Церковный календарь
Новости


2018-07-17 / russportal
С. Павловъ. Екатеринбургское злодѣяніе 17-го іюля 1918 года (1947)
2018-07-16 / russportal
В. К. Абданкъ-Коссовскій. Страшная годовщина 17 іюля 1918 г. (1942)
2018-07-16 / russportal
Поиски отвѣта на вопросъ о судьбѣ останковъ Царской Семьи (1995)
2018-07-15 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 1-я. Глава 38-я (1922)
2018-07-15 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 1-я. Глава 37-я (1922)
2018-07-15 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 1-я. Глава 36-я (1922)
2018-07-15 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 1-я. Глава 35-я (1922)
2018-07-15 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 16-я (1925)
2018-07-15 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 15-я (1925)
2018-07-14 / russportal
И. А. Ильинъ. "Путь духовнаго обновленія". Гл. 4-я. Разд. 4-й (1962)
2018-07-14 / russportal
И. А. Ильинъ. "Путь духовнаго обновленія". Гл. 4-я. Разд. 3-й (1962)
2018-07-14 / russportal
И. А. Ильинъ. "Путь духовнаго обновленія". Гл. 4-я. Разд. 2-й (1962)
2018-07-14 / russportal
И. А. Ильинъ. "Путь духовнаго обновленія". Гл. 4-я. Разд. 1-й (1962)
2018-07-13 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О блаженныхъ мѣстахъ (1897)
2018-07-13 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О блаженныхъ обителяхъ (1897)
2018-07-13 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 1-я. Глава 34-я (1922)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 18 iюля 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 9.
Русскій Порталъ

Нашъ порталъ содержитъ тексты въ старой, или «царской» орѳографіи.

ПОРТАЛЪ ОСНОВАНЪ 1 СЕНТЯБРЯ 2005 г. (14 СЕНТЯБРЯ 2005 г. н. ст.) ВЪ ДЕНЬ ЦЕРКОВНАГО НОВОЛѢТІЯ.

О русскомъ правописаніи

Иван Александрович ИльинДивное орудіе создалъ себѣ русскій народъ, — орудіе мысли, орудіе душевнаго и духовнаго выраженія, орудіе устнаго и письменнаго общенія, орудіе литературы, поэзіи и театра, орудіе права и государственности, — нашъ чудесный, могучій и глубокомысленный русскій языкъ. Всякій иноземный языкъ будетъ имъ уловленъ и на немъ выраженъ; а его уловить и выразить не сможетъ ни одинъ. Онъ выразитъ точно — и легчайшее, и глубочайшее; и обыденную вещь, и религіозное пареніе; и безысходное уныніе, и беззавѣтное веселье; и лаконическій чеканъ, и зримую деталь, и неизреченную музыку; и ѣдкій юморъ, и нѣжную лирическую мечту...

А новое поколѣніе его не уберегло... Не только тѣмъ, что наполнило его неслыханно-уродливыми, «глухонѣмыми», безсмысленными словами, слѣпленными изъ обломковъ и обмылковъ революціонной пошлости, но еще особенно тѣмъ, что растерзало, изуродовало и снизило его письменное обличіе. И эту искажающую, смыслъ-убивающую, разрушительную для языка манеру писать — объявило «новымъ» «право-писаніемъ»... [Сіе-то] криво-писаніе погубило драгоцѣнную языковую работу цѣлыхъ поколѣній: оно сдѣлало все возможное, чтобы напустить въ русскій языкъ какъ можно больше безсмыслицы и недоразумѣній. И русскій народъ не можетъ и не долженъ мириться со вторженіемъ этого варварскаго упрощенія… (И. А. Ильинъ)

Анонсы обновленій

С. ПАВЛОВЪ. ЕКАТЕРИНБУРГСКОЕ ЗЛОДѢЯНІЕ 17-ГО ІЮЛЯ 1918 ГОДА (1947)

Святой Царь-Мученик Николай II Александрович «Россійская революція началась «безкровно» по выраженію нѣкоторыхъ членовъ Временнаго Правительства, всего лишь убійствомъ жандармовъ, полицейскихъ, и самосудомъ надъ царскими офицерами и чиновниками. Въ тѣ времена жертвы революціи ограничивались десятками, сотнями. Убійство Царской Семьи послужило какъ бы сигналомъ къ массовому террору. Неслыханное преступленіе развязало революціонную совѣсть, поправъ послѣднее сдерживающее начало. Въ ту ночь въ подвалѣ Ипатьевскаго дома звѣрски былъ убитъ не только Царь со своей Семьей, не только Властелинъ одной шестой, — пулями интернациональныхъ преступниковъ была уничтожена Правда и Честь Россійской націи. Въ ту ночь порвалось послѣднее звено, связующее русскаго человѣка съ Божественнымъ Началомъ и Совѣстью міра. Тогда стало все дозволеннымъ, рухнули всѣ моральныя преграды. И полилась безъ удержу русская безвинная кровь. Не сотни, а милліоны жертвъ...... «Мнѣ отмщеніе и Азъ воздамъ»... Въ первомъ часу утра 17-го іюля комендантъ дома комиссаръ Юровскій самъ лично разбудилъ Царскую Семью. Онъ сказалъ Царю: «На домъ готовится нападеніе и я васъ долженъ перевести въ нижнія комнаты». Приблизительно черезъ часъ вся Царская Семья, докторъ Боткинъ, Демидова и двое слугъ встали, умылись и одѣлись, — такъ показалъ на слѣдствіи, пойманный занявшими городъ Екатеринбургъ Бѣлыми войсками, бывшій старшій охранникъ Павелъ Медвѣдевъ. "Во второмъ часу ночи вышли изъ своихъ комнатъ"...» («Часовой». Парижъ, 1947.) далѣе...


В. К. АБДАНКЪ-КОССОВСКІЙ. СТРАШНАЯ ГОДОВЩИНА 17 ІЮЛЯ 1918 Г. (1942)

Святой Царь-Мученик Николай II Александрович «Среди черныхъ страницъ, вписанныхъ большевиками въ исторію человѣчества, есть одна наиболѣе страшная, передъ которой блѣднѣютъ всѣ прочія. Эта страница повѣствуетъ о томъ, какъ въ ночь съ 16 на 17 іюля 1918 года въ Екатеринбургѣ были звѣрски замучены русскій самодержецъ и его семья. Пройдутъ годы, придутъ намъ на смѣну новыя поколѣнія, но отвратительное злодѣяніе въ подвалѣ ипатьевскаго дома не перестанетъ потрясать наше воображеніе, и образъ замученнаго царя и его семьи будетъ вѣчно жить въ русскомъ народѣ, какъ символъ неслыханныхъ страданій и униженій нашей родины. Семнадцать долгихъ мучительныхъ мѣсяцевъ шла царская семья по тернистому пути къ своей Голгоѳѣ. Государь зналъ, что онъ станетъ жертвой, но грядущая смерть не страшила его. Въ его душѣ къ горячей и искренней вѣрѣ примѣшивалось какое то чувство обреченности, въ чемъ онъ самъ сознавался: «Нѣтъ той жертвы, которую я не принесъ бы во имя дѣйствительнаго блага и для спасенія Россіи», говорилъ онъ неоднократно. Но русскому народу не нужна была эта жертва. Она потребовалась другимъ, изступленнымъ врагамъ нашей родины, и жизнь царственныхъ мучениковъ оборвалась чужими руками. Было за полночь, когда главный организаторъ убійства, Янкель Юровскій, принялся за дѣло. Узники спали глубокимъ сномъ. Юровскій разбудилъ ихъ и приказалъ одѣваться, чтобы покинуть городъ, которому, будто бы угрожала опасность. Царская семья спустилась въ нижній полуподвальный этажъ...» («Парижскій Вѣстникъ». Парижъ, 1942.) далѣе...


ПОИСКИ ОТВѢТА НА ВОПРОСЪ О СУДЬБѢ ОСТАНКОВЪ ЦАРСКОЙ СЕМЬИ (1995)

Святые Царственные Мученики «На протяженіи болѣе 70 лѣтъ въ эмиграціи распространено никакъ убѣдительно не опровергнутое мнѣніе о томъ, что голова послѣдняго Императора была послѣ его убійства отдѣлена отъ тѣла и доставлена въ Москву. Если это было такъ, то возникаетъ вопросъ, какъ черепъ, приписываемый Николаю II, могъ оказаться въ захороненіи, найденномъ подъ Екатеринбургомъ. Въ такомъ случаѣ нельзя исключить, что черепъ — если онъ дѣйствительно принадлежитъ покойному Императору — не былъ найденъ тамъ Рябовымъ, а по чьему-то указанію — положенъ туда. По аналогіи тогда можно предположить, что и другіе костные останки были подложены туда въ 1979-80 г.г. подъ видомъ возвращенія въ могилу ранѣе вынутыхъ костей, чтобы затѣмъ инсценировать обрѣтеніе останковъ въ іюлѣ 1991 г. Вызываетъ вопросъ и наличіе поврежденій лицевыхъ костей, что стало примѣняться къ трупамъ погибшихъ заключенныхъ въ совѣтскихъ концлагеряхъ много позже времени убійства царской семьи. Если вѣрить любой изъ трехъ опубликованныхъ версій т. н. показаній «Юровскаго», то для сокрытія останковъ въ «поросенковомъ логу» на Коптяковской дорогѣ оставалось слишкомъ мало времени. Болѣе того, выходитъ, что эта операція проводилась не только уже послѣ разсвѣта, но и на виду у многочисленныхъ путниковъ, собравшихся у переѣзда № 184 (около разъѣзда № 120 по Горнозаводской линіи ж. д.) въ связи съ документированнымъ фактомъ перекрытія Коптяковской дороги для сокрытія "похоронной операціи"...» («Русское Возрожденіе». Нью Іоркъ; Москва; Парижъ, 1995.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 38-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «И теперь, одѣваясь къ свадьбѣ, онъ опять испытывалъ тоже умиленное настроеніе и не думалъ о томъ, что будетъ послѣ свадьбы. Духовный свѣтъ радости пронизывалъ его тѣло и душа веселилась въ немъ. Дѣйствительно таинство его ожидало. Въ дверь постучали. — "Войдите", — сказалъ Баклановъ, застегивая крючки своего новаго красиваго малиноваго, позументомъ шитаго кафтана, подареннаго ему воеводою Владиміромъ Николаевичемъ. Вошелъ Курцовъ. Онъ былъ въ сѣрой свиткѣ, опоясанной длиннымъ бѣлымъ полотенцемъ, такихъ же шароварахъ и пахучихъ черныхъ смазныхъ сапогахъ. Курчавые волосы его были примаслены и самъ онъ былъ веселый, блестящій, точно лакомъ покрытый. — "Славно мы принарядились, Григорій Миколаевичъ", — говорилъ онъ, оглядывая Бакланова и охорашиваясь передъ зеркаломъ. — "Это кафтанъ тебѣ кто подарилъ? Стольниковъ старикъ? Онъ добрый... Сказываютъ у него отъ Царя деньги такія особыя, чтобы благодѣтельствовать неимущимъ. Меня какъ обрядилъ — во какъ! важно!.. Не по нѣмецки! А ловко, Григорій Миколаевичъ, — ни тебѣ шнурочковъ, ни завязочекъ — просто и красиво. Коли готовъ — идемъ. Я за вѣдуна назначенъ. Батюшка съ крестомъ ожидаетъ. Старый Стольниковъ съ иконой. Кореневъ въ синемъ кафтанѣ и не узнаешь тоже, ловко выглядитъ — молодчикомъ. Одинъ Демократъ Александровичъ чучеломъ нарядился. Въ пиджакѣ — совсѣмъ неладно. Ты бы ему сказалъ. Что обѣдню портитъ. Пра слово! Чудакъ, ваше благородіе"...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 37-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Баклановъ одѣвался, чтобы ѣхать въ церковь. На душѣ у него было умилительно тихо. За эти два мѣсяца онъ позналъ всю прелесть религіи. Онъ родился въ Берлинѣ еще тогда, когда тамъ доживалъ при посольской церкви старый священникъ и былъ крещенъ. По бумагамъ онъ былъ православный и метрика его была въ порядкѣ. Но старикъ священникъ, которымъ держалась Русская церковь въ Берлинѣ, умеръ, приходъ переругался между собою о назначеніи денегъ и церковнаго имущества и земель. Демократическое и молодое большинство доказывало, что въ государствѣ, отрекшемся отъ христіанской вѣры, стыдно содержать церковь, что ея имущество надо подѣлить между «бѣдными» и вообще все передать «бѣднымъ». Меньшинство, оказавшееся шестью беззубыми тихими стариками, помнившими лучшія времена, протестовало, но имъ партія вольныхъ велосипедистовъ, мечтавшая устроить гоночный трэкъ на церковныхъ земляхъ возлѣ кладбища, пригрозила «угробить» ихъ, а такъ какъ привести въ исполненіе угрозу надъ бывшими сенаторами, губернаторами и генералами въ демократическомъ государствѣ можно было, ничѣмъ не рискуя, — меньшинство смолкло и церковь закрыли. Имущество ея продали. Царскія врата и иконостасъ купилъ богатый еврей и поставилъ въ большомъ ресторанѣ у входа въ столовый залъ. Религія была отвергнута и смѣшно было въ судѣ доказывать, что это священные предметы. Священнаго и святого въ Западной Европѣ были только права пролетаріата и...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 36-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Наканунѣ свадьбы, вечеромъ, передъ заходомъ солнца Грунюшка, одна, пошла за село на кладбище. Было теплѣе, иней пропалъ, и точно тонкія нити висѣли внизъ темныя вѣтви плакучихъ березъ. За каменной оградой стояли ряды крестовъ. Одни были старые, покосившіеся, кресты тѣхъ, у кого уже никого не осталось въ живыхъ въ новой Россіи, другіе были новые каменные. Во многихъ были, вдѣланы иконы и горѣли въ цвѣтныхъ фонарикахъ лампады. Грунюшка шла на могилу своей бабки. Это была единственная могила, которую она знала на кладбищѣ. Бабушку она хорошо помнила. Старуха всегда ходила въ черномъ, молилась цѣлыми днями и ночами, стоя подъ образами. Она часто говорила Грунюшкѣ: — «молись за меня, родная внучка! Вымоли мнѣ прощеніе, сними съ меня страшную кровь»... Незадолго до смерти бабушки передала въ церковь дорогія брильянтовыя вещи, «господскія» вещи... «Охъ», говорила она въ ту же ночь Грунюшкѣ. — «Молись, Груня, за бабу. Хорошо ли сдѣлала, что въ церковь отдала? Кровь... Кровь на нихъ»... Груня не знала чья, какая была кровь на нихъ. Когда была въ школѣ и проходила «исторію большевистскаго и соціалистическаго бунта въ Россіи въ 1917 году» — узнала, что не было въ тѣ времена человѣка въ Россіи, руки котораго не были бы обагрены кровью. Но чья кровь мучила бабушку — этого Груня такъ и не узнала. Въ теплой шубкѣ на сѣромъ заячьемъ мѣху стояла Груня на колѣняхъ у могилы, прижималась лбомъ къ холодному гладкому камню креста и молилась за бабу...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 35-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «На другой день вечеромъ Дятловъ сидѣлъ въ комнатѣ у учителя Прохватилова. Учитель занимался своею любимой работой — мозаикой по дереву. Онъ клеилъ ларецъ для подарка Грунюшкѣ на свадьбу. По верхней крышкѣ онъ выкладывалъ изъ цвѣтныхъ деревъ вѣтку, усѣянную спѣлыми сливами. Столъ передъ нимъ былъ заваленъ маленькими кусочками дерева и учитель щипчиками подбиралъ ихъ на большой темнаго орѣха доскѣ. Дятловъ долго мрачно глядѣлъ на работу учителя, наконецъ, сказалъ: "Можно курить?" Учитель покосился на образа, вздохнулъ и отвѣтилъ: "Курите ужъ,... Богъ проститъ". — "Скажите, Алексѣй Алексѣевичъ", — заговорилъ между затяжками дыма Дятловъ, — "что это за комедію ломаютъ всѣ эти дни Шагины съ Баклановымъ. Стольниковъ, видимо, человѣкъ большого образованія и Шагинъ не глупый мужикъ, а разводятъ китайскія церемоніи и ходятъ другъ подлѣ друга, какъ котенокъ подлѣ большого жука". — "Сватовство, рукобитіе, "подушки", — сказалъ учитель, доставая синяго цвѣта щепочку и показывая ее Дятлову. — Не правда ли, похожа на цвѣтъ сливы тамъ, гдѣ налетъ обтерся. Я это синее дерево изъ Санктъ-Петербурга выписалъ, только тамъ у бр. Леонтьевыхъ въ Гостиномъ дворѣ и есть. — — "Подушки", — повторилъ Дятловъ, — "какая ерунда.. Комедія". — "Вы на свадьбу званы?" — спросилъ учитель. — "Шаферомъ просилъ Баклановъ, или какъ они говорятъ: "дружкомъ" — сказалъ Дятловъ. — "Меня, Коренева и Курцова". — "А я со стороны Аграфены Ѳедоровны буду"...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ГЛАВА 16-Я (1925)

