогда Ѳома, увѣрившись въ истинѣ воскресенія Христова и Его Божествѣ, воскликнулъ: Господь мой и Богъ мой! Іисусъ сказалъ ему: ты повѣрилъ, потому что увидѣлъ Меня; блаженны не видѣвшіе, но увѣровавшіе» (ст. 27-29). Къ числу этихъ, называемыхъ Господомъ блаженными, относимся и мы, братіе, когда, не видя Господа тѣлесными глазами, однако же, твердо вѣруемъ въ Него, какъ Творца, Искупителя и Праведнѣйшаго Судію и живемъ по этой вѣрѣ, особенно же когда вкушаемъ Его Пречистаго Тѣла и Крови...» (СПб., 1908.) далѣе...


ПРАВ. ІОАННЪ КРОНШТАДТСКІЙ. «НОВЫЯ ГРОЗНЫЯ СЛОВА». СЛОВО 11 (33) (1908)

Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Непрестанно прославляемъ Тебя, Христе, премудро соединившаго небо съ землею и составившаго одну Церковь изъ ангеловъ и человѣковъ (Стихира на малой вечерни). — Празднуемъ, дорогіе братія, свѣтлый праздникъ молніевиднаго Архангела Михаила и прочихъ небесныхъ Силъ безплотныхъ. Исторія установленія Церковію этого праздника длинна и мы не будемъ разсказывать ее; желающіе знать ее, пусть прочитаютъ о ней въ церковной книгѣ «Четьи-Минеи», а теперь побесѣдуемъ о духовномъ безчисленномъ мірѣ ангельскомъ, о ихъ свойствахъ, о ихъ чиноначаліи и о безмѣрной благости Божіей, причислившей насъ, христіанъ православныхъ, къ этому ангельскому Собору и составившей одну Церковь изъ ангеловъ и человѣковъ, а затѣмъ о нашей обязанности чтить ихъ по достоинству и подражать имъ по силѣ, какъ будущимъ нашимъ согражданамъ въ небесномъ отечествѣ; о чемъ и молимъ усердно Господа Бога, общаго нашего Творца. Св. Кириллъ Александрійскій говоритъ (см. Богословіе Макарія объ ангелахъ): если наша земля, эта какъ бы одна точка между мірами, — носитъ на себѣ такое безчисленное множество людей и всякихъ существъ, то во сколько разъ больше имѣетъ въ себѣ обитателей невещественное небо, великое и необъятное никакимъ умомъ? Ангелы имѣютъ духовную, невещественную, тонкую, безсмертную природу, свободную отъ всякой тли, но ограниченную, не такую, какъ Самъ Господь, Духъ — всюду сущій и единый, безначальный и все наполняющій...» (СПб., 1908.) далѣе...


CВТ. ІОАННЪ ШАНХАЙСКІЙ. 95-ЛѢТІЕ РОЖДЕНІЯ ЦАРЯ-МУЧЕНИКА (1994)

Святые Царственные Мученики «6 мая Православная Церковь отмѣчаетъ память св. праведнаго Іова Многострадальнаго. Праведный Іовъ былъ «непороченъ, справедливъ и богобоязненъ и удалялся отъ зла» въ дни своего благополучія. Онъ былъ «окомъ слѣпому, ногами хромому, отцомъ для нищихъ», стараясь помочь каждому находящемуся въ нуждѣ и бѣдѣ. Но какъ ни велики его добродѣтели, не столько ими, сколько страданіями своими и безропотнымъ перенесеніемъ ихъ прославился онъ предъ всѣмъ міромъ и заслужилъ похвалу и вѣчную славу отъ Бога. Онъ сдѣлался примѣромъ для всего человѣческаго рода какъ переносить страданія и покоряться Промыслу Божіему. Онъ былъ прообразомъ Великаго Невиннаго Страдальца, пострадавшаго за весь міръ. Въ день памяти его 95 лѣтъ назадъ родился Царь Николай II. Отличаясь съ дѣтства благочестіемъ, онъ старался въ добродѣтеляхъ подражать святымъ, въ день котораго родился и того, имя котораго носилъ. Государственная его дѣятельность была направлена на поднятіе народнаго благосостоянія, а самъ лично онъ не упускалъ случая оказать помощь нуждавшемуся въ ней. Глубокая вѣра въ Промыслъ Божій укрѣпляла его. Особенно проявилась она въ скорбные дни, наставшіе послѣ отреченія. Издѣвательства, оскорбленія, лишеніе свободы и прочія злоключенія переносились имъ съ такимъ терпѣніемъ, что онъ явился новымъ Іовомъ нашихъ дней. Потерпѣвши всевозможныя издѣвательства, онъ сохранилъ крѣпость духа и полное незлобіе съ всепрощеніемъ къ врагамъ своимъ...» (Санъ Францисско, 1994.) далѣе...


CВТ. ІОАННЪ ШАНХАЙСКІЙ. ЦАРЬ НИКОЛАЙ МНОГОСТРАДАЛЬНЫЙ (1994)