Император Николай II Александрович «Чѣмъ устанавливается, что царская семья была въ домѣ Ипатьева до этой роковой ночи? Священникъ Сторожевъ показываетъ: Въ воскресенье 20 мая (2 іюня) я совершилъ очередную службу — раннюю литургію — въ Екатерининскомъ Соборѣ и только что, вернувшись домой около 10 часовъ утра, расположился пить чай, какъ въ парадную дверь моей квартиры постучали. Я самъ открылъ дверь и увидѣлъ передъ собой какого-то солдата, невзрачной наружности съ рябоватымъ лицомъ и маленькими бѣгающими глазами. Одѣтъ онъ былъ въ ветхую тѣлогрѣйку защитнаго цвѣта, на головѣ затасканная солдатская фуражка. Ни погонъ, ни кокарды, конечно, не было. Не видно было на немъ и никакого вооруженія. На мой вопросъ, что ему надо, солдатъ отвѣтилъ: «Васъ требуютъ служить къ Романову». Не понявъ, про кого идетъ рѣчь, я спросилъ: «Къ какому Романову?» — «Ну, къ бывшему Царю», — пояснилъ пришедшій. Изъ послѣдующихъ переговоровъ выяснилось, что Николай Александровичъ Романовъ проситъ совершить послѣдованіе обѣдницы. «Онъ тамъ написалъ, чтобы служили какую-то обѣдницу», — заявилъ мнѣ пришедшій... Выразивъ готовность совершить просимое богослуженіе, я замѣтилъ, что мнѣ необходимо взять съ собой діакона. Солдатъ долго и настойчиво возражалъ противъ приглашенія о. діакона, заявляя, что «комендантъ» приказалъ позвать одного священника, но я настоялъ, и мы вмѣстѣ съ этимъ солдатомъ поѣхали въ Соборъ, гдѣ я, захвативъ все потребное для богослуженія...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


Н. А. СОКОЛОВЪ. "УБІЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ". ГЛАВА 15-Я (1925)

Император Николай II Александрович «Въ первыхъ числахъ іюля въ домѣ Ипатьева произошли большія перемѣны. Авдѣевъ, его помощникъ Мошкинъ м всѣ рабочіе злоказовской фабрики, жившіе въ верхнемъ этажѣ, были внезапно изгнаны, а Мошкинъ былъ даже арестованъ. Вмѣсто Авдѣева комендантомъ сталъ извѣстный уже намъ Юровскій, а его помощникомъ нѣкто Никулинъ. Они заняли ту же комнату подъ цифрой VI, гдѣ жилъ и Авдѣевъ. Но Юровскій проводилъ лишь день въ домѣ Ипатьева. Никулинъ же жилъ въ немъ. Черезъ нѣсколько дней послѣ появленія ихъ прибыли еще десять человѣкъ, поселившіеся въ нижнихъ комнатахъ подъ цифрами II, IV и VI. Они и стали нести внутреннюю охрану. Злоказовскіе же и сысертскіе рабочіе, жившіе въ домѣ Попова, были совершенно устранены отъ нея и продолжали нести исключительно охрану наружную. Что означала эта перемѣна? Чувство лодыря, соблазнъ легкаго труда и небывалая по тѣмъ временамъ его оплата привели въ домъ Ипатьева пьянаго слесаря отъ локомобиля и его пьяную ватагу. По своему круглому невѣжеству эти распропагандированные отбросы изъ среды русскаго народа, вѣроятно, сами себя считали крупными фигурами въ домѣ Ипатьева. Это было не такъ. Они не сами пришли сюда. Ихъ сюда посадили, а затѣмъ въ нужную минуту выгнали. Прибытіе въ Екатеринбургъ Императора вскрыло фигуру распорядителя Голощекина, прибытіе дѣтей — Юровскаго. Шая Исаковичъ Голощекинъ — мѣщанинъ г. Невеля, Витебской губерніи, еврей, родился въ 1876 году...» (Берлинъ, 1925.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 4-Я. РАЗД. 4-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Обращаясь къ самому существу совѣстнаго акта, столь простого и благодатнаго въ переживаніи, но столь трудно поддающагося описанію, попытаемся установить слѣдующее. Прежде всего, совѣстный актъ воздвигается (иногда лучше и точнѣе сказать — разражается) безсловесно, какъ бы вырастая изъ ирраціональной душевно-духовной глубины, собранной и сосредоточенной надлежащимъ образомъ. Онъ приходитъ или какъ бы вторгается своимъ дыханіемъ изъ священной глубины человѣческаго сердца, гдѣ нѣтъ обычныхъ человѣческихъ словъ, съ ихъ общимъ значеніемъ, которое постигается то мыслью, то воображеніемъ, и которое въ то же время всегда субъективно перетолковывается; въ этой глубокой сферѣ нѣтъ обычныхъ словъ, съ ихъ звучаніемъ и интонаціей, съ ихъ ассоціативной окраской и съ ихъ логически-стилистическими сцѣпленіями. Но если бы все-таки рѣшиться говорить здѣсь о «словахъ» совѣсти, то нужно было бы подразумѣвать не привычныя для насъ, произносимыя и звучащія слова повседневности (λόγος προφορικὸς) но тѣ сокровенныя и таинственныя, логически едва уловимыя, беззвучныя содержанія (λόγος ἐνζητὸς), для обозначенія которыхъ Апостолъ Павелъ употребилъ эти чудесныя выраженія «неизрѣченныя воздыханія» или «стенанія»; съ тѣмъ отличіемъ, что воздыханія или «стенанія», о коихъ пишетъ Ап. Павелъ, идутъ какъ бы отъ насъ и поютъ о несвершившемся, недостигнутомъ, а совѣстныя содержанія идутъ какъ бы къ намъ и благовѣстятъ...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 4-Я. РАЗД. 3-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Эти критическія указанія даютъ намъ возможность формулировать тѣ положительныя требованія, безъ соблюденія которыхъ совѣстный актъ не можетъ состояться во всей своей силѣ и свободѣ. Итакъ, совѣстный актъ осуществляется не въ порядкѣ разсудочнаго умничанія, сужденій, разсужденій, выводовъ, доказательствъ и т. под., но въ порядкѣ ирраціональнаго сосредоточенія души. Онъ не нуждается ни въ какихъ теоретическихъ «построеніяхъ», метафизическихъ или эмпирическихъ обобщеніяхъ и т. под. Все это не содѣйствуетъ его наступленію, а мѣшаетъ ему. Тотъ, кто хочетъ пережить совѣстный актъ во всей его силѣ и свободѣ, тотъ долженъ въ особенности отказаться отъ всякаго сознательнаго взвѣшиванія различныхъ доводовъ «за» и «противъ», отъ умственнаго разсмотрѣнія пользъ, нуждъ и цѣлесообразностей, отъ попытокъ предусмотрѣть возможныя послѣдствія того или иного поступка и т. д. Все это необходимо въ политикѣ, медицинѣ, торговлѣ и другихъ жизненно-практическихъ сферахъ; но для осуществленія совѣстнаго акта необходимо прежде всего освободить горизонтъ своей души отъ бремени этого условнаго, относительнаго и предположительнаго матеріала. Все это остается въ предѣлахъ личнаго знанія и субъективнаго мнѣнія; во все это можетъ быть вложено много житейскаго опыта, ума и интуиціи, но для совѣстнаго акта необходимо оставить все это въ сторонѣ, извлечь себя изъ всего этого и уйти въ глубину ирраціональнаго чувствованія...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 4-Я. РАЗД. 2-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Но что же такое представляетъ изъ себя актъ совѣсти? Какъ осуществить его? Какъ онъ переживается? Къ чему зоветъ онъ? О чемъ онъ вѣщаетъ? Прежде, чѣмъ отвѣтить на эти вопросы, мы должны отказаться отъ того, что обычно понимаютъ подъ совѣстью; ибо то, что современные люди представляютъ себѣ, говоря о совѣсти, есть нѣчто искаженное и несоотвѣтственное, какъ бы духовныя развалины, скудные остатки былого христіанскаго храма.Такъ, когда современные люди говорятъ о совѣсти, то они слишкомъ часто имѣютъ въ виду не силу положительнаго зова, но лишь такъ называемые «укоры совѣсти», т. е. собственно говоря только негативные остатки ея, болѣзненный протестъ вытѣсненнаго и не состоявшагося совѣстнаго акта. Тотъ, кто знаетъ только «укоры» совѣсти, т. е. испытываетъ въ душѣ только ея неодобрительныя проявленія, наступающія послѣ совершенія дурного поступка, — тотъ очевидно не допускаетъ совѣсть къ положительнымъ, творческимъ проявленіямъ, и, можетъ быть, самъ не знаетъ о томъ, что онъ ее вытѣсняетъ, отодвигаетъ, не даетъ ея акту состояться и пронизать душу; возможно, что онъ искажаетъ или извращаетъ этотъ актъ каждый разъ, какъ онъ намѣчается или уже состаивается въ его душѣ; возможно также, что онъ совсѣмъ не представляетъ себѣ, что это за «актъ совѣсти», какъ и когда онъ возникаетъ, что онъ даетъ человѣку и куда онъ ведетъ его. Тогда онъ испытываетъ только то своеобразное «неодобреніе», которое обнаруживается лишь послѣ совершенія...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 4-Я. РАЗД. 1-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Людямъ было бы легче уразумѣть законъ внутренней свободы и сравнительную условность внѣшней и политической свободы, если бы они чаще и радостнѣе прислушивались къ тому, что обычно называется «голосомъ совѣсти». Ибо человѣкъ, переживая это изумительное, таинственное душевное состояніе, осуществляетъ внутреннюю, духовную свободу въ такомъ глубокомъ и цѣлостномъ видѣ, что ему невольно открываются глаза на ея подлинную природу: онъ самъ становится духовно свободнымъ въ этотъ моментъ и начинаетъ постигать эту свободу уже не съ чужихъ словъ, не однимъ отвлеченнымъ разсудкомъ или воображеніемъ, но собственнымъ, удостовѣреннымъ опытомъ, главнымъ и драгоцѣннѣйшимъ источникомъ всякаго познанія. Мало того, человѣкъ, вѣрно пережившій совѣстный актъ, завоевываетъ себѣ доступъ въ сферу, гдѣ долгъ не тягостенъ, гдѣ дисциплина слагается сама собою, гдѣ инстинктъ примиряется съ духомъ, гдѣ живутъ любовь и религіозная вѣра. Совѣсть есть одинъ изъ чудеснѣйшихъ даровъ Божіихъ, полученныхъ нами отъ Него. Это какъ бы сама Божія сила, раскрывающаяся въ насъ въ качествѣ нашей собственной глубочайшей сущности. То, на что указываетъ намъ совѣсть, къ чему она зоветъ, о чемъ она намъ вѣщаетъ — есть нравственно-совершенное; не «самое пріятное», не «самое полезное», не «самое цѣлесообразное» и т. под., но нравственно-лучшее, совершенное, согласно тому, какъ указано въ Евангеліи: "будьте совершенны, какъ совершенъ Отецъ вашъ небесный"...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


ПРЕП. ЕФРЕМЪ СИРИНЪ. О БЛАЖЕННЫХЪ МѢСТАХЪ (1897)

Преподобный Ефрем Сирин «Исполняя сіи заповѣди, плоды ихъ предпошлемъ туда: ибо исполняются онѣ здѣсь, а предваряютъ насъ, возлюбленные, тамъ. Здѣсь, братія, кажутся онѣ малыми, а тамъ уготовляютъ великую и несравненную награду. Тамъ всякая заповѣдь предваряетъ, ожидая исполнившаго ее. Туда идутъ всякая заповѣдь и всякое доброе дѣло, велико оно или мало, и полагаются онѣ въ небесныя сокровищницы, идѣже ни червь, ни тля тлитъ, ниже mamie не подкапываютъ (Матѳ. 6, 20). Туда постараемся предпослать доброе дѣланіе своихъ дѣяній, чтобы, когда кончимъ эту многоскорбную жизнь, идти намъ туда смѣло и радостно, въ ожиданіи срѣтенія на облакахъ, и сподобиться войдти туда, гдѣ въ великой радости царствуютъ всѣ святые, умоляя за насъ Владыку, чтобы и мы сподобились войдти въ сію неизглаголанную, несравненную, неописанную радость, въ которую Ангелы желаютъ приникнуть, гдѣ лики и чины праведныхъ. Тамъ Авраамово лоно пріемлетъ претерпѣвшихъ скорби, подобно Лазарю; тамъ отверзаются сокровища вѣчныхъ благъ. Тамъ горній Іерусалимъ, матерь первородныхъ, какъ украшенная невѣста, принимаетъ исполнившихъ Господни заповѣди. Тамъ на блаженной землѣ кроткихъ, гдѣ все тихо и безмятежно, гдѣ все свѣтло и богоугодно, гдѣ нѣтъ ни обидчика, ни притѣсненнаго, гдѣ нѣтъ грѣха и огорченія, гдѣ свѣтъ неприступный и радость неизглаголанная, гдѣ нѣтъ ни труда, ни слезъ, гдѣ нѣтъ ни заботы, ни попеченія, ни сѣтованія, гдѣ нѣсть ни мужескъ полъ, ни жененъ...» (Сергіевъ Посадъ, 1897.) далѣе...


ПРЕП. ЕФРЕМЪ СИРИНЪ. О БЛАЖЕННЫХЪ ОБИТЕЛЯХЪ (1897)

Преподобный Ефрем Сирин «Многими обителями у Отца Спаситель называетъ мѣры разумѣнія водворяемыхъ въ оной странѣ, разумѣю же тѣ различія и разности, съ какими наслаждаются тамъ, сообразно съ своимъ разумѣніемъ. Ибо Господь наименовалъ многія обители, не по разности мѣстъ, но по степени дарованія. Какъ лучами солнца чувственнаго наслаждается всякій, по мѣрѣ чистоты зрительной силы и впечатлѣнія, и какъ отъ одного свѣтильника, освѣщающаго одинъ домъ, каждый лучъ бываетъ различенъ, между тѣмъ какъ свѣтъ не дѣлится на многіе свѣтильники: такъ въ будущій вѣкъ всѣ праведные водворяются нераздѣльно, въ единой радости. Но каждый въ свой мѣрѣ озаряется единымъ мысленнымъ Солнцемъ, и по степени достоинства почерпаетъ радость и веселіе, какъ бы въ одномъ воздухѣ и мѣстѣ, сѣдалищѣ, созерцаніи и образѣ. И никто не видитъ мѣры и высшаго и низшаго, чтобы, смотря на превосходящую благодать другого и на свое лишеніе, не имѣть въ этомъ для себя причины къ скорби и безпокойству. Да не будетъ сего тамъ, гдѣ нѣтъ ни печали, ни воздыханія, но всякій, по данной ему благодати, въ своей мѣрѣ веселится внутренно, а по внѣшности у всѣхъ одно созерцаніе и одна радость! Кромѣ сихъ двухъ чиновъ нѣтъ иного посредствующаго чина, разумѣю же одинъ чинъ горній, а другой дольній; средина же ихъ — сіе разнообразіе въ различіи воздаяній. А если сіе справедливо, какъ и дѣйствительно справедливо; что безразсуднѣе или безумнѣе, какъ говорить...» (Сергіевъ Посадъ, 1897.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 34-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Кореневъ вышелъ на крыльцо. Было душно въ комнатѣ, гдѣ пили третій самоваръ. Неприкрытыя занавѣсями окна бросали красные прямоугольники на снѣгъ двора и сада. Надъ головою, въ бездонной синей глубинѣ мигали кроткія звѣзды. Кореневъ отыскалъ полярную звѣзду. «Звѣзда сѣверная», подумалъ онъ. «Такъ вотъ, кто былъ тотъ призракъ, который настойчиво звалъ меня на востокъ, на Родину. Звѣздочкой явилась, звѣздочкой упала и сейчасъ виситъ Русской сѣверной звѣздой». «Такъ вотъ, что нашелъ я на Родинѣ! Сытость, счастье, радость и довольство, серебряный смѣхъ и невинныя шутки, какъ было всегда на Руси, пока не знала она «свободъ», революціи и третьяго интернаціонала...» Онъ дома... Дома ли? Кореневъ задумался. Вспомнилъ уроки исторіи, тайкомъ читанныя книги Ключевскаго, Соловьева, записки лекцій профессора Шмурло. Россія шла до императора Петра своимъ путемъ. Отклонялъ царь Михаилъ Ѳедоровичъ лестныя предложенія Джона Мерика и провидѣли Русскіе торговые люди одинъ убытокъ отъ его происковъ получить пути Волгою на Персію и рѣкою Обью и Иртышомъ на Индію и Китай. Своимъ умишкомъ жила Русь и берегла свое для дѣтей своихъ. Боялись цари московскіе далеко впередъ ушедшаго Запада и медленно, но вѣрно уходили отъ недвижнаго покоя востока. Петръ Великій слишкомъ круто повернулъ Россійскій корабль на западъ. Насильно, не дожидаясь, когда это придетъ само собою, одѣлъ онъ людей въ нѣмецкое платье, брилъ бороды и вводилъ нѣмецкіе обычаи...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 33-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Проходъ къ дверямъ въ сѣни былъ уже отрытъ и по сторонамъ снѣгъ лежалъ невысокими сугробами. Въ ярко освѣщенныхъ сѣняхъ густо висѣли: дѣвичьи шубки, платки и шарфы, мужскія шубы и кафтаны. Гулъ голосовъ слышался изъ рабочей комнаты. Всѣ гости были въ сборѣ. Хозяинъ съ Еленой Кондратьевной ожидали гостей у порога. Вошли въ горницу, перекрестились на иконы. Горница была залита свѣтомъ отъ большой электрической люстры, выпуклымъ опаловымъ фонаремъ вдѣланной въ потолокъ. Подъ нею стоялъ большой столъ. На одномъ краю его былъ красной мѣди объемистый самоваръ, окруженный стаканами и чашками — а по всей длинѣ стояли блюда со сластями. Тутъ были пряники мятные, бѣлые и розовые, круглые мелкіе и большіе фигурные, въ видѣ рыбъ, коньковъ, свиней, пѣтуховъ; пряники черные — медовые, политые бѣлою и розовою глазурью; пряники — «мыльные» изъ миндаля и, дѣйствительно, гладкіе, какъ мыло и вяземскіе, печатные пряники съ именами и словами: «Люби»... «люблю», «не тронь», «прости», и большіе Тульскіе, розовымъ и бѣлымъ сахаромъ залитые и полные ароматной начинки изюма и корокъ дынныхъ и апельсиновыхъ, и плоскіе, овальные, копѣечные и маленькіе круглые шоколадные. Тутъ лежали темно-сѣрые маковники съ волошскими орѣхами, грецкіе орѣхи въ сахарѣ и въ бѣлой начинкѣ, и кедровые орѣшки, и круглые фундуки въ патокѣ. Стояла пастила десяти сортовъ: Ржевская свѣтло-коричневая, вязкая, съ бѣлой коркой, плоская...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 32-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Всѣ путешественники разбрелись. Судьба перетасовала ихъ по своему. Кореневъ лежалъ больной тяжелымъ нервнымъ разстройствомъ у Стольникова. Эльза и дочери хозяина ходили за нимъ. Клейстъ и миссъ Креггсъ уѣхали въ Санктъ-Петербургъ. Клейстъ получилъ отъ Стольникова рекомендательныя письма къ химику Берендѣеву и поѣхалъ знакомиться съ новыми изобрѣтеніями. Миссъ Креггсъ помчалась открывать отдѣленіе своего общества. Напрасно Стольниковы говорили ей, что государство Россійское такъ поставлено, что въ немъ пролетаріата нѣтъ, что всѣ имѣютъ носовые платки, миссъ Креггсъ заявила, что ихъ общество «Амиуазпролчил-покъ» имѣетъ десять тысячъ филіальныхъ отдѣленій и потому оно должно развить свою дѣятельность въ Россіи, странѣ, которая въ силу своего образа правленія, должна быть отсталой. Дятловъ устроился при школѣ изучать школьное дѣло и тайно надѣялся пропагандировать учителя, для чего въ ранцѣ своемъ имѣлъ маленькій подборъ соціалистическихъ брошюръ. Курцовъ нанялся ѣхать съ обозомъ въ Псковъ. Баклановъ остался у Шагина. Онъ не на шутку задумалъ жениться на Грунюшкѣ. Онъ склонилъ на свою сторону мѣстнаго священника и всю семью Стольниковыхъ. Оказалось, что въ Россійской Имперіи сдѣлать это не такъ просто. Свободная во всемъ дѣвушка была связана цѣлымъ рядомъ обычаевъ и безъ разрѣшенія отца и матери не могла распорядиться своею судьбою. Бакланова посвятили въ тайны этихъ старыхъ обычаевъ...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 31-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Грунюшка съ волосами заплетенными въ одну жирную черную косу, перевитую лентами, въ вышитой пестрыми нитками рубахѣ и синей со многими сборками юбкѣ, въ черныхъ чулочкахъ и небольшихъ сапожкахъ сидѣла въ саду на скамейкѣ, подъ желтѣющей липой, передъ длиннымъ дощатымъ столомъ, усыпаннымъ красными пахучими яблоками и острымъ ножемъ быстро и скоро чистила ихъ и рѣзала тонкими ломтями для сушки. Кругомъ стоялъ крѣпкій медвяный запахъ и, казалось, сама Грунюшка была пропитана имъ. Баклановъ сидѣлъ противъ нея, смотрѣлъ на ея тонкіе пальцы съ однимъ маленькимъ колечкомъ съ бирюзой, покрытые сладкимъ сокомъ яблоковъ, на ея руку, обнаженную выше локтя, загорѣлую съ нѣжными бѣлыми волосиками на ней. На пятнахъ солнечнаго свѣта кожа руки казалась золотистой и видно было, какъ мягко шевелились мускулы подъ ней, когда она быстро перебирала пальцами, обрѣзая кожу. Темные глаза смѣялись, счастье девятнадцатой весны брызгало отъ нея, вмѣстѣ съ могучимъ здоровьемъ земли и свободы. На бѣлый, чистый лобъ сбѣгали волосы и она откидывала ихъ быстрымъ движеніемъ головы назадъ. Розовый подбородокъ дрожалъ, на шеѣ встряхивались бѣлыя, желтыя и красныя бусы и грудь колыхалась подъ вышитой рубашкой. — "Что вы смотрите на меня такъ, Григорій Николаевичъ", — сказала Грунюшка и алымъ полымемъ вспыхнули упругія, пухомъ покрытыя щеки. — "Вы читаете что-либо, Аграфена Ѳедоровна?" — спросилъ Баклановъ...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ОТЪ ДВУГЛАВАГО ОРЛА..." ТОМЪ II-Й, Ч. 3-Я, ГЛЛ. 11-20 (1922)