Святой Царь-Мученик Николай II Александрович «Христосъ Сынъ Божій, воплотившись, показалъ намъ опять Первообразъ, которому мы должны уподобляться. «Въ васъ должны быть тѣ же чувствованія, какія и во Христѣ», пишетъ св. апостолъ Павелъ вѣрующимъ (Фил. 2, 5). Такимъ живымъ напоминаніемъ о страданіяхъ Христовыхъ явился въ дни своихъ испытаній Царь Николай II. Преданъ онъ былъ тѣми, кому довѣрялъ. Оставленъ былъ почти всѣми приближенными, лишь немногіе пошли съ нимъ на его Голгоѳу. Толпы, еще недавно съ восторгомъ встрѣчавшія и привѣтствовавшія его, теперь поносили его, привѣтствуя тѣхъ, кто желалъ его казни. Какъ друзья Іова, недавно казавшіеся преданными ему, обвиняли его въ несовершенныхъ имъ преступленіяхъ. «Распни, распни его» слышалось всюду и тѣ, кто оставался вѣренъ ему, не смѣли возвысить гóлоса, скрываясь «страха ради іудейска». Съ беззлобіемъ и всепрощеніемъ переносилъ то Царь-Мученикъ. «Я родился въ день Іова Многострадальнаго и мнѣ предназначено страдать», говорилъ онъ еще задолго до скорбныхъ дней. Съ терпѣніемъ и кротостью переносилъ онъ все выпавшее на его долю и до дна испилъ чашу своихъ страданій. Какъ Іовъ, много дѣлавшій добра и прежде, еще больше, чѣмъ добрыми дѣлами, прославился своими страданіями, такъ и Царь Николай II еще больше чѣмъ многими славными дѣяніями своего царствованія прославился на весь міръ страданіями и великодушнымъ перенесеніемъ ихъ. Черезъ много тысячъ лѣтъ онъ въ себѣ явилъ древняго прообраза Христова Іова...» (Санъ Францисско, 1994.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ОТЪ АВТОРА (1925)

Николай Алексеевич Соколов «Мнѣ выпало на долю производить разслѣдованіе объ убійствѣ Государя Императора Николая II и его семьи. Въ предѣлахъ права я старался сдѣлать все возможное, чтобы найти истину и соблюсти ее для будущихъ поколѣній. Я не думалъ, что мнѣ самому придется говорить о ней, надѣясь, что ее установитъ своимъ авторитетнымъ приговоромъ русская національная власть. Но суровая дѣйствительность не сулитъ для этого благопріятныхъ условій въ близкомъ будущемъ, а неумолимое время кладетъ на все свою печать забвенія. Я отнюдь не претендую, что мнѣ извѣстны всѣ факты и черезъ нихъ вся истина. Но до сего времени она мнѣ извѣстна болѣе, чѣмъ кому-либо. Скорбныя страницы о страданіяхъ Царя говорятъ о страданіяхъ Россіи. И, рѣшившись нарушить обѣтъ моего профессіональнаго молчанія, я принялъ на себя всю тяжесть отвѣтственности въ сознаніи, что служеніе закону есть служеніе благу народа. Знаю, что въ этомъ изслѣдованіи на многіе вопросы не найдетъ отвѣтовъ пытливый умъ человѣческій: оно по необходимости ограничено, ибо основной его предметъ — убійство. Но потерпѣвшій отъ преступленія — носитель власти верховной, правившій многіе годы однимъ изъ могущественнѣйшихъ народовъ. Какъ и всякій фактъ, оно свершилось въ пространствѣ и времени и, въ частности, въ условіяхъ величайшей борьбы народа за свою судьбу. Оба эти фактора: личность потерпѣвшаго и реальная дѣйствительность, въ условіяхъ которой свершилось преступленіе, придаютъ ему особый характеръ явленія историческаго...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ОБЪ АВТОРѢ (1925)

Николай Алексеевич Соколов «Николай Алексѣевичъ Соколовъ родился въ 1882 году, въ г. Мокшанѣ, Пензенской губерніи. Образованіе свое получилъ въ Пензенской мужской гимназіи, а затѣмъ окончилъ Харьковскій университетъ по юридическому факультету. Служба его по Судебному Вѣдомству протекла преимущественно въ родной ему Пензенской губерніи. Близкій по своему рожденію къ простому народу, Соколовъ прослужилъ среди знакомой ему крестьянской среды, психологію которой онъ тонко понималъ, изучивъ ее въ своей борьбѣ съ преступленіями мужичьяго міра — порой изобилующими комическими сценками, порой переходящими въ темную, тяжелую и кровавую драму. Своей работой и своими талантами Соколовъ создалъ себѣ славу выдающагося слѣдователя не только среди служебныхъ круговъ, но и среди простого народа, который его зналъ и любилъ. Революція застала его въ должности Судебнаго Слѣдователя по важнѣйшимъ дѣламъ. Послѣ большевистскаго переворота Соколовъ переодѣлся крестьяниномъ, ушелъ изъ Пензы и слился съ мужичьей средой. Онъ былъ такъ близокъ къ этому міру, что жизнь въ немъ была ему по сердцу и, какъ онъ часто говорилъ — онъ могъ бы въ немъ остаться. Но долгъ звалъ. Въ Сибири поднималось знамя національной борьбы съ захватчиками власти, и Соколовъ пѣшкомъ пробрался туда. Тамъ его ожидала тяжелая работа. Онъ получилъ назначеніе на должность Судебнаго Слѣдователя по особо важнымъ дѣламъ Омскаго Окружнаго Суда, и ему вскорѣ было поручено слѣдствіе объ убійствѣ Царской Семьи...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


Ѳ. М. ДОСТОЕВСКІЙ. РОМАНЪ "БРАТЬЯ КАРАМАЗОВЫ". КНИГА 4-Я (1904)

Ф. М. Достоевский «Рано утромъ, еще до свѣта, былъ пробужденъ Алеша. Старецъ проснулся и почувствовалъ себя весьма слабымъ, хотя и пожелалъ съ постели пересѣсть въ кресло. Онъ былъ въ полной памяти; лицо-же его было хотя и весьма утомленное, но ясное, почти радостное, а взглядъ веселый, привѣтливый, зовущій. «Можетъ, и не переживу наступившаго дня сего», сказалъ онъ Алешѣ; затѣмъ возжелалъ исповѣдаться и причаститься немедленно. Духовникомъ его всегда былъ отецъ Паисій. По совершеніи обоихъ таинствъ началось соборованіе. Собрались іеромонахи, келья мало по малу наполнилась скитниками. Наступилъ межъ тѣмъ день. Стали приходить и изъ монастыря. Когда кончилась служба, старецъ со всѣми возжелалъ проститься и всѣхъ цѣловалъ. По тѣснотѣ кельи, приходившіе прежде выходили и уступали другимъ. Алеша стоялъ подлѣ старца, который опять пересѣлъ въ кресло. Онъ говорилъ и училъ сколько могъ, голосъ его, хоть и слабый, былъ еще довольно твердъ. «Столько лѣтъ училъ васъ и, стало быть, столько лѣтъ вслухъ говорилъ, что какъ-бы и привычку взялъ говорить, а говоря васъ учить, и до того сіе, что молчать мнѣ почти и труднѣе было-бы чѣмъ говорить, отцы и братія милые, даже и теперь, при слабости моей», — пошутилъ онъ, умиленно взирая на толпившихся около него. Алеша упомнилъ потомъ кое-что изъ того, чтó онъ тогда сказалъ. Но хоть и внятно говорилъ, и хоть и голосомъ достаточно твердымъ, но рѣчь его была довольно несвязна. Говорилъ онъ о многомъ...» (СПб., 1904.) далѣе...


Ѳ. М. ДОСТОЕВСКІЙ. РОМАНЪ "БРАТЬЯ КАРАМАЗОВЫ". КНИГА 3-Я (1904)

Ф. М. Достоевский «Домъ Ѳедора Павловича Карамазова стоялъ далеко не въ самомъ центрѣ города, но и не совсѣмъ на окраинѣ. Былъ онъ довольно ветхъ, но наружность имѣлъ пріятную: одноэтажный, съ мезониномъ, окрашенный сѣренькою краской и съ красною желѣзною крышкой. Впрочемъ, могъ еще простоять очень долго, былъ помѣстителенъ и уютенъ. Много было въ немъ разныхъ чуланчиковъ, разныхъ прятокъ, и неожиданныхъ лѣсенокъ. Водились въ немъ крысы, но Ѳедоръ Павловичъ на нихъ не вполнѣ сердился: «все-же не такъ скучно по вечерамъ, когда остаешься одинъ». А онъ дѣйствительно имѣлъ обыкновеніе отпускать слугъ на ночь во флигель и въ домѣ самъ запирался одинъ на всю ночь. Флигель этотъ стоялъ на дворѣ, былъ обширенъ и проченъ; въ немъ-же опредѣлилъ Ѳедоръ Павловичъ быть и кухнѣ, хотя кухня была и въ домѣ; не любилъ онъ кухоннаго запаха и кушанье приносили черезъ дворъ зимой и лѣтомъ. Вообще домъ былъ построенъ на большую семью, и господъ и слугъ можно было-бы помѣстить впятеро больше. Но въ моментъ нашего разсказа въ домѣ жилъ лишь Ѳедоръ Павловичъ съ Иваномъ Ѳедоровичемъ, а въ людскомъ флигелѣ всего только три человѣка прислуги: старикъ Григорій, старуха Марфа, его жена, и слуга Смердяковъ, еще молодой человѣкъ. Приходится сказать нѣсколько по подробнѣе объ этихъ трехъ служебныхъ лицахъ. О старикѣ Григоріѣ Васильевичѣ Кутузовѣ мы, впрочемъ, уже говорили довольно. Это былъ человѣкъ твердый и неуклонный...» (СПб., 1892.) далѣе...


И. С. ТУРГЕНЕВЪ. ПЕРЕПЕЛКА (1921)

Иван Сергеевич Тургенев «Мнѣ было лѣтъ десять, когда со мной случилось то, что я вамъ сейчасъ разскажу. Дѣло было лѣтомъ. — Я жилъ тогда съ отцомъ на хуторѣ, въ южной Россіи. Кругомъ хутора на нѣсколько верстъ тянулись степныя мѣста. Ни лѣсу, ни рѣки близко не было; неглубокіе овраги, заросшіе кустарникомъ, точно длинныя, зеленыя змѣи, прорѣзали тамъ и сямъ ровную степь. Ручейки сочились по дну этихъ овраговъ; кой-гдѣ, подъ самой кручью, виднѣлись роднички, съ чистой, какъ слеза, водою; къ нимъ вели протоптанныя тропинки — и возлѣ воды, на сырой грязцѣ, перекрещивались слѣды птицъ и мелкихъ звѣрковъ. Имъ хорошая вода такъ же нужна, какъ и людямъ. Отецъ мой былъ страстнымъ охотникомъ; и какъ только не былъ занятъ по хозяйствѵ — и погода стояла хорошая — онъ бралъ ружье, надѣвалъ ягдташъ, звалъ своего стараго Трезора и отправлялся стрѣлять куропатокъ и перепеловъ. Зайцами онъ пренебрегалъ, предоставляя ихъ псовымъ охотникамъ, которыхъ величалъ борзятниками. Другой дичи у насъ не водилось, развѣ вотъ осенью налетали вальдшнепы. Но перепеловъ и куропатокъ было много, особенно куропатокъ. По опушкамъ овраговъ то и дѣло попадались разрытые кружки сухой пыли, мѣстечки гдѣ онѣ копались. Старый Трезоръ тотчасъ дѣлалъ стойку, при чемъ его хвостъ дрожалъ и кожа на лбу сдвигалась складками; а у отца лицо блѣднѣло — и онъ осторожно взводилъ курки. Онъ часто бралъ меня съ собою... большое это было для меня удовольствіе!...» (Берлинъ, 1921.) далѣе...