Двуглавый Орел. Малый Герб Российской Империи «Карповъ съ Коршуновымъ и адъютантомъ вышли на улицу и пошли по домамъ. Коршуновъ свернулъ въ первый же переулокъ, онъ снималъ квартиру у поляка по сосѣдству съ канцеляріей, Карповъ съ адъютантомъ жили въ казенномъ домѣ на городской площади, противъ сада. Въ эти послѣполуденные часы мѣстечко какъ бы вымерло. Каштаны неподвижно свѣсили широкіе лапчатые листья, ни одного дуновенія не было въ воздухѣ. Старый костелъ, окруженный липами и дубами четко рисовался тонкими шпилями башенъ на голубомъ сверкающемъ небѣ и казался декораціей изъ оперы. Миръ и тишина были кругомъ. Гдѣ то, за два квартала, играли гаммы на фортепьяно и эти звуки, доносясь въ тихую улицу, усиливали мирное настроеніе. "Неужели война?" подумалъ Карповъ, поднимаясь къ себѣ на квартиру. Прелестный бѣлый шпицъ, собака жены, бросился къ нему навстрѣчу. Деньщикъ принялъ отъ Карпова фуражку и бережно положилъ ее на столикъ въ прихожей. Въ гостиной ярко блестѣлъ хорошо натертый паркетный полъ, висѣли въ рамахъ олеографіи, преміи "Нивы" — "Свадебный боярскій пиръ", "Русалки" Маковскаго и "Цѣловальный обрядъ" изъ "князя Серебрянаго". Все было просто, почти убого, но уютно и мило. Анна Владиміровна поднялась ему навстрѣчу. Худая, высокая, смуглая, она выглядѣла моложе своихъ сорока трехъ лѣтъ. Ни одного сѣдого волоса не было въ ея густыхъ, гладко причесанныхъ черныхъ волосахъ. Каріе глаза смотрѣли ласково. — "Усталъ, проголодался?" — мягкимъ голосомъ...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ОТЪ ДВУГЛАВАГО ОРЛА..." ТОМЪ II-Й, Ч. 3-Я, ГЛЛ. 1-10 (1922)

Двуглавый Орел. Малый Герб Российской Империи «Любовинъ ѣхалъ съ правильнымъ пассажирскимъ билетомъ до самаго Вержболова, съ заграничнымъ паспортомъ, мало того, — Коржиковъ досталъ ему и передалъ на вокзалѣ удостовѣреніе отъ сталелитейнаго завода въ томъ, что онъ мастеръ и командированъ въ Берлинъ для выбора какихъ то особенныхъ стальныхъ сверлъ, но чувствовалъ себя такъ скверно, какъ никогда не чувствовалъ, когда ѣздилъ безъ билета — «зайцемъ». Всякій разъ, какъ отворялась въ вагонѣ дверь и входилъ контроль, онъ вздрагивалъ и блѣднѣлъ, но кондуктора не обращали на него вниманія. Съ сосѣдями Любовинъ не разговаривалъ, заявивши, что у него нестерпимо болятъ зубы. На станціяхъ Любовинъ не выходилъ и болѣе сутокъ ничего не ѣлъ. Онъ сидѣлъ, забившись въ углу отдѣленія, закрывшись съ головою пальто, повѣшеннымъ на крючекъ, и старался заснуть. Но сонъ не приходилъ къ нему. Мерещился убитый Саблинъ, растрепанная, небрежно одѣтая Маруся. Совѣсть мучила его. «Да, хорошо ли я удѣлалъ», думалъ онъ, — «вотъ и Ѳедоръ Ѳедоровичъ какъ будто не одобрилъ совсѣмъ. Поступилъ я по господски, а не по пролетарски. Коржиковъ на это высоко смотритъ. «Женюсь», говоритъ. Сидитъ, значитъ, во мнѣ буржуазная мораль, крѣпко сидитъ. А откуда она? Какъ будто и не откуда ей взяться? Отецъ... Отецъ дѣйствительно въ господа лѣзъ, хотѣлъ, чтобы какъ у баръ было, вотъ и вдолбилъ. Что Маруся теперь будетъ дѣлать? Догадалась ли выскочить и убѣжать съ квартиры? Да, все одно. Найдутъ...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 30-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Грунюшка была въ длинной бѣлой, ниже колѣнъ, рубахѣ изъ простого полотна, вѣроятно, въ той, въ которой она спала. Каштановые волосы были распущены, перевязаны локономъ подъ затылкомъ и падали волнистымъ пухомъ на спину. Босыя, загорѣлыя, маленькія ноги мягко ступали по песку. Лицо было раскраснѣвшееся отъ сна, съ мило набѣгающими на лобъ завитками волосъ, съ еще сонными глазами, черными отъ большого непроснувшагося зрачка и густыхъ кверху загнутыхъ рѣсницъ. Гибкой, легкой походкой, какъ горная серна, безъ малѣйшаго усилія ступая по землѣ, какъ бы не касаясь ея, держа въ рукѣ большую плетенку съ зерномъ, она подошла къ курятнику и открыла сквозныя двери. — "Цыпъ, цыпъ, цыпъ", — говорила она ласково и бросала полными горстями зерна на землю. И сейчасъ же все населеніе курятника всѣхъ цвѣтовъ и возрастовъ высыпало на дворъ и пестрымъ ковромъ, какъ стекла калейдоскопа, окружило стройную бѣлую дѣвушку. Грунюшка наклонялась, разсыпая зерна, гладила своихъ любимцевъ, ловила и цѣловала маленькихъ желтыхъ цыплятъ, отбивала отъ нихъ жадныхъ утокъ. Весь лѣвый уголъ двора наполнился птицей. Черная крупная насѣдка, окруженная одиннадцатью крошечными цыплятами, сильными крѣпкими ногами, точно расшаркиваясь разгребала песокъ, откидывала зерна и цыплята кидались толпою, ловя желтыми клювами отброшенное зерно. Пестрая утка хотѣла подойти ближе къ этому семейству. Насѣдка злобно кинулась на нее и хватила въ бокъ...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 29-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Луна зашла за избу и стало темно на дворѣ. Съ трудомъ можно различить телѣгу, стоящую въ углу и будку, гдѣ спитъ безъ всякой цѣпи Барбосъ. Сараи, гумна, птични, клуни, а за ними три громадныя скирды хлѣба рисуются на темномъ небѣ, покрытомъ звѣздами, рѣзкими черными силуэтами. "Есть и у декадентовъ правда въ рисункѣ" — подумалъ Баклановъ. "Все сейчасъ черно въ природѣ, линіи рѣзки и звѣздный узоръ причудливо великолѣпенъ. Оглобли отъ телѣги черными столбами тянутся выше крыши, а на шестѣ отъ скирды надъ самымъ хлѣбомъ сухая вѣтка точно вѣдьма вцѣпилась въ шестъ. Кажется, что чувствуешь, какъ несется земля въ безпредѣльную черную тьму навстрѣчу лукаво мигающимъ звѣздамъ. Вотъ такъ иногда ночью, въ открытомъ морѣ на капитанскомъ мостикѣ стоишь и чувствуешь и не замѣчаешь бѣга корабля. Такъ и земля несется куда то и чувствуешь ея стремительный бѣгъ и не замѣчаешь, куда, зачѣмъ?". Баклановъ всталъ съ постели и подошелъ къ окну. Онъ стоялъ босыми ногами на гладкомъ оструганномъ полу и обѣими руками ухватился за подоконникъ. Ему казалось, что онъ, какъ капитанъ, стоитъ на мостикѣ бѣгущаго по морю корабля. Несется корабль его жизни. Несется невѣдомо къ какой пристани. — "Какъ можно не вѣрить въ Бога?" — подумалъ онъ. — "Какъ можно жить однимъ знаніемъ. Знать, что земля несется по своей орбитѣ, крутится вокругъ себя, и все увлекается еще куда-то въ невѣдомое пространство. А вдругъ остановится"...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ПРЕП. ЕФРЕМЪ СИРИНЪ. О СУЕТѢ НАСТОЯЩЕЙ ЖИЗНИ (1897)

Преподобный Ефрем Сирин «Размыслимъ, братія, что всѣ концы міра никакой не принесутъ намъ пользы въ день нашего отвѣта; и ради ничтожныхъ и тлѣнныхъ вещей не утратимъ блаженныхъ райскихъ утѣхъ и благъ никогда не преходящихъ, которыхъ уста человѣческія описать не въ состояніи, въ которыя и Ангелы желаютъ приникнуть. Кая польза человѣку, аще пріобрящетъ міръ весь отъ востока до запада, и отъ сѣвера до моря, и все, что въ мірѣ, и деньги, и имѣнія, и удовольствія, душу же свою отщетитъ (Матѳ. 16, 27)? Все это не возможетъ защитить его тамъ. Посему премудрый Соломонъ сказалъ: суета суетствій, всяческая суета (Еккл. 1, 2). Что же такое имѣетъ въ себѣ эта душевредная и суетная жизнь, что о ней у насъ все попеченіе, всѣ боренія и труды, что къ ней привязанъ умъ человѣческій? О благахъ будущихъ нѣтъ ни слова, ни старанія; а что касается до благъ временныхъ и тлѣнныхъ, то о нихъ у насъ и стараніе, и хлопоты, за нихъ и ссоры, и вражды и нападенія. Нерѣдко за ничтожную вещь проливается кровь, а чрезъ нѣсколько времени человѣкъ оставляетъ ее, и выходитъ изъ этой жизни нагимъ и жалкимъ, ничего не пріобрѣтши здѣсь, и не улучивъ вѣчныхъ благъ. Какое суетное стремленіе! Какъ душевредна жизнь сія! Какъ издѣвается она надъ человѣкомъ! Итакъ размысли человѣкъ, что имѣетъ въ себѣ эта жизнь? Въ ней — зловоніе, скорбь, трудъ, мука, непрестанныя хлопоты, неправда, любостяжательность, ложь, татьбы, отравы, недоброжелательства, плѣненія, кораблекрушенія, вдовство, сиротство...» (Сергіевъ Посадъ, 1897.) далѣе...


ПРЕП. ЕФРЕМЪ СИРИНЪ. НА СЛОВА: "ДВА БУДЕТА НА СЕЛѢ" (1897)

Преподобный Ефрем Сирин «Слышалъ ты, что два будета на селѣ: единъ поемлется, а другій оставляется. Двѣ мелюще въ жерновахъ: едина поемлется, и едина оставляется. Двое на кровѣ, и такъ далѣе. Стоящіе на кровѣ — это люди на высотѣ почестей: судіи, правители, цари, властелины. Ино есть судія праведный, и есть судія неправедный; и праведный изъемлется изъ огня, а неправедный оставляется. А находящіеся на селѣ, то есть, въ мірѣ семъ, — это земледѣльцы, люди необразованные и незначительные по роду и богатству, прославленные и не прославленные, и одни праведные, а другіе неправедные. И праведные поемлются, а неправедные оставляются въ огнѣ. Мелющія же — это все множество женъ, а въ частности и души, принявшія на себя рабское иго, и окончившія жизнь въ немощи. Ибо есть жены праведныя и неправедныя, есть и рабы праведные и неправедные. Есть и немоществующіе праведные, каковы Іовъ и Лазарь, а также и неправедные, каковы Каинъ и Гіезій. Посему говоритъ: два будета на одрѣ (Лук. 17, 35), означая ихъ немощь. Праведные поемлются, а неправедные оставляются. Какъ поемлются праведные, пусть скажетъ сіе Павелъ: живущіи о Господѣ, восхищени будутъ на облацѣхъ на воздусѣ, и всегда съ Господемъ будутъ (1 Сол. 4, 17). Какъ оставляются неправедные? Ангелы соберутъ избранныя отъ четырехъ вѣтръ (Матѳ. 24, 31), а нечестивыхъ сожгутъ огнемъ не гасающимъ (Матѳ. 3, 12). Не предполагай что неугасимый огнь мученія будетъ отъ дровъ, и что распалять его будутъ какіе либо приставники...» (Сергіевъ Посадъ, 1897.) далѣе...


СЛОВА СВТ. ѲЕОФАНА ЗАТВОРНИКА. СЛОВО 18-Е (1859)

Святитель Феофан Затворник «Таинственна и неизъяснима, братіе, премудрость крестная! И первое, чего не можетъ понять умъ нашъ, это есть жизнь, проистекшая отъ креста. Крестъ орудіе смерти, и притомъ самой поносной: между тѣмъ Церковь восхваляетъ его живоноснымъ, живодавцемъ, древомъ жизни и безсмертія, падшихъ воздвиженіемъ, всѣхъ воскресеніемъ, и вообще приписываетъ ему всѣ тѣ блага, коихъ ищетъ истинный христіанинъ въ сей жизни, и какихъ надѣется, въ будущей. Какъ истинная жизнь происходитъ отъ креста, это во всякое время было соблазномъ для суевѣрныхъ и безуміемъ для суемудрыхъ. Но, чего не постигаетъ умъ, то должна видѣть и содержать вѣра: и мы, оживляемые крестомъ, не безвинны, если не заботимся познавать живоносную силу, сокрытую въ крестѣ, размышлять о ней и поучаться непрестанно, по примѣру Апостола Павла, который, (будучи въ Коринѳѣ), не судилъ что и вѣдѣти, точію Іисуса Христа, и сего распята (1 Кор. 2, 2), и который отличительнымъ свойствомъ спасаемыхъ поставляетъ опытное познаніе силы креста; слово крестное погибающимъ убо юродство есть, а спасаемымъ намъ сила Божія есть (1 Кор. 1, 18). Если же такъ поступать должны мы всегда, то тѣмъ паче нынѣ, когда св. Церковь, призывая насъ къ поклоненію честному и животворящему кресту, тѣмъ самымъ склоняетъ къ нему наше вниманіе и сердце. Будемъ же поучаться тайнѣ креста, чтобъ видѣть,какъ течетъ изъ него истинная жизнь. Сердцемъ вѣруемъ о устами исповѣдуемъ, что Господь нашъ Іисусъ Христосъ...» (СПб., 1859.) далѣе...


СЛОВА СВТ. ѲЕОФАНА ЗАТВОРНИКА. СЛОВО 17-Е (1859)

Святитель Феофан Затворник «Обращаясь нынѣ съ молитвами къ Св. Благовѣрному Великому Князю Александру Невскому, мы возносимся мысленно въ обители небесныя, и не можемъ ке созерцать тамъ вмѣстѣ съ нимъ и всѣ другіе лики святыхъ, перешедшихъ туда отъ земли и радующихся тамъ радостію неизглаголанною. Тамъ святители наши, іереи и иноки, князья и княгини, бояре и воины, — цѣлый облакъ освященныхъ, которыхъ возродила и воспитала православная Церковь наша, и которые, осѣняя насъ и намъ всячески вспомоществуя, призываютъ и насъ неуклонно держаться пути, ими пройденнаго и приведшаго ихъ къ такому блаженному концу. Какъ утѣшительно и воодушевительно такое созерцаніе! Нисходя оттуда мыслію на землю, — къ тѣмъ временамъ, когда они жили на ней подобно намъ, новымъ преисполняешься утѣшительнымъ помышленіемъ. Какъ свѣтло сіяло повсюду благочестіе во дни отцевъ нашихъ! Тогда какъ бы небо было на землѣ (въ Кіевѣ въ одно время было до 30 чудотворцевъ), и путемъ житія небеснаго шли всѣ безпрепятственно. Тогда всѣ порядки, всѣ отношенія житейскія и обычаи такъ были устроены, что и не хотящихъ невольно располагали къ добру. Благочестіе не укрывалось; стыдно было не быть благочестивымъ, и нечестіе не смѣло открыто являться на стогнахъ градовъ и весей. Обращаясь послѣ этого къ себѣ самимъ, къ нашему времени, спросишь, — такъ ли идутъ дѣла у насъ и среди насъ? Мы, наслѣдники достоянія отцевъ нашихъ, славившихся во всемъ мірѣ благочестіемъ, хранимъ ли этотъ залогъ...» (СПб., 1859.) далѣе...


ПРЕП. ЕФРЕМЪ СИРИНЪ. СЛОВО О ПОСТѢ (1897)

Преподобный Ефрем Сирин «Возлюби нищету Христову, чтобы тамъ обогатиться тебѣ Христовымъ Божествомъ. Возлюби прекраснѣйшій постъ — дѣло досточестное и богоугодное. Постъ — колесница возносящая на небо. Постъ раждаетъ Пророковъ; умудряетъ законодателей. Постъ — доброе предохраненіе для души, надежный сожитель тѣлу. Постъ — оружіе доблестнымъ, училище подвижниковъ. Постъ отражаетъ искушенія, умащаетъ на подвигъ благочестія; онъ сожитель трезвенности, виновникъ цѣломудрія. Постъ — доблесть во браняхъ. Постъ угашалъ силу огненную. Постъ заграждалъ уста львовъ. Постъ возводитъ молитву на небо. Постъ — матерь здравія. Постъ — наставникъ юности, украшеніе старцевъ, добрый спутникъ путешественникамъ. У постящихся тѣло честно, и душа драгоцѣнна. Постъ упокоилъ Лазаря въ нѣдрахъ Авраамовыхъ. Посему возлюбимъ его и мы, чтобы и насъ пріяло Авраамово лоно. Будемъ убѣгать роскоши и сопровождаемаго шумнымъ смѣхомъ піянства, этой матери блуда. Піянство не пріемлетъ Господа. Піянство удаляетъ отъ насъ Духа Святаго. Постъ — благоустройство города, благочиніе торжища. Постъ — миръ въ домахъ. Пестъ — попечитель и предохраненіе дѣвства. Постъ — путь къ покаянію. Постъ — виновникъ слезъ. Постъ не любитъ міра, ни того, что въ мірѣ. Посему не будемъ унывать, постясь; потому что Ангелы въ каждой церкви записываютъ постящихся. Постъ не допускаетъ злопамятство. А собирающіе въ памяти свои огорченія и сдѣланное имъ зло, хотя, по видимому, молятся и постятся, подобны...» (Сергіевъ Посадъ, 1897.) далѣе...


ПРЕП. ЕФРЕМЪ СИРИНЪ. СЛОВО О ЛЮБВИ КЪ БѢДНЫМЪ (1897)

Преподобный Ефрем Сирин «Пренебрежемъ, наконецъ, братія, временное, и позаботимся о вѣчныхъ, обѣтованныхъ намъ, благахъ. Приложимъ стараніе, пока не стемнѣло, пока не кончилось сіе торжище: сотворимъ себѣ други отъ мамоны неправды (Лук. 16, 9). Пріобрѣтемъ себѣ въ свидѣтели многихъ бѣдныхъ, у нихъ купимъ елея, и пошлемъ впередъ себя; ибо вотъ продающіе елей для свѣтильниковъ, — вдовы, сироты, немощные, увѣчные, хромые, слѣпые, прокаженные и всѣ нищіе, которые сидятъ у дверей церковныхъ. Ихъ преклонимъ на свою сторону; они примирятъ съ нами Судію. Отъ приходящихъ къ намъ не будемъ отвращаться, но станемъ встрѣчать ихъ весело; а которые не имѣютъ силъ прійдти, къ тѣмъ будемъ сами посылать: это важнѣе перваго. Каждый да развѣдаетъ въ церквахъ, нѣтъ ли бѣднаго, или странника, и нашедши, постарается принять въ домъ и упокоить. Каждый да приложитъ стараніе предвосхитить себѣ бѣднаго, прежде всѣхъ желающихъ то сдѣлать; потому что вмѣстѣ съ бѣднымъ входитъ въ домъ Христосъ, насъ ради обнищавшій; таковыми бо жертвами благоугождается Богъ (Евр. 13, 16). И если пріемляй Пророка, мзду пророчу пріиметъ (Матѳ. 10, 41); то какую получитъ награду пріемлющій самого Христа? Очевидно ту, о которой написано: ихже око не видѣ, и ухо не слыша, и на сердце человѣку не взыдоша (1 Кор. 2, 9). Кто въ домъ къ себѣ вводитъ бѣднаго, тотъ вводитъ вмѣстѣ и Христа, сказавшаго: блажени милостивіи (Матѳ. 5, 7). Милуяй нищаго, взаимъ даетъ Богови (Притч. 19, 17)...» (Сергіевъ Посадъ, 1897.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 28-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Безъ пяти минутъ въ двѣнадцать часовъ старый Стольниковъ поднялся. "Хотите", — сказалъ онъ, — "я представлю васъ здѣсь молодой царевнѣ, Радости Михайловнѣ". — "Какъ же такъ?" — спросилъ Кореневъ и вдругъ почувствовалъ волненіе, подобное тому, которое охватывало его въ Потсдамѣ и Вердерѣ передъ таинственнымъ появленіемъ призрака. — "А вотъ увидите", — сказалъ старикъ. — "Я думаю, царевна не осерчаетъ на меня". Онъ пригласилъ слѣдовать за собою и они вошли въ большую залу. По стѣнамъ висѣли въ тяжелыхъ золотыхъ рамахъ портреты царей Московскихъ и Государей Всероссійскихъ. Впрочемъ разглядѣть ихъ не удалось, такъ какъ старикъ, взглянувъ на часы, поспѣшно подошелъ къ штепселю и загасилъ горѣвшую наверху электрическую люстру. Послѣ этого онъ распахнулъ окно и спустилъ бѣлую, матовую, туго натянутую штору. Ажурныя тѣни листьевъ, кустовъ, брошенныя луною, упали на нее. Старикъ повернулъ какой то, глухо щелкнувшій ключъ и тѣни исчезли. Занавѣсь начала свѣтиться тусклымъ синеватымъ свѣтомъ. Всѣ молчали, въ большомъ залѣ была тишина и гулко о стѣны отдался кашель кашлянувшаго два раза Клейста. Едва намѣчались черные силуэты столпившихся въ десяти шагахъ отъ таинственнаго экрана людей. Свѣтъ то усиливался, то ослабѣвалъ и, когда усиливался, принималъ золотистый оттѣнокъ. Отъ экрана раздался сначала глухой шумъ, какъ тогда у Шагина, когда появился портретъ императора, но сейчасъ же донеслось удаленное пѣніе"...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 27-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Императоръ появился въ Туркестанѣ, — такъ продолжалъ Стольниковъ свой разсказъ. — Онъ сошелъ съ Алатаускихъ горъ, а туда, по словамъ однихъ прибылъ изъ Лхассы, по словамъ другихъ изъ Памира. Онъ былъ подлинный Романовъ и никто не сомнѣвался въ томъ, что у него всѣ права на престолъ. Это былъ юноша пятнадцати лѣтъ, съ царственной осанкой, съ прекраснымъ лицомъ, съ большими лучистыми глазами. Простой народъ вѣрилъ, что отъ его головы исходило сіяніе. Онъ былъ одѣтъ въ бѣлый казакинъ тонкаго сукна, шапку отороченную мѣхомъ соболя, на немъ была драгоцѣннная шашка, украшенная золотомъ и брильянтами. Около трехъ тысячъ всадниковъ его окружали. Всѣ они, и самъ Императоръ сидѣли на небольшихъ, бѣлыхъ какъ снѣгъ, арабскихъ лошадяхъ. Сзади шелъ караванъ верблюдовъ. Императора сейчасъ же признали и присягнули ему на вѣрность текинцы, выставившіе два полка по тысячѣ человѣкъ на великолѣпныхъ лошадяхъ. Афганскій эмиръ тоже призналъ его. Въ Бухарѣ и Хивѣ совѣтская власть была свергнута, возстановлены эмиры, которые выставили по полку конницы въ распоряженіе Императора и присягнули ему. Онъ, царственно дивный, юный, обворожительный двигался на Фергану, верхомъ, окруженный полчищами пестро одѣтыхъ всадниковъ. Онъ шелъ походомъ, медленно, какъ шелъ Тамерланъ и по мѣрѣ движенія его на сѣверъ все покорялось ему и всѣ его признавали. Изъ своего конвоя онъ оставлялъ на пройденныхъ мѣстахъ людей...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. КОШМАРЪ Н. А. БЕРДЯЕВА. НЕОБХОДИМАЯ ОБОРОНА (1926)