И. С. ТУРГЕНЕВЪ. О СОЛОВЬЯХЪ (1921)

Иван Сергеевич Тургенев «Лучшими соловьями всегда считались курскіе; но въ послѣднее время они похужѣли; и теперь лучшими считаются соловьи, которые ловятся около Бердичева, на границѣ; тамъ, въ пятнадцати верстахъ за Бердичевымъ, есть лѣсъ, прозываемый Треяцкимъ; отличные тамъ водятся соловьи. Время ихъ ловить — въ началѣ мая. Держатся они больше въ черемушникѣ и мелкомъ лѣсѣ, и въ болотахъ, гдѣ лѣсъ растетъ; болотные соловьи — самые дорогіе. Прилетаютъ они дня за три до егорьева дня; но сначала поютъ тихо, а къ маю въ силу войдутъ, распоются. Выслушивать ихъ надо по зарямъ и ночью, но лучше по зарямъ; иногда приходится всю ночь въ болотѣ просидѣть. Я съ товарищемъ разъ чуть не замерзъ въ болотѣ: ночью сдѣлался морозъ, и къ утру въ блинъ льду на водѣ намерзло; а на мнѣ былъ кафтанишка лѣтній, плохенькій; только тѣмъ и спасся, что между двухъ кочекъ свернулся, кафтанъ снялъ, голову закуталъ и дыхалъ себѣ на пузо подъ кафтаномъ: цѣлый день потомъ зубами стучалъ. Ловить соловья дѣло не мудреное: нужно сперва хорошенько выслушать, гдѣ онъ держится, а тамъ точекъ на землѣ расчистить поладнѣе возлѣ куста, разставить тайникъ и самку пришпорить, за обѣ ножки привязать, а самому спрятаться да присвистывать дудочкой: такая дудочка дѣлается, въ родѣ пищика. А тайничокъ небольшой изъ сѣтки дѣлается — съ двумя дужками; одну дужку крѣпко къ землѣ приспособить надо, а другую только приткнуть — и бечевку къ ней привязать; соловей сверху какъ слетитъ...» (Берлинъ, 1921.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. О ЧУДѢ. (ЛИЧНЫЯ ПЕРЕЖИВАНІЯ) (1936)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Мы говорили о вѣрѣ въ Бога и молитвѣ. Мой собесѣдникъ, человѣкъ еще не старый, ему не было пятидесяти, очень образованный, даже ученый, — математикъ и химикъ, по корнямъ своимъ глубоко Русскій и изъ очень когда-то вѣрующей семьи, — но теперь — "европеецъ", преклоняющійся передъ западной культурой, матеріалистъ, безбожникъ, — посмотрѣлъ на меня испытующе чрезъ громадные круглые очки въ черной толстой оправѣ и медленно, раздѣльно произнося каждое слово, сказалъ: "Я повѣрилъ-бы въ Бога и, пожалуй, вернулся-бы въ Церковь только тогда, когда увидалъ-бы чудо, своими глазами увидалъ нѣчто, необъяснимое наукой". — "Но развѣ уже самый фактъ вашей жизни и все то, что окружаетъ васъ, весь этотъ вещный міръ, — не самое удивительное чудо?" — сказалъ я. Мой собесѣдникъ пожалъ плечами. Онъ откусилъ гильотинкой кончикъ дорогой сигары и сталъ медленно раскуривать её. Передъ нами былъ столъ, уставленный дорогими винами. Въ маленькой рюмкѣ какого-то особеннаго, драгоцѣннаго хрусталя, на тонкой высокой ножкѣ, похожей на цвѣтокъ тюльпана на длинномъ стеблѣ искрился золотыми огнями великолѣпный коньякъ. Глаза моего собесѣдника съузились за толстыми стеклами очковъ, саркастическая, самодовольная улыбка скривила его губы, и онъ сказалъ, уже не скрывая своего превосходства ученаго матеріалиста передо мною, жалкимъ вѣрующимъ невѣждой. — "Все это создано руками человѣка, а все то, изъ чего это создано есть результатъ химическихъ процессовъ, длящихся многими вѣками и хорошо людьми изученныхъ. А мнѣ нужно — чудо"...» (Владимірова, 1936.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ОТЪ ДВУГЛАВАГО ОРЛА..." ТОМЪ I-Й, Ч. 1-Я, ГЛ. 71-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Извозчикъ, привезшій Коржикова, стоялъ у подъѣзда. Измученная лошадь дымила на дождѣ густымъ паромъ, извозчикъ въ мокрой глянцевой клеенчатой накидкѣ ходилъ подлѣ. — "Какъ хотите, баринъ", — заговорилъ онъ, когда Коржиковъ указалъ Саблину на извозчика, — "а дальше я не поѣду. Вишь, лошадь совсѣмъ заморилась. Куда же! Нѣтъ, увольте!" — "Да вы довезите меня хотя до перваго извозчика. Я полтинникъ прибавлю", — сказалъ Коржиковъ. — "И, ради Бога, скорѣе!.." Они сѣли и поѣхали. Оба молчали. Саблина стѣсняло его новое, сизаго цвѣта элегантное пальто, цвѣтная яркая фуражка и весь его холеный видъ рядомъ съ этимъ потертымъ рыжимъ человѣкомъ, забившимся въ уголъ пролетки. Они перемѣнили извозчика, сѣли безъ торга за три рубля и покатили дальше. Между спиной извозчика и верхомъ пролетки былъ виденъ мокрый Невскій. Было сумрачно отъ тучъ, троттуары чернѣли длинными вереницами зонтиковъ, впереди блестѣли мокрыя пролетки съ поднятыми верхами. Они обогнали конки, стоявшія на разъѣздѣ. Саблину почему-то особенно примѣтились потныя сѣрыя лошади со всклокоченной шерстью, тяжело поводившія боками. Навстрѣчу, звеня и громыхая, неслись три другихъ вагона, и маленькія, прочно сбитыя, плотныя лошади съ облипшей шерстью громко цокали подковами по мокрымъ булыжникамъ. У Николаевскаго вокзала ихъ объѣзжали громадныя черныя съ жолтымъ платформы, запряженныя четверками отличныхъ сытыхъ лошадей...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


Н. В. ГОГОЛЬ. ЗАКОЛДОВАННОЕ МѢСТО (1921)