Иван Александрович Ильин «На дняхъ мнѣ довелось впервые прочесть статью г. Бердяева въ ном. 4 журнала Путь, статью, направленную противъ моей книги «О сопротивленіи злу силою». Эта статья въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ поучительна, и я обязанъ высказать о ней нѣсколько словъ. Къ сожалѣнію, я не вижу возможности обратиться съ этими словами къ самому г. Бердяеву. Этому мѣшаетъ тонъ его статьи. Идейный споръ есть серьезное и отвѣтственное состязаніе объ истинѣ, а не система личныхъ нападокъ, посягающихъ на разоблаченіе чужой души. Бываетъ полемическое раздраженіе; возможенъ идейный гнѣвъ. Но правила литературной пристойности остаются обязательными всегда. Статья г. Бердяева написана тономъ патологическаго аффекта; онъ самъ такъ публично и характеризуетъ свое собственное состояніе, какъ переживаніе «кошмара», «удушья», «застѣнка», «отвращенія» и т. д. И вотъ, переживая «кошмаръ», онъ и держитъ себя такъ, какъ бываетъ съ людьми въ кошмарѣ: задыхаясь отъ безсильнаго отчаянія, онъ теряетъ всякое чувство мѣры и справедливости, забываетъ правило о необходимости духовнаго трезвенія, и уже не только отвергаетъ приписываемыя мнѣ идеи, но ищетъ религіозно поразить, умственно разоблачить и нравственно скомпрометировать мою личность. И потому «обличаетъ» меня въ неправославности, въ «фарисействѣ», «ходульности», въ «неслыханной гордынѣ», въ «зараженности большевизмомъ», въ «чекизмѣ», въ реакціонной злобѣ и т. д. и т. д., и даже намекаетъ на то, что меня слѣдовало бы убить...» («Возрожденіе». Paris, 1926.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. О БОГОУСТАНОВЛЕННОСТИ СОВѢТСКОЙ ВЛАСТИ (1936)

Иван Александрович Ильин «Съ тяжелымъ чувствомъ берусь я за газетное перо послѣ долгаго девятимѣсячнаго перерыва. Не съ чувствомъ любви и гордости, чтобы воздать должное русскому таланту или генію, но съ чувствомъ сдержаннаго стыда и духовнаго негодованія, чтобы указать на ложное и соблазнительное ученіе. Это ученіе должно быть обличено и опровергнуто. Его нельзя замалчивать, его невозможно обходить. Нельзя даже оставаться съ колеблющимся, неяснымъ, двоящимся отвѣтомъ на вопросъ, который оно выдвигаетъ и разрѣшаетъ. Ибо этотъ вопросъ касается судьбы Россіи, ея крушенія, ея муки и ея возрожденія. И разрѣшается онъ въ сторону погибели. И еще онъ касается самаго основного существа исповѣдуемаго нами Православія; и разрѣшается онъ въ сторону формальнаго законничества и послѣдовательнаго непротивленчества. Въ общемъ, все сводится къ тому, что совѣтская власть установлена Христомъ, Сыномъ Божіимъ; что коммунисты суть слуги Божіи и исполняютъ волю Бога; и что посему не только предписывается повиноваться имъ за совѣсть, но воспрещается и осуждать ихъ. Послѣ всего того, что мы видѣли и слышали за послѣднія двадцать лѣтъ великой всероссійской и міровой смуты, намъ пора было бы приготовиться ко всему и не удивляться ничему. Но ученіе, о которомъ мнѣ необходимо высказаться, особенное. Оно выдвинуто православнымъ іерархомъ, митр. Литовскимъ и Виленскимъ, Елевферіемъ, въ двухъ книжкахъ: "Недѣля въ Патріархіи" и "Мой отвѣтъ митр. Антонію"...» («Возрожденіе». Paris, 1936.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 26-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «У начальника ихъ ждали съ чаемъ. Обстановка была роскошная. Гостиная была уставлена французскаго стиля мебелью, столиками краснаго дерева и шкапчиками съ бронзою, изогнутыми креслами и диванами, которые въ Россіи носили названіе Александровскаго стиля. Въ столовой мебель была проще, изъ моренаго дуба и низко висѣла надъ столомъ лампа съ блѣдно-синимъ абажуромъ. Хозяйка, пожилая женщина, представила двухъ дочерей, блѣдныхъ дѣвицъ, молчаливыхъ и скромныхъ, и занялась разливаніемъ чая. Хозяйнъ, Павелъ Владиміровичъ Стольниковъ, былъ одѣтъ въ казакинъ темно-синяго сукна, такіе же шаровары и черной шагрени высокіе сапоги. Онъ былъ выше средняго роста, имѣлъ лицо, чисто выбритое, съ энергичными чертами, прямымъ носомъ и зеленоватыми стальными глазами, обличавшими несокрушимую волю и твердость характера. За столомъ служили двѣ дѣвушки и парень, чисто одѣтый въ сѣрый казакинъ съ откидными рукавами, изъ подъ которыхъ выходили рукава бѣлой, съ мелкими горошинами рубахи. Хозяйка и барышни говорили мало и скоро ушли готовить комнаты для пріѣзжихъ, хозяинъ, тоже молчаливый, пригласилъ гостей послѣ чая въ кабинетъ. Въ кабинетѣ было полутемно. На полу лежали шкуры волковъ и медвѣдей, прекрасная пестрая шкура рыси съ отдѣланной головою была брошена на тахту. Надъ тахтою висѣли ружья, охотничьи ножи и кинжалы. Стройная борзая, лежавшая на тахтѣ, тонкая, пушистая, бѣлая, встала, потянулась...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 25-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «"Прошу, господа", — распахивая широко дверь изъ сѣней въ большую горницу, сказалъ Ѳедоръ Семеновичъ, — "съ гордостью могу сказать: — все свое, непокупное". Большой бѣлый простой столъ, накрытый чистыми холстами, вышитыми по краямъ пестрымъ узоромъ, былъ заставленъ дымившимися паромъ блюдами. Въ лицѣ стола за красно-мѣдною кастрюлей, дымящейся свѣжею ухою, растянулся на желѣзномъ черномъ противнѣ чуть не дышащій, тонкими пузырями запекшейся корки, покрытый и сухарями усыпанный сочный пирогъ, нарѣзанный съ края большими ломтями. Видны были бѣлые пушистые края и начинка. Пирогъ былъ наполовину съ капустой, наполовину съ бѣлыми грибами. За нимъ желто-коричневый, лоснящійся въ своей прожаренной кожицѣ, обложенной кашей, стоялъ поросенокъ съ воткнутой въ него большой вилкой. Дальше, окруженное вѣнками изъ пестрыхъ георгинъ и нѣжныхъ лохматыхъ штокъ-розъ, стояло блюдо съ румяными яблоками, золотистыми длинными грушами и темными, сизымъ налетомъ покрытыми, сливами, за фруктами стояла индѣйка, зажаренная въ своемъ соку, бѣлѣли вареные цыплята въ просѣ и все заканчивалось большою толстою ватрушкой съ крупными изюминами, выложенными такъ, что выходило: "Добро пожаловать". Во главѣ стола, противъ дверей стояла полная женщина съ головой, покрытой шелковой ярко-желтой кичкой, съ румянымъ лицомъ, съ котораго привѣтливо смотрѣли большіе каріе глаза, пухлымъ чуть вздернутымъ носомъ...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 24-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «Въ палаткахъ еще спали. Эльза и миссъ Креггсъ, согрѣвшись подъ толстыми, урсовыми пледами, тихо дышали въ прохладномъ и сыромъ воздухѣ, докторъ Клейстъ въ другой просторной палаткѣ, лежа на войлокѣ, издавалъ переливистые звуки, ему вторили красный, плотный Баклановъ и зеленовато-блѣдный Дятловъ, когда послышались негромкіе удары топоровъ и шелестъ падающихъ растеній. Кореневъ и Курцовъ съ первыми проблесками мутнаго свѣта выползли изъ палатокъ. Небо клубилось туманами. Надъ лиловатымъ моремъ чертополоховъ низко нависли сѣрыя косматыя тучи. Печаль была разлита въ воздухѣ. Ни одинъ звукъ не нарушалъ тишины. Лѣсъ чертополоховъ казался сномъ. — "Вишь ты какъ", — говорилъ Курцовъ. — "И рубить то его неспособно. Ни тебѣ топоромъ, ни косой его не возьмешь". Трубчатый, покрытый острыми иглами стволъ чертополоха ломался, чертополохъ валился на сторону и обдѣлывать остатки его ствола приходилось острымъ ножемъ. Рубили подъ корень, чтобы пеньки не мѣшали идти. Срубленныя растенія оттягивали назадъ, для чего надѣвали кожаныя перчатки. Они проработали два часа, а почти не подались впередъ. Казалось, что они все стояли на опушкѣ и передъ ними была непроходимая стѣна. — "Проклятое мѣсто!" — воскликнулъ Кореневъ. Эльза позвала его пить кофе. Послѣ кофе, когда всѣ стали на работу, дѣвушки оттаскивали растенія и складывали ихъ у входа, дѣло пошло успѣшнѣе. Работали въ три топора, въ двѣ смѣны...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


ГЕН. П. Н. КРАСНОВЪ. "ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ". ЧАСТЬ 1-Я. ГЛАВА 23-Я (1922)

Атаман Всевеликого Войска Донского Генерал Петр Николаевич Краснов «"Цѣльную недѣлю мы говѣли, Богу молились, во всѣхъ грѣхахъ каялись, потомъ въ субботу пріобщились, — продолжалъ свой разсказъ дѣдъ Семенъ — такой былъ приказъ отъ начальства. За эту недѣлю лошадей рабочихъ пригнали, коровъ, машины привезли, роздали по хозяйствамъ и записали за каждымъ: — кто сколько долженъ отдать хлѣбомъ. Отчистили и починили хлѣбный магазинъ, нашему лавочнику Игнату Карвовскому разрѣшили лавку открыть со свободной продажей и поѣхалъ онъ въ городъ. Объявили, что всякія деньги: царскія, печатанныя послѣ 1916 года, Думскія, Керенки, Совѣтскія, Донскія, Деникинскія, Украинскія, Сѣверо-Западныя, Архангельскія — никакой цѣны не имѣютъ и могутъ быть уничтожены, а выпущены новыя деньги — ассигнаціи, золотая, серебряная и мѣдная монета, которая только и имѣетъ хожденіе. За каждую работу намъ платили по расчету восемь гривенъ рабочій день, а сколько часовъ: — дадутъ урокъ — и твоя воля — хоть въ три часа понатужься и кончи, хоть полъ сутокъ возись... Ну, только урокъ не особо большой былъ — кончить можно". — "Весна стояла хорошая, ясная, теплая. Вышелъ отъ Государя приказъ землю пахать. Ну, кто вышелъ, а кто и полѣнился. Хоть и охочи мы были до земли и соскучились по ней, а только за девять то лѣтъ войны и смуты отвыкли работать. Я не вышелъ, остался въ избѣ, сижу, думаю, какъ это обернулось, къ хорошему или къ худому? Съ одной стороны, какая же это свобода, когда все по приказу, съ другой стороны"...» (Берлинъ, 1922.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 3-Я. РАЗД. 3-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Итакъ, свобода состоитъ въ томъ, чтобы всюду (и въ одиночествѣ, и въ общеніи, и въ общественныхъ организаціяхъ) располагать внутренней силой и способностью — самостоятельно и отвѣтственно стоять передъ лицомъ Божіимъ и служить дѣлу Божію на землѣ. Свобода есть какъ бы духовное само-бытіе или самостоятельное духовное пѣніе. Ни Церковь, ни приходъ, ни семья, ни корпорація, ни государство — отнюдь не заинтересованы въ томъ, и не уполномочены къ тому, чтобы подавлять это духовное само-бытіе или приводить къ молчанію это самостоятельное духовное пѣніе. Напротивъ, это значило бы для нихъ приступить къ самоослабленію и саморазрушенію: ибо свободный человѣческій духъ есть сильнѣйшій и драгоцѣннѣйшій оплотъ общественной жизни; и хоръ, въ которомъ умолкнутъ всѣ поющіе голоса, перестанетъ существовать. Зданіе крѣпко лишь тогда, когда крѣпки составляющіе его камни, каждый порознь. А въ духовномъ планѣ дѣло обстоитъ такъ, что именно такіе самостоятельные и самобытные люди способны наилучшимъ образомъ создавать и поддерживать сцѣпленіе и прочность общественной организаціи. Само собою разумѣется, что во всѣхъ этихъ общественныхъ соединеніяхъ имѣется нѣкій авторитетъ; въ Церкви — авторитетъ духовный и освященный; въ семьѣ — природный, возникающій изъ естественной связи и любви; въ государствѣ — авторитетъ, выросшій первоначально изъ родовой связи, а нынѣ основанной на силѣ, облагороженной правомъ...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 3-Я. РАЗД. 2-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Понимать «внѣшнюю свободу» человѣческаго духа, какъ формальную и безмѣрную — было бы глубокой и опасной ошибкой: ибо внѣшняя свобода («не заставляй, не прельщай, не запрещай, не запугивай»...) дается человѣку именно для внутренняго самоосвобожденія; именно отъ него она получаетъ свое истинное значеніе и свой глубокій смыслъ. Что же есть «внутренняя» свобода? Если внѣшняя свобода устраняетъ насильственное вмѣшательство другихъ людей въ духовную жизнь человѣrа, то внутренняя свобода обращаетъ свои требованія не къ другимъ людямъ, а къ самому, — вотъ уже внѣшне-нестѣсненному, — человѣку. Свобода, по самому существу своему, есть именно духовная свобода, т. е. свобода духа, а не тѣла и не души. Это необходимо однажды навсегда глубоко продумать и прочувствовать, съ тѣмъ, чтобы впредь не ошибаться самому и не поддаваться на чужіе соблазны. Тѣло человѣка несвободно. Оно находится въ пространствѣ и во времени, среди множества другихъ тѣлъ и вещей, — то огромныхъ, какъ планеты; то большихъ, какъ горы; то небольшихъ, какъ животныя и люди; то мельчайшихъ, какъ пылинки, бактеріи и т. д. Все это дѣлаетъ тѣло человѣка — несвободнымъ въ движеніи; смертнымъ и распадающимся по смерти; и всегда подчиненнымъ всѣмъ законамъ и причинамъ вещественной природы. Эти законы человѣкъ можетъ комбинировать или себѣ на пользу, или себѣ во вредъ на погибель; но создавать и нарушать ихъ онъ не можетъ...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 3-Я. РАЗД. 1-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Изслѣдуя вопросъ о вѣрѣ, я пытался показать, что вѣруя въ Бога, человѣкъ создаетъ свой реальный жизненный центръ и строитъ, исходя изъ него, свою душу: благодаря этому онъ самъ становится живымъ духовнымъ единствомъ, съ единственнымъ центромъ и неколеблющимся строеніемъ, — онъ пріобрѣтаетъ зрѣлый и законченный духовный характеръ. На этомъ пути онъ обрѣтаетъ священную и главную цѣль своей жизни, которою стóитъ жить, за которую стóитъ бороться и въ борьбѣ за нее — отдать свою жизнь: эта главная цѣль его жизни именуется дѣломъ Божіимъ на землѣ, т. е. дѣломъ религіозно осмысленной духовной культуры. Оказывается, что вѣра совсѣмъ не есть просто нѣкоторое «ощущеніе» или «чувство». Напротивъ, она есть нѣкій цѣлостный жизненный опытъ, нѣкое міросозерцаніе и система дѣйствій; она вовлекаетъ въ свой процессъ и волю, и мысль, и слово, и дѣло — все сразу, всего человѣка цѣликомъ: ибо вѣра исходитъ изъ послѣдней глубины человѣческаго существа и потому неизбѣжно захватываетъ всего человѣка. Только при этомъ условіи вѣра становится дѣятельной, творческой вѣрой: укорененной, искренней, цѣльной и побѣдной. Но для того, чтобы вѣра возникла, и разгорѣлась, и приняла такую силу и обличіе, — человѣкъ долженъ быть въ своей вѣрѣ свободенъ. Что значитъ — «свободенъ»? Какая свобода имѣется здѣсь въ виду? Свобода отъ чего и ради чего? Здѣсь имѣется въ виду прежде всего внѣшняя свобода человѣческой личности...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 2-Я. РАЗД. 3-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Въ этомъ описаніи нѣтъ никакихъ отвлеченныхъ выдумокъ или произвольныхъ построеній. И въ томъ, что здѣсь изложено, нѣтъ безотвѣтственнаго фантазированія или темнаго суевѣрія. Здѣсь свѣтъ разума не меркнетъ; здѣсь только устранены сумерки плоскаго разсудка и предоставлена свобода опыту сердца. Здѣсь все покоится на живомъ, подлинномъ, духовномъ опытѣ. И было бы хорошо, скромно и разумно, если бы тотъ, кто не пережилъ этого духовнаго опыта, и не хочетъ пріобрѣсти и пережить его, — воздержался бы отъ сужденій и отказался бы отъ праздной, иронической критики. Человѣкъ, не воспринявшій Іисуса Христа духомъ и любовію, поступилъ бы лучше всего, если бы судилъ о Христѣ и христіанствѣ съ чрезвычайной осторожностью и отнюдь не причислялъ бы себя къ врагамъ христіанства. Часто, слишкомъ часто безбожникъ является безбожникомъ только потому, что онъ еще не выработалъ въ себѣ духовнаго созерцанія и держится невѣрнаго мнѣнія, будто такой душевной способности нѣтъ и не можетъ быть. Если я не знаю, гдѣ дорога въ Іерусалимъ, — могу ли я заключать изъ своего незнанія, что ни Іерусалима, ни дороги къ нему вообще не существуетъ? Или, если знающій эту дорогу, затрудняется описать ее другому, то можно ли отсюда дѣлать выводъ, что онъ этой дороги совсѣмъ не знаетъ, или что онъ просто обманщикъ? Не всякій, живущій духовнымъ опытомъ и духовной любовью, можетъ научить другихъ этому опыту и этой любви или описать ихъ, обосновать ихъ и раскрыть ихъ сущность...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 2-Я. РАЗД. 2-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Итакъ, любовь къ совершенному есть источникъ религіозной вѣры. Именно на этомъ пути человѣкъ становится вѣрующимъ въ подлинномъ и чистомъ смыслѣ этого слова. Нельзя начать вѣровать въ силу логическихъ, отвлеченно умственныхъ доказательствъ или аргументовъ. Разсудочныя доказательства могутъ только разрушить умственныя сомнѣнія, да и то только въ томъ случаѣ, если эти сомнѣнія проистекаютъ изъ умнаго источника и имѣютъ разумныя и предметныя основанія. Вѣра не дается доказательствами. Ибо источникъ вѣры не въ разсужденіи, а въ предметномъ горѣніи сердца. Въ этомъ основное отличіе православія отъ протестантизма. Точно такъ же нельзя вѣровать въ силу волевого рѣшенія, — своего собственнаго или чужого (приказа или понуждающаго мучительства). Правда, человѣку, который уже вѣритъ (именно вѣритъ, а не вѣруетъ) или который способенъ начать вѣрить въ порядкѣ самовнушенія (особенно, если ему безразлично, во что собственно «надо» вѣрить) — воля можетъ помочь въ подавленіи сомнѣній или другихъ внутреннихъ противленій. Но къ вѣрованію этотъ путь не ведетъ. Сколько бы человѣкъ ни тведилъ себѣ, что «надо» увѣровать, сердце отъ этого не воспламенится и духовное ви́дѣніе отъ этого не возникнетъ. Однако воля можетъ разбить цѣльность души и этимъ сдѣлать вѣру навсегда недоступною для человѣка; воля можетъ пріучить человѣка къ лицемѣрному оказательству и этимъ извратить его религіозность...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


И. А. ИЛЬИНЪ. "ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ". ГЛ. 2-Я. РАЗД. 1-Й (1962)

Иван Александрович Ильин «Первымъ, и глубочайшимъ источникомъ духовнаго опыта является духовная любовь. Ее надо признать основнымъ и необходимымъ «органомъ» духовнаго опыта. И всякому христіанину это должно бы было быть яснымъ безъ доказательствъ. Всѣ попытки опредѣлить любовь въ логическомъ порядкѣ были бы тщетны: того, кто ея не испыталъ, нельзя ни просвѣтить, ни убѣдить въ этомъ отношеніи. Впрочемъ духовный опытъ подобенъ въ этомъ всякому другому опыту. Всякое доказательство покоится въ конечномъ счетѣ и въ послѣдней инстанціи на живомъ опытѣ, на живомъ воспріятіи и увидѣніи. Всякое доказательство ведетъ рано или поздно (чѣмъ скорѣе, тѣмъ лучше!) къ предмету, который надо воспринять, увидѣть и пережить; и тотъ, кто не можетъ воспринять предмета, или не хочетъ испытать и увидѣть его, — тому вообще никогда и ни въ какой области нельзя ничего доказать, ни въ естествознаніи, ни въ исторіи, ни въ философіи. Послѣдняя ступень доказательства всегда звучитъ такъ: «а все это потому, что самъ предметъ таковъ; вотъ онъ — переживи, восприми, испытай и признай!» и потомъ: «если не хочешь или не можешь, то отойди, умолкни и не мѣшай другимъ!»... Именно такъ: неспособный къ предметному опыту, долженъ уйти изъ изслѣдовательской лабораторіи и прекратить всякіе споры и притомъ вслѣдствіе своей умственной или духовной неспособности. Въ философіи дѣло обстоитъ совершенно такъ же, какъ и въ высшей математикѣ, или въ физикѣ, или въ юриспруденціи...» (Мюнхенъ, 1962.) далѣе...


2-Й ВСЕЗАРУБ. СОБОРЪ 1938 Г. ДОКЛАДЪ (4-Й) ГР. Ю. П. ГРАББЕ (1939)

Епископ Вашингтонский Григорий (Граббе) «Однимъ изъ самыхъ печальныхъ явленіи русской церковной жизни нельзя не признать то раздѣленіе, которое возникло за рубежомъ съ тѣхъ поръ, какъ 16/29 іюня 1926 года Митрополитъ Евлогій демонстративно покинулъ Архіерейскій Соборъ въ Сремскихъ Карловцахъ, а затѣмъ заявилъ о своемъ неподчиненіи послѣднему. Это раздѣленіе ослабило Зарубежную Церковь, оно сдѣлало голосъ ея менѣе громкимъ и вѣскимъ, оно вызываетъ соблазнъ и въ православномъ, и въ инославномъ мірѣ. Довольно скоро послѣ оформленія организаціи Русской Зарубежной Церкви, въ Западной Европѣ появилось теченіе, недовольное направленіемъ Высшаго Церковнаго Управленія, которое обвиняли во внесеніи въ церковную жизнь «политики». Въ результатѣ такой пропаганды, въ либеральныхъ кругахъ былъ встрѣченъ съ несомнѣннымъ сочувствіемъ указъ о закрытіи Высшаго Церковнаго Управленія за его выступленія противъ большевиковъ. Какъ это ни странно, люди покинувшіе страну изъ-за большевиковъ, заявляющіе о своей непримиримости къ нимъ, сочувствовали акту изданному подъ несомнѣннымъ ихъ давленіемъ. Непосредственно послѣ захвата власти въ Россіи большевиками, большія части Россіи оказались отрѣзанными отъ Москвы вслѣдствіе гражданской войны или образованія новыхъ государствъ, находившихся во враждебныхъ отношеніяхъ съ большевицкой властью. Вмѣстѣ съ тѣмъ, послѣдняя, первоначально не обращавшая почти никакого вниманія на Патріаршее церковное управленіе...» (Бѣлградъ, 1939.) далѣе...


ПОМѢСТНЫЙ СОБОРЪ 1917-1918 ГГ. ДѢЯНІЕ 37-Е (8 НОЯБРЯ 1917 Г.)