Николай Васильевич Гоголь «Ей-Богу, уже надоѣло разсказывать! Да чтó вы думаете? Право, скучно: разсказывай, да и разсказывай, и отвязаться нельзя! Ну, извольте, я разскажу, только, ей-ей, въ послѣдній разъ. Да, вотъ вы говорили насчетъ того, что человѣкъ можетъ совладать, какъ говорятъ, съ нечистымъ духомъ. Оно, конечно, то-есть, если хорошенько подумать, бываютъ на свѣтѣ всякіе случаи... Однакожъ, не говорите этого: захочетъ обморочить дьявольская сила, то обморочитъ; ей-Богу, обморочитъ!... Вотъ извольте видѣть: насъ всѣхъ у отца было четверо; я тогда былъ еще дурень, всего мнѣ было лѣтъ одиннадцать... такъ нѣтъ же, не одиннадцать: я помню какъ теперь, когда разъ побѣжалъ-было на четверенькахъ и сталъ лаять по-собачьи, батько закричалъ на меня, покачавъ головою: «Эй, Ѳома, Ѳома! тебя женить пора, а ты дурѣешь, какъ молодой лошакъ!» Дѣдъ былъ еще тогда живъ и на ноги, — пусть ему легко икнется на томъ свѣтѣ, — довольно крѣпокъ. Бывало, вздумаетъ... Да чтожъ этакъ разсказывать? Одинъ выгребаетъ изъ печки цѣлый часъ уголь для своей трубки, другой зачѣмъ-то побѣжалъ за комору. Чтó въ самомъ дѣлѣ!... Добро бы поневолѣ, а то вѣдь сами же напросились... Слушать, такъ слушать! Батько еще въ началѣ весны повезъ въ Крымъ на продажу табакъ; не помню только, два или три воза снарядилъ онъ; табакъ былъ тогда въ цѣнѣ. Съ собою взялъ онъ трехгодового брата — пріучать заранѣе чумаковать; насъ осталось: дѣдъ, мать, я, да братъ, да еще братъ. Дѣдъ засѣялъ баштанъ на самой дорогѣ...» (Берлинъ, 1921.) далѣе...


Н. В. ГОГОЛЬ. ИВАНЪ ѲЕДОРОВИЧЪ ШПОНЬКА И ЕГО ТЕТУШКА (1921)

Николай Васильевич Гоголь «Съ этой исторіей случилась исторія: намъ разсказывалъ ее пріѣзжавшій изъ Гадяча Степанъ Ивановичъ Курочка. Нужно вамъ знать, что память у меня, невозможно сказать, чтó за дрянь: хоть говори, хоть не говори, все одна. То же самое, что въ рѣшето воду лей. Зная за собою такой грѣхъ, нарочно просилъ его списать ее въ тетрадку. Ну, давай Богъ ему здоровья, человѣкъ онъ былъ всегда добрый для меня, взялъ и списалъ. Положилъ я ее въ маленькій столикъ; вы, думаю, его хорошо знаете; онъ стоитъ въ углу, когда войдешь въ дверь... Да, я и позабылъ, что вы у меня никогда не были. Старуха моя, съ которой живу уже лѣтъ тридцать вмѣстѣ, грамотѣ сроду не училась, — нечего и грѣха таить. Вотъ, замѣчаю я, что она пирожки печетъ на какой-то бумагѣ. Пирожки она, любезные читатели, удивительно хорошо печетъ; лучшихъ пирожковъ вы нигдѣ не будете ѣсть. Посмотрѣлъ какъ-то на сподку пирожка — смотрю: писанныя слова. Какъ будто сердце у меня знало: прихожу къ столику — тетрадки и половины нѣтъ! Остальные листки всѣ растаскала на пироги! Чтó прикажешь дѣлать? на старости лѣтъ не подраться же! Прошлый годъ случилось проѣзжать чрезъ Гадячъ; нарочно еще, не доѣзжая города, завязалъ узелокъ, чтобы не забыть попросить объ этомъ Степана Ивановича. Этого мало: взялъ обѣщаніе съ самого себя: какъ только чихну въ городѣ, то чтобы при этомъ вспомнить о немъ. Все напрасно. Проѣхалъ чрезъ городъ, и чихнулъ, и высморкался въ платокъ, а все позабылъ...» (Берлинъ, 1921.) далѣе...


2-Й ВСЕЗАРУБ. СОБОРЪ 1938 Г. ДОКЛАДЪ ГР. Ю. П. ГРАББЕ (1939)

Епископ Вашингтонский Григорий (Граббе) «При обозрѣніи взаимоотношеній съ автокефальными Церквами, мы видѣли, что, если не считать гоненій претерпѣваемыхъ въ Россіи, больше всего скорбей наша Русская Церковь за послѣдніе годы претерпѣла отъ той Церкви, которая нѣкогда была намъ Церковью-Матерью, отъ которой мы получили свою вѣру и которой въ теченіе вѣковъ Русская Церковь такъ много помогала. Оказавъ Русскимъ изгнанникамъ сначала отеческое покровительство, Вселенскіе Патріархи, въ своемъ стремленіи къ проведенію модернизма, встрѣтили противодѣйствіе зарубежной русской Іерархіи и, измѣнивъ къ ней свое отношеніе, стали оспаривать законность Архіерейскаго Сѵнода. Но еще хуже то, что сдѣлано Константинополемъ въ отношеніи Патріарха Тихона въ самую трудную для него минуту, когда онъ вправѣ былъ разсчитывать на помощь старѣйшаго іерарха Православной Церкви. Въ стремленіи къ власти надъ всей діаспорой Вселенская Патріархія совершила рядъ беззаконныхъ захватовъ достоянія Русской Церкви. Наряду съ такимъ отношеніемъ Константинополя, нельзя не отмѣтить съ живымъ чувствомъ благодарности знаки любви и помощи, которые видѣла Зарубежная Церковь со стороны другихъ автокефальныхъ Церквей и особенно со стороны Сербской, Антіохійской и Болгарской. Поскольку дѣйствія Константинополя не могутъ не вызывать нашихъ самыхъ энергичныхъ протестовъ, постольку другія Церкви заслуживаютъ выраженія имъ нашей благодарности за всѣ тѣ знаки любви, которые ими были проявлены къ Русской Церкви...» (Бѣлградъ, 1939.) далѣе...