Печать Всероссийского Поместного Собора 1918 года «Возраженіе о. архимандрита Веніамина, вышедшее изъ несомнѣнно хорошихъ, побужденій, всеже представляется мнѣ печальнымъ недоразумѣніемъ. При составленіи доклада мы стояли всецѣло на точкѣ зрѣніи Свящ. Писанія, ибо Христосъ, Устроитель Церкви въ мірѣ, сказалъ: «Шедше научите вся языки, крестяще ихъ во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, учаще ихъ блюсти вся, елика заповѣдяхъ вамъ» (Матѳ. XXVIII, 10-20). Эту заповѣдь раскрывали Апостолы въ своихъ богодухновенныхъ писаніяхъ. «Како увѣруютъ, Его же не услышаша?» говоритъ Апостолъ Павелъ. «Какъ же услышатъ безъ проповѣдающаго?» (Рим. X, 14). Для того, чтобы приступить къ принятію таинства или къ молитвѣ, надо быть оглашеннымъ въ ученіи Церкви, а для этого нужна проповѣдь. Вотъ почему Апостолъ и говорить: «Не посла мене Христосъ крестнти, но благовѣстити» (1 Кор. I, 17). Проповѣдь такимъ образомъ является первоосновой христіанскаго развитія личности и всей Церкви. Апостольскія правила также ставятъ нравственное состояніе христіанина въ зависимость отъ научающей его проповѣди. Таково прав. 36, которое говоритъ: "Аще кто, бывъ рукоположенъ во епископа, не пріиметъ служенія и попеченія о народѣ, ему порученнаго: да будетъ отлученъ, доколѣ не пріиметъ онаго. Такожде и пресвитеръ и діаконъ. Аще же пойдетъ туда и не будетъ принятъ, не по своей волѣ, но по злобѣ народа: онъ да пребываетъ епископъ, клиръ же града того да будетъ отлученъ за то, что таковаго непокориваго народа не учили"...» (Пг., 1918.) далѣе...


СВОДЪ ОСНОВНЫХЪ ГОСУД. ЗАКОНОВЪ РОССІЙСКОЙ ИМПЕРІИ (1912)

Царские Регалии «Ст. 1. Государство Россійское едино и нераздѣльно. 2. Великое Княжество Финляндское, составляя нераздѣльную часть Государства Россійскаго, во внутреннихъ своихъ дѣлахъ управляется особыми установленіями на основаніи особаго законодательства. 3. Русскій языкъ есть языкъ общегосударственный и обязателенъ въ арміи, во флотѣ и во всѣхъ государственныхъ и общественныхъ установленіяхъ. Употребленіе мѣстныхъ языковъ и нарѣчій въ государственныхъ и общественныхъ установленіяхъ опредѣляется особыми законами. 4. Императору Всероссійскому принадлежитъ Верховная Самодержавная власть. Повиноваться власти Его, не только за страхъ, но и за совѣсть, Самъ Богъ повелѣваетъ. 5. Особа Государя Императора священна и неприкосновенна. 6. Та же Верховная Самодержавная власть принадлежитъ Государынѣ Императрицѣ, когда наслѣдство Престола въ порядкѣ, для сего установленномъ, дойдетъ до лица женскаго; но супругъ Ея не почитается Государемъ: онъ пользуется почестями и преимуществами, наравнѣ съ супругами Государей, кромѣ титула. 7. Государь Императоръ осуществляетъ законодательную власть въ единеніи съ Государственнымъ Совѣтомъ и Государственною Думою. 8. Государю Императору принадлежитъ починъ по всѣмъ предметамъ законодательства. Единственно по Его почину Основные Государственные Законы могутъ подлежать пересмотру въ Государственномъ Совѣтѣ и Государственной Думѣ...» (СПб., 1912.) далѣе...


ПРЕДИСЛОВІЕ КЪ ИЗДАНІЮ СВОДА ЗАКОНОВЪ РОССІЙСКОЙ ИМПЕРІИ (1912)

Двуглавый Орел. Малый Герб Российской Империи «Всякому лицу, которому приходится имѣть дѣло съ нашимъ дѣйствующимъ законодательствомъ, хорошо извѣстно, насколько трудно въ немъ правильно оріентироваться. Трудность эта обусловливается отнюдь не недостатками принятой у насъ системы кодификаціи, а исключительно тѣмъ вполнѣ понятнымъ и неизбѣжнымъ обстоятельствомъ, что кодификаціонныя учрежденія, даже при самой большой ихъ производительности, никогда не въ состояніи поспѣть за быстро идущею впередъ законодательною работою. Послѣдствіемъ этого оказывается, что оффиціальный текстъ послѣднихъ изданій отдѣльныхъ томовъ Свода Законовъ уже въ скоромъ сравнительно времени послѣ ихъ появленія оказывается устарѣвшимъ, въ виду необходимости примѣненія его на практикѣ въ связи съ выходящими періодически Продолженіями и издаваемыми послѣ ихъ выхода новыми узаконеніями. Вытекающія изъ сказаннаго затрудненія при примѣненіи Свода Законовъ особенно чувствительны въ настоящее время. Дѣло въ томъ, что огромное большинство частей Свода издано въ послѣдній разъ до 1906 г., а потому при ихъ примѣненіи приходится руководствоваться не только текстомъ ихъ послѣднихъ изданій, но и сразу тремя Продолженіями: своднымъ Продолженіемъ 1906 г., изданнымъ въ пяти объемистыхъ томахъ, и очередными 1908 и 1909 гг. Сверхъ того приходится имѣть въ виду цѣлый рядъ новѣйшихъ узаконеній, появившихся въ теченіе всего 1910 и первыхъ мѣсяцевъ 1911 гг. Наконецъ, необходимо сообразоваться...» (СПб., 1912.) далѣе...


ГЕН.-МАІОРЪ М. М. ЗИНКЕВИЧЪ. "ОСНОВАНІЕ И ПУТЬ ДОБРОВОЛЬЧЕСКОЙ АРМІИ" (СОФІЯ, 1930)

Генерал-майор Михаил Михайлович Зинкевич «Большевики докончивъ дѣло Временнаго Правительства по развалу Императорской Арміи, вычеркнувъ слово Россія, предавая ея интересы на каждомъ шагу, потворствуя низкимъ инстинктамъ массъ, превратили великую страну въ тьму насилія, возведеннаго въ законъ, въ свободу убійствъ, грабежей, надругательствъ надъ всѣмъ святымъ. И это во имя свободы, во имя человѣческихъ правъ! Все культурное, все, что имѣло связь съ великимъ прошлымъ подлежало просто истребленію. Слово «патріотъ» сдѣлано смѣшнымъ, враждебнымъ. И естественна спѣшка, съ которой большевики вели наступленіе противъ неожиданно выросшаго очага борьбы съ ними въ видѣ Добровольческой Арміи. Наступленіе велось на Новочеркасскъ и Ростовъ со всѣхъ сторонъ вновь сформированными красными частями. 1-го января большевики заняли Батайскъ, 9-го января, прикрывавшіе Ростовъ, наши части были оттѣснены къ самому Ростову. Городъ обстрѣливался артиллерійскимъ огнемъ съ разныхъ сторонъ, въ томъ числѣ и съ юга, со стороны Батайска. Въ этотъ день ген. Корниловъ отдалъ приказъ отходить за Донъ, въ станицу Ольгинскую. Съ наступленіемъ темноты 9-го февраля 1918 года Добровольческая Армія въ составѣ всего около 4.000 человѣкъ выступила на востокъ, въ направленіи на станицу Аксайскую...» (Софія, 1930.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ШАНХАЙСКІЙ († 1966 Г.). ПРОИСХОЖДЕНІЕ ЗАКОНА О ПРЕСТОЛОНАСЛѢДІИ ВЪ РОССІИ

Святитель Иоанн (Максимович), архиепископ Шанхайский и Сан-Францисский «Въ началѣ 1925 года Блаженнѣйшій Митрополитъ Антоній поручилъ мнѣ, проходившему тогда Богословскій факультетъ Бѣлградскаго Университета, составить докладъ О происхожденіи закона о престолонаслѣдіи въ Россіи для выясненія того, насколько данный законъ соотвѣтствуетъ духу русскаго народа и вытекаетъ изъ его исторіи. Получивъ благословеніе отъ Владыки Митрополита и имѣя горячее желаніе точно освѣтить вопросъ, я приступилъ къ работѣ въ день памяти св. Филиппа, Митрополита Московскаго, 9-го января 1925 года и закончилъ таковую 14-го августа того же года, въ канунъ праздника Успенія Богородицы — храмового дня Московскаго Успенскаго Собора и Кіево-Печерской Лавры, имѣвшихъ величайшее значеніе въ исторіи русскаго народа. Вмѣсто короткой докладной записки получилось довольно большое изслѣдованіе, содержаніе котораго было мною изложено тогда въ краткой статьѣ, напечатанной въ Бѣлградѣ. Самый же трудъ въ цѣломъ не былъ напечатанъ до сего времени. Ввиду просьбы о его напечатаніи призываю Божіе благословеніе на его изданіе, желая, чтобы читающіе его почерпнули себѣ пользу и назиданіе...» (Шанхай, 1936.) далѣе...


В. ПЕРЕМИЛОВСКІЙ. НОВОЕ ИЛИ СТАРОЕ ПРАВОПИСАНІЕ?

Герб Российской Империи «Было на Руси время, когда по одному бѣглому взгляду на письмо можно было почти безошибочно опредѣлить, какой политической оріентаціи держится пишущій. Такимъ знакомъ и признакомъ въ нашемъ письмѣ служили «твердый знакъ», «еръ» и «ять». Писалъ человѣкъ безъ ера и ятя, и можно было поручиться, что у этого человѣка «идеи въ головѣ». Это былъ настолько вѣрный знакъ и признакъ, что имъ руководствовались и тѣ, «кому вѣдать надлежитъ». — Не даромъ вѣдь всѣ студенты и курсистки — этотъ авангардъ революціи въ старое время — писали безъ ятя и ера, а наиболѣе радикально настроенные — даже безъ еря въ концѣ словъ! Не даромъ также и твердая власть такъ ревниво оберегала неприкосновенность «твердаго знака»! А въ сущности, ни той, ни другой сторонѣ никакого дѣла не было до самого твердаго знака: и для однихъ и для другихъ это былъ не «твердый знакъ», какъ таковой, какъ элементъ русскаго правописанія, — это былъ только условный знакъ извѣстнаго политическаго міросозерцанія, за которое стояли одни, разрушить которое старались другіе. Что это именно такъ и было, можно привести факты...» (Jordanville, 1962) далѣе...


П. М. ВАСИЛЬЕВЪ. РУССКАЯ ИЛИ СОВѢТСКАЯ ОРѲОГРАФІЯ?

Страница из азбуки в картинках Бенуа «Существуетъ нѣсколько различныхъ мнѣній по этому вопросу. Одни утверждаютъ, что упрощенная совѣтская орѳографія, къ которой уже привыкло цѣлое поколѣніе, должна быть принята всѣми, кто такъ или иначе соприкасается, по своей дѣятельности, съ народными массами. Другіе, въ томъ числѣ нѣкоторые видные ученые зарубежья и даже Совѣтскаго Союза, считаютъ, что реформа сдѣлана слишкомъ поспѣшно и ненаучно. Наконецъ, третьи, отмѣчая ошибки и даже нелѣпости совѣтской орѳографіи, вносятъ свои собственныя поправки, создавая, такимъ образомъ, «среднюю» орѳографію, не отвѣчающую вполнѣ ни старой, ни новой. Къ характеристикѣ этого послѣдняго направленія и его оправданія приводимъ слѣдующіе примѣры. Ни одинъ, говорятъ они, мыслящій человѣкъ не станетъ писать слово «Богъ» съ маленькой буквы, какъ это принято въ совѣтской грамматикѣ. Твердый знакъ «ъ» — нѣкоторые упраздняютъ въ концѣ слова ради экономіи мѣста, но сохраняютъ его тамъ, гдѣ совѣтское правописаніе ставитъ апострофъ...» («Православная жизнь». Jordanville, 1987) далѣе...

Просьба о молитвенной поддержкѣ

Просимъ молитвъ нашихъ читателей о здравіи и спасеніи рабовъ Божіихъ, Евгенія, Алексѣя, Александра, Александра, Александра, Анны, Татіаны, чьими трудами созданъ и поддерживается нашъ порталъ.

Нашъ баннеръ

Мы будемъ благодарны если вы установите на своемъ сайтѣ нашъ баннеръ:

Баннеръ Размѣры Кодъ баннера
88 x 31 <!--russportal.ru-->
<a href=http://www.russportal.ru><img src=http://www.russportal.ru/image/russportal88x31.gif width="88" height="31" border=0 title='Тексты в старой или царской орфографии'></a>
<!--russportal.ru-->
Наверхъ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.