ПОМѢСТНЫЙ СОБОРЪ 1917-1918 ГГ. ДѢЯНІЕ 28-Е (21 ОКТЯБРЯ 1917 Г.)

Печать Всероссийского Поместного Собора 1918 года «Съ 12 марта с. г. на нашихъ глазахъ въ Закавказьѣ совершается небывалое явленіе. Грузины провозгласили независимой свою Церковь. Доселѣ ни Св. Сѵнодъ, ни Священный Соборъ не сказали своего рѣшающаго голоса по сему поводу. Расцвѣтъ и завершеніе этого дѣла созданы подъ покровительствомъ Временнаго Правительства во всей полнотѣ входящихъ въ эту исторію явленій. Грузинская церковь достигла своей цѣли и получила всю видимость самостоятельной церкви и уже избрала патріарха, который не только утвержденъ Временнымъ Правительствомъ, но и коронованъ. Мы, представители русскаго православнаго населенія, не стали бы забѣгать впередъ среди неоконченнаго нашего большого вопроса, который стоитъ у Собора на очереди, чтобы безпокоить васъ нашимъ мѣстнымъ вопросомъ. Но настоятельная необходимость неотложно заставляетъ обратиться къ Собору. Дѣло въ томъ, что Временное Правительство неоднократно чрезъ своихъ представителей насъ увѣряло, что оно приметъ всѣ мѣры къ тому, чтобы при полученіи Грузинской церковью самостоятельности не были затронуты, не потерпѣли ущерба интересы Русской Церкви. Мы въ то же время терпѣливо ждали, когда нашъ вопросъ будетъ разрѣшенъ и наши интересы будутъ защищены въ Священномъ Соборѣ. Закономъ 25 іюня Временное Правительство постановило образовать изъ грузинъ и русскихъ особую Государственную Комиссію, чтобы выработать предположеніе о выдѣленіи церковныхъ учрежденій...» (Пг., 1918.) далѣе...


С. М. СОЛОВЬЕВЪ. «УЧЕБНАЯ КНИГА РУССКОЙ ИСТОРІИ». ГЛАВА 52-Я (1880)

Император Александр I Павлович «Въ манифестѣ о возшествіи своемъ на престолъ императоръ Александръ объявилъ, что «принимаетъ обязанность управлять по законамъ и по сердцу Екатерины II-й, шествовать по ея премудрымъ намѣреніямъ». Немедленно же изданъ былъ указъ о свободномъ пропускѣ за границу иностранцевъ и Русскихъ, какъ было до 1796 года; потомъ о возстановленіи дворянской грамоты и городоваго положенія, т. е. отмѣнено тѣлесное наказаніе относительно дворянъ и гильдейскихъ гражданъ; объ освобожденіи отъ тѣлеснаго наказанія священниковъ и дьяконовъ; объ освобожденіи въ селахъ прихожанъ отъ обязанности обработывать церковныя земли, ибо эта новая повинность разрываетъ между прихожанами и духовенствомъ союзъ мира и любви; уничтожены цензурныя постановленія предшествовавшаго царствованія, позволено каждому заводить типографіи, какъ было при Екатеринѣ, а разсматриваніе книгъ возложено на гражданскихъ губернаторовъ, которые употребляютъ къ тому директоровъ народныхъ училищъ. Указомъ 2 апрѣля 1801 года уничтожена была Тайная экспедиція; дѣла ея велѣно вѣдать въ 1 и 5 департаментахъ Сената. 20 февраля 1803 года указъ объ отпускѣ помѣщиками крестьянъ на волю по заключеніи условій; крестьяне и селенія, освобождаемые помѣщиками съ землею, образуютъ особенное состояніе свободныхъ хлѣбопашцевъ; первый объявилъ желаніе отпустить крестьянъ графъ Сергѣй Румянцевъ. И Александръ въ началѣ своего царствованія долженъ былъ издать такой же указъ, какъ и Екатерина...» (М., 1880.) далѣе...


С. М. СОЛОВЬЕВЪ. «УЧЕБНАЯ КНИГА РУССКОЙ ИСТОРІИ». ГЛАВА 51-Я (1880)

Император Александр I Павлович «Новый императоръ Александръ I спѣшилъ остановить войну съ Англіею, не нарушая мира съ Франціею. Но миръ не могъ быть продолжителенъ: первый консулъ Бонапартъ провозгласилъ себя императоромъ, и рядомъ побѣдъ и завоеваній хотѣлъ утвердить новую династію среди воинственнаго народа, взволнованнаго революціею. Россія, отдаленная отъ Франціи обширными пространствами средней Европы, могла бороться съ нею по примѣру, указанному въ предшествовавшее царствованіе, т. е. поддерживая войсками своими сосѣднія державы, Австрію и Пруссію, въ постоянномъ союзѣ съ Англіею. Главная причина неуспѣха двухъ первыхъ войнъ состояла именно въ томъ, что Россія должна была поддерживать эти державы порознь. Въ 1805 году она поддерживала одну Австрію, потому что Пруссія никакъ не согласилась вступить въ союзъ. Австрійцы, вслѣдствіе своихъ неловкихъ распоряженій, положили оружіе при Ульмѣ; вспомогательное русское войско, находившееся подъ начальствомъ Кутузова, должно было отступать отъ Инна въ Моравію, отбиваясь отъ напиравшаго непріятеля; аустерлицкое пораженіе завершило несчастную кампанію: Австрія должна была заключить миръ въ Пресбургѣ на тяжелыхъ условіяхъ. Пруссія, сдѣлавши одну ошибку, не присоединившись къ союзу въ благопріятное время, спѣшила сдѣлать другую: раздраженная тѣмъ, что Наполеонъ не хотѣлъ уважать государство, которое не умѣло показывать себя ни сильнымъ и рѣшительнымъ врагомъ, ни преданнымъ другомъ...» (М., 1880.) далѣе...


А. С. ПУШКИНЪ. "ПОВѢСТИ БѢЛКИНА". МЕТЕЛЬ (1921)

Александр Сергеевич Пушкин «Въ концѣ 1811 года, въ эпоху намъ достопамятную, жилъ въ своемъ помѣстьѣ Ненарадовѣ добрый Гаврила Гавриловичъ Р***. Онъ славился во всемъ округѣ гостепріимствомъ и радушіемъ; сосѣди поминутно ѣздили къ нему поѣсть, попить, поиграть по пяти копѣекъ въ бостонъ съ его женою, Прасковьей Петровною, а нѣкоторые для того, чтобъ поглядѣть на дочку ихъ, Марью Гавриловну, стройную, блѣдную, и семнадцатилѣтнюю дѣвицу. Она считалась богатой невѣстою, и многіе прочили ее за себя или, за сыновей. Марья Гавриловна была воспитана на французскихъ романахъ и, слѣдственно, была влюблена. Предметъ, избранный ею, былъ бѣдный армейскій прапорщикъ, находившійся въ отпуску въ своей деревнѣ. Само по себѣ разуртвется, что молодой человѣкъ, пылалъ равною страстію, и что родители его любезной, замѣтя ихъ взаимную склонность, запретили дочери о немъ и думать, а, его принимали, хуже, нежели отставнаго засѣдателя. Наши влюбленные были въ перепискѣ, и всякій день видались наединѣ въ сосновой рощѣ или у старой часовни. Тамъ они клялись другъ другу въ вѣчной любви, сѣтовали на судьбу и дѣлали раздичныя предположенія. Переписываясь и разговаривая такимъ образомъ, они (что весьма естественно) дошли до слѣдующдго разсужденія: если мы другъ безъ друга дышать не можемъ, а воля жестокихъ родителей препятствуетъ нашему благополучію, то нельзя ли намъ будетъ обойтись безъ нея? Разумѣется, что эта счастливая мысль пришла, сперва въ голову молодому человѣку...» (Берлинъ, 1921.) далѣе...


А. С. ПУШКИНЪ. "ПОВѢСТИ БѢЛКИНА". ВЫСТРѢЛЪ (1921)

Александр Сергеевич Пушкин «Мы стояли въ мѣстечкѣ ***. Жизнь армейскаго офицера извѣстна. Утромъ ученье, манежъ; обѣдъ у полковаго командира или въ жидовскомъ трактирѣ; вечеромъ пуншъ и карты. Въ *** не было ни одного открытаго дома, ни одной невѣсты; мы собирались другъ у друга, гдѣ, кромѣ своихъ мундировъ, не видали ничего. Одинъ только человѣкъ принадлежалъ нашему обществу, не будучи военнымъ. Ему было около тридцати пяти лѣтъ, и мы за то почитали его старикомъ. Опытность давала ему передъ нами многія преимущества; къ тому же его обыкновенная угрюмость, крутой нравъ и злой языкъ имѣли сильное вліяніе на молодые наши умы. Какая-то таинственность окружала его судьбу; онъ казался русскимъ, а носилъ иностранное имя. Нѣкогда онъ служилъ въ гусарахъ, и даже счастливо; никто не зналъ причины, побудившей его выйти въ отставку и поселиться въ бѣдномъ мѣстечкѣ, гдѣ жилъ онъ вмѣстѣ и бѣдно и расточительно: ходилъ вѣчно пѣшкомъ, въ изношенномъ черномъ сюртукѣ, а держалъ открытый столъ для всѣхъ офицеровъ нашего полка. Правда, обѣдъ его состоялъ изъ двухъ или трехъ блюдъ, изготовленныхъ отставнымъ солдатомъ, но шампанское лилось притомъ рѣкою. Никто не зналъ ни его состоянія, ни его доходовъ, и никто не осмѣливался о томъ его спрашивать. У него водились книги, большею частію военныя, да романы. Онъ охотно давалъ ихъ читать, никогда не требуя ихъ назадъ; за то никогда не возвращалъ хозяину книги, имъ занятой. Главное упражненіе его состояло въ стрѣльбѣ изъ пистолета...» (Берлинъ, 1921.) далѣе...


ГЕН.-МАІОРЪ М. М. ЗИНКЕВИЧЪ. "ОСНОВАНІЕ И ПУТЬ ДОБРОВОЛЬЧЕСКОЙ АРМІИ" (СОФІЯ, 1930)

Генерал-майор Михаил Михайлович Зинкевич «Большевики докончивъ дѣло Временнаго Правительства по развалу Императорской Арміи, вычеркнувъ слово Россія, предавая ея интересы на каждомъ шагу, потворствуя низкимъ инстинктамъ массъ, превратили великую страну въ тьму насилія, возведеннаго въ законъ, въ свободу убійствъ, грабежей, надругательствъ надъ всѣмъ святымъ. И это во имя свободы, во имя человѣческихъ правъ! Все культурное, все, что имѣло связь съ великимъ прошлымъ подлежало просто истребленію. Слово «патріотъ» сдѣлано смѣшнымъ, враждебнымъ. И естественна спѣшка, съ которой большевики вели наступленіе противъ неожиданно выросшаго очага борьбы съ ними въ видѣ Добровольческой Арміи. Наступленіе велось на Новочеркасскъ и Ростовъ со всѣхъ сторонъ вновь сформированными красными частями. 1-го января большевики заняли Батайскъ, 9-го января, прикрывавшіе Ростовъ, наши части были оттѣснены къ самому Ростову. Городъ обстрѣливался артиллерійскимъ огнемъ съ разныхъ сторонъ, въ томъ числѣ и съ юга, со стороны Батайска. Въ этотъ день ген. Корниловъ отдалъ приказъ отходить за Донъ, въ станицу Ольгинскую. Съ наступленіемъ темноты 9-го февраля 1918 года Добровольческая Армія въ составѣ всего около 4.000 человѣкъ выступила на востокъ, въ направленіи на станицу Аксайскую...» (Софія, 1930.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ШАНХАЙСКІЙ († 1966 Г.). ПРОИСХОЖДЕНІЕ ЗАКОНА О ПРЕСТОЛОНАСЛѢДІИ ВЪ РОССІИ

Святитель Иоанн (Максимович), архиепископ Шанхайский и Сан-Францисский «Въ началѣ 1925 года Блаженнѣйшій Митрополитъ Антоній поручилъ мнѣ, проходившему тогда Богословскій факультетъ Бѣлградскаго Университета, составить докладъ О происхожденіи закона о престолонаслѣдіи въ Россіи для выясненія того, насколько данный законъ соотвѣтствуетъ духу русскаго народа и вытекаетъ изъ его исторіи. Получивъ благословеніе отъ Владыки Митрополита и имѣя горячее желаніе точно освѣтить вопросъ, я приступилъ къ работѣ въ день памяти св. Филиппа, Митрополита Московскаго, 9-го января 1925 года и закончилъ таковую 14-го августа того же года, въ канунъ праздника Успенія Богородицы — храмового дня Московскаго Успенскаго Собора и Кіево-Печерской Лавры, имѣвшихъ величайшее значеніе въ исторіи русскаго народа. Вмѣсто короткой докладной записки получилось довольно большое изслѣдованіе, содержаніе котораго было мною изложено тогда въ краткой статьѣ, напечатанной въ Бѣлградѣ. Самый же трудъ въ цѣломъ не былъ напечатанъ до сего времени. Ввиду просьбы о его напечатаніи призываю Божіе благословеніе на его изданіе, желая, чтобы читающіе его почерпнули себѣ пользу и назиданіе...» (Шанхай, 1936.) далѣе...


В. ПЕРЕМИЛОВСКІЙ. НОВОЕ ИЛИ СТАРОЕ ПРАВОПИСАНІЕ?

Герб Российской Империи «Было на Руси время, когда по одному бѣглому взгляду на письмо можно было почти безошибочно опредѣлить, какой политической оріентаціи держится пишущій. Такимъ знакомъ и признакомъ въ нашемъ письмѣ служили «твердый знакъ», «еръ» и «ять». Писалъ человѣкъ безъ ера и ятя, и можно было поручиться, что у этого человѣка «идеи въ головѣ». Это былъ настолько вѣрный знакъ и признакъ, что имъ руководствовались и тѣ, «кому вѣдать надлежитъ». — Не даромъ вѣдь всѣ студенты и курсистки — этотъ авангардъ революціи въ старое время — писали безъ ятя и ера, а наиболѣе радикально настроенные — даже безъ еря въ концѣ словъ! Не даромъ также и твердая власть такъ ревниво оберегала неприкосновенность «твердаго знака»! А въ сущности, ни той, ни другой сторонѣ никакого дѣла не было до самого твердаго знака: и для однихъ и для другихъ это былъ не «твердый знакъ», какъ таковой, какъ элементъ русскаго правописанія, — это былъ только условный знакъ извѣстнаго политическаго міросозерцанія, за которое стояли одни, разрушить которое старались другіе. Что это именно такъ и было, можно привести факты...» (Jordanville, 1962) далѣе...


П. М. ВАСИЛЬЕВЪ. РУССКАЯ ИЛИ СОВѢТСКАЯ ОРѲОГРАФІЯ?

Страница из азбуки в картинках Бенуа «Существуетъ нѣсколько различныхъ мнѣній по этому вопросу. Одни утверждаютъ, что упрощенная совѣтская орѳографія, къ которой уже привыкло цѣлое поколѣніе, должна быть принята всѣми, кто такъ или иначе соприкасается, по своей дѣятельности, съ народными массами. Другіе, въ томъ числѣ нѣкоторые видные ученые зарубежья и даже Совѣтскаго Союза, считаютъ, что реформа сдѣлана слишкомъ поспѣшно и ненаучно. Наконецъ, третьи, отмѣчая ошибки и даже нелѣпости совѣтской орѳографіи, вносятъ свои собственныя поправки, создавая, такимъ образомъ, «среднюю» орѳографію, не отвѣчающую вполнѣ ни старой, ни новой. Къ характеристикѣ этого послѣдняго направленія и его оправданія приводимъ слѣдующіе примѣры. Ни одинъ, говорятъ они, мыслящій человѣкъ не станетъ писать слово «Богъ» съ маленькой буквы, какъ это принято въ совѣтской грамматикѣ. Твердый знакъ «ъ» — нѣкоторые упраздняютъ въ концѣ слова ради экономіи мѣста, но сохраняютъ его тамъ, гдѣ совѣтское правописаніе ставитъ апострофъ...» («Православная жизнь». Jordanville, 1987) далѣе...

Просьба о молитвенной поддержкѣ

Просимъ молитвъ нашихъ читателей о здравіи и спасеніи рабовъ Божіихъ, Евгенія, Алексѣя, Александра, Александра, Александра, Анны, Татіаны, чьими трудами созданъ и поддерживается нашъ порталъ.

Нашъ баннеръ

Мы будемъ благодарны если вы установите на своемъ сайтѣ нашъ баннеръ:

Баннеръ Размѣры Кодъ баннера
88 x 31 <!--russportal.ru-->
<a href=http://www.russportal.ru><img src=http://www.russportal.ru/image/russportal88x31.gif width="88" height="31" border=0 title='Тексты в старой или царской орфографии'></a>
<!--russportal.ru-->
Наверхъ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